Мосян Тунсю – Благословение Небожителей 1-5 тома (страница 344)

Что ж, намного быстрее, чем если бы они шли пешком. Се Лянь тоже поднялся и подошёл к дыре в стене. Он хотел просто посмотреть, но к своему удивлению, случайно скользнув взглядом, неожиданно увидел кое-что, отчего у него на спине встали дыбом волосинки.

— Что там такое?

В ночной темноте, если смотреть с высоты горного чудища, внизу на земле можно было разглядеть поразительно огромное человеческое лицо!

Его глаза искривлялись, углы рта загибались вверх, словно, приветствуя принца, расцветала жутковатая улыбка. Се Лянь невольно отшатнулся на шаг, но Хуа Чэн позади подхватил его. Немного успокоившись и приглядевшись внимательнее, принц увидел, что «лицо» — это рисунок, сформированный горами и потоками, ущельями и каналами, всего лишь обман зрения, не более. Но настолько реалистичный, что с первого взгляда неизбежно потрясал наблюдателя.

— Углубления так похожи на глаза и рот… Что они собой представляют?

Хуа Чэн, стоя за спиной Се Ляня, ответил:

— Это река Уюн, которую жители государства называли «мать-река». Она брала своё начало в высоких горах, с самых вершин в поток стекался тающий снег. Разумеется, сейчас она окончательно пересохла. Раз мы оказались здесь, значит, Медная печь уже близко.

— Ну а «нос»?

— Это стоявший на берегу реки процветающий город. Спустимся взглянуть?

Се Лянь повернулся к нему.

— Там есть, на что посмотреть?

— В том городе тоже имеется храм Уюна. Предполагаю, что гэгэ, возможно, захочет в него наведаться.

Если есть храм, значит, вероятно, внутри найдётся фреска. Се Лянь немедля ответил:

— Спустимся.

Ему не терпелось узнать больше о наследном принце Уюна.

Пэй Мин согласился:

— Спускаемся. Нужно раздобыть для Сяо Пэя еды и питья. Но как нам это сделать? Мой меч сломан.

Хуа Чэн взмахнул рукой, и возле каждого из них возникло несколько серебристых бабочек. Сверкая переливающимся сиянием, они присели на их плечи, спины, головы и рукава. Иные, взглянув на этих малюток, неизбежно усомнились бы, что бабочки смогут их поднять, но Се Лянь не стал даже ничего спрашивать, только велел Жое связать всех вместе, чтобы не растеряться в воздухе. Инь Юй раскопал дыру в скале пошире, чтобы через неё смогли пройти все разом, и вот, когда все приготовления были завершены и они подошли к краю выхода, Се Лянь скомандовал:

— Друзья, приготовьтесь…

Пэй Мин:

— Постойте.

Се Лянь развернулся к нему.

— Генерал Пэй, вы что-то ещё хотели?

— У вас двоих на руках — это…?

Проследив за его взглядом, Се Лянь посмотрел на свою руку. И только сейчас заметил, что их с Хуа Чэном пальцы до сих пор связаны красной нитью. Помолчав, Се Лянь мягко кашлянул и ответил:

— Это… артефакт, используемый для связи.

— Хм. Не принесёт ли он неудобств при передвижении? Всё-таки это нить, что если она затянется или запутается? Это может привести к неприятностям.

Пэй Мин сделал весьма разумное замечание. Да и Се Ляню ли не знать, будучи Богом Войны, что во время любых боевых действий стоит избегать вещей, в которых можно запутаться? Однако по некой деликатной причине Се Лянь не очень хотел бы, чтобы эта нить прервалась. Поглядев на задумчивого, будто терзаемого сомнениями принца, Хуа Чэн улыбнулся:

— Разумно. Так действительно будет неудобно передвигаться.

И на глазах Се Ляня нить, связавшая их, исчезла.

— Теперь намного удобнее, — сказал Хуа Чэн.

Принц, пристально глядя на пустоту, оставшуюся от красной нити, на миг застыл в растерянности. Она соединила их так ненадолго и вот пропала. Конечно, не такая уж большая потеря… нет, скорее, даже вовсе не большая, с кунжутное семечко, но всё же принц ощутил лёгкое чувство утраты. Боясь, что кто-то заметит, он поспешил улыбнуться и сказать:

— Идёмте же! Приготовились… Прыгаем!

Горное чудище по-прежнему неслось вперёд и совершенно не почувствовало, что с него беззвучно упало что-то крошечное, не крупнее кузнечика в сравнении с горой. Окружённые призрачными бабочками, беглецы мягко опустились на землю без каких-либо потерь. А оказались они как раз на «переносице» огромного улыбающегося лица.

Выпрямившись после приземления, Се Лянь с немалым любопытством огляделся по сторонам и спросил:

— Сань Лан, получается, и город, и храм расположены здесь?

Хуа Чэн ответил:

— Ага, здесь.

Се Лянь с сомнением продолжил:

— Но ведь… здесь ничего нет?

И это была чистая правда. Принц считал, что, оказавшись на земле, увидит первый в стране священный храм, размерами не уступающий небольшому посёлку; увидит дороги, торговые лавки, жилища людей, площади с древними колодцами, храмы и тому подобное. Однако сейчас перед его взором раскинулось лишь пустое пространство, где совсем ничего не было. Совершенно не похоже, чтобы когда-то здесь существовал настоящий город.

Пэй Мин, неся на себе Пэй Су, наступил ногой на большой камень и спросил:

— И где же «процветающий город»?

— Под твоими ногами, — ответил Хуа Чэн.

— Что?!

Остальные окружили Пэй Мина и камень, на который тот наступил.

— Неужели это часть какого-то механизма? — поинтересовался Се Лянь.

Хуа Чэн, положив ладонь на рукоять Эмина, не спеша подошёл и сказал:

— Так, давайте, встаньте сюда.

Остальные повиновались, после чего Хуа Чэн вынул саблю из ножен, остриём направил вниз и со скоростью молнии вонзил в землю рядом с камнем. В месте, куда вошёл клинок, послышался треск, от него в стороны разошлась паутина трещин, которые становились всё шире и глубже, захватывая всё большую площадь. В конце концов целый участок земли с грохотом провалился, явив тёмную дыру, из которой повеяло прохладой.

Хуа Чэн спрыгнул в провал первым. Се Лянь, который совершенно не ожидал подобного поступка, бросился к краю и позвал:

— Сань Лан?

Вскоре снизу раздался голос Хуа Чэна, усиленный эхом:

— Внизу безопасно, можете спускаться.

Выходит, он решил первым отправиться на разведку. Се Лянь вздохнул с облегчением и сразу же последовал за ним. Хуа Чэн протянул ему руку, помогая подняться.

— Как темно! — стоило принцу произнести эти слова, и в темноте засияли несколько серебристых бабочек.

Подобно переливающимся звёздам, они запорхали по воздуху. Также вокруг возникло несколько тусклых блуждающих огней, озаривших отдалённые уголки подземной пещеры. Взорам их предстала длинная широкая дорога.

Тысячи лет назад, должно быть, это и была процветающая городская улица с теснящимися по обеим сторонам лавочками и высокими строениями. Камень, на который Пэй Мин только что наступил, как раз оказался крышей одной из таких построек. Остальные также спрыгнули вниз, а Се Лянь, посмотрев наверх, произнёс:

— Так вот в чём дело. Город был погребён? Случилось землетрясение? Обвал? Или…

— Это вулканический пепел, — ответил Хуа Чэн.

Се Лянь резко повернулся к нему, и тот продолжил:

— Слой пепла толщиной в два чжана похоронил город под собой. То, что вы видите, — это лишь его малая часть, которую вырыли демоны, явившиеся на испытание горой Тунлу. Большая часть до сих пор скрыта под пеплом.

Се Лянь тут же вспомнил фреску из второго храма — режущие глаз яркие оттенки красного вновь возникли перед глазами. Выходит, картина гибели мира, увиденная наследным принцем Уюна во сне, стала явью!

Пэй Мин уложил Пэй Су на обочину со словами:

— Пока не будем заострять на этом внимание. Нет ли здесь воды? Нужно для начала напоить Сяо Пэя.