Мосян Тунсю – Благословение Небожителей 1-5 тома (страница 166)

— Уходим.

Ци Жун же принялся кричать:

— Нет! Мой брат, давай подожжём гору! Здесь скрывается множество людишек Юнъани, и все эти смутьяны, что сидели под воротами столицы и истерили, что не хотят уходить, тоже скрываются на этой горе. Скорее выжжем их дочиста одним факелом!

Се Лянь тащил его за собой по дороге и ощущал, что тьма вокруг сгущается, словно за ними наблюдает бесчисленное множество глаз.

— Ты разве не видел, насколько странно вёл себя тот человек, что появился и исчез? Здесь нельзя надолго задерживаться.

— Странно, и что с того? Ты же божество! Тебе ли бояться каких-то мелких демонов? Если посмеют мешаться под ногами, убить их, и дело с концом.

— Поговорим, когда вернёмся в город.

Видя отношение Се Ляня и понимая, что он не собирается поджигать гору, Ци Жун вытаращил глаза:

— Но почему?! Они избили меня до такого состояния, пошли против нас, ты же сам всё слышал! Он сказал, что намерен стереть Сяньлэ с лица земли! Уничтожить наше государство! Почему ты просто не перебьёшь их всех без остатка, как сделал сегодня на поле боя?!

Дыхание Се Ляня на миг застыло. Он пришёл в ярость:

— Почему у тебя на уме всегда только «убить без остатка», и больше ничего?! Как можно сравнивать простой народ с солдатами?

Ци Жун вместо ответа бросил:

— А в чём разница? Они ведь все — люди, не всё ли равно, кого из них убивать?

Его слова будто бы надавили Се Ляню на больное место, в нём вскипела горячая кровь:

— Ты!..

Внезапно принц ощутил, как что-то сдавило лодыжку. Опустив взгляд, он увидел распухшую руку, которая вытянулась из густых зарослей по обочине и яростно схватилась за его сапог!

В тот же миг впереди послышалось несколько глухих ударов, и с деревьев дождём повалились семь-восемь фигур, которые неподвижно распластались на земле. Они напоминали людей, вот только никакой одежды на них не было. Подобно гигантским червякам из плоти, они медленно поползли в сторону принца. Ци Жун не сдержал вопля:

— Кто это?!

Се Лянь одним ударом отрубил руку, что его удерживала, и мрачно ответил:

— Не «кто». Это бину!

Раньше Се Ляню никогда не приходилось слышать, чтобы эти твари появлялись в горах недалеко от императорской столицы. Даже если здесь заводилась нечисть, монахи из монастыря Хуанцзи очень скоро расправлялись с ней. Значит, бину могли оказаться здесь только одним путём — кто-то специально привёл их.

Се Лянь совершенно не ожидал, что в эту войну вмешаются ещё и нечеловеческие существа. Возвращаясь в мыслях к множеству деталей случившегося, он всё больше подозревал, что противник заодно с Лан Ином, а похищение Ци Жуна направлено лишь на то, чтобы выманить самого Се Ляня. Но сейчас не оставалось времени как следует всё обдумать. Один взмах меча принца был способен разрубить всех восьмерых бину ровно пополам. Но только, если уж эти твари где-то появляются, то всегда сбиваются в группы. Как и следовало ожидать, среди деревьев и кустов вокруг раздался шорох, заросли закачались сильнее, и ещё больше человеческих фигур телесного цвета с неразличимыми чертами лица выползли из них. Бесконечным потоком они нахлынули на Се Ляня. Притом их целью являлся только принц. Один удар разрубал десяток, но тут же на их месте возникало в два раза больше. И как раз когда Се Лянь неустанно орудовал мечом, один из бину, что прятался на дереве, наметившись прыгнуть прямо на спину принцу, свалился сверху!

Но случилось непредвиденное — тварь даже не приблизилась к цели, когда оказалась разрублена холодным блестящим клинком. Ци Жун не был вооружён, разумеется, он не мог никого зарубить. Се Лянь обернулся и увидел, что удар нанёс тот юный воин!

Он пропал из виду, когда Се Лянь оставил его у городских ворот, но всё-таки отправился следом и нашёл их. В руках юноши оказался плохонький меч, но и тот принёс немалую пользу — в пару-тройку взмахов он смог разрубить нескольких бину. Ползучие твари выделяли крайне липкую жидкость, от чего Ци Жун разразился криками омерзения. Он несколько раз с остервенением наступил на голову одному слабенькому бину, заметил, что тварь вовсе не внушает страха, и в недоумении произнёс:

— Какие-то не слишком сильные из них противники, а?

Но ему было и невдомёк, что бину всегда появляются вместе с другими лютыми тварями. Се Лянь прокусил губу, коснулся раны двумя пальцами и равномерно нанёс кровь на лезвие меча. Затем вручил этот меч Ци Жуну и повелел:

— Вы двое, возьмите этот меч и уходите! К вам никто не посмеет приблизиться. Если в дороге что-то услышите, не оборачивайтесь. Запомните, ни в коем случае не оборачивайтесь!

— Мой брат! Я… — начал Ци Жун.

Се Лянь оборвал на полуслове:

— Сильный противник впереди. Скоро мне будет совсем не до вас. Лучше отправляйтесь назад, передайте известие!

Ци Жун не сказал больше ни слова, подхватил меч и бросился бежать. Се Лянь благословил оружие в его руках при помощи магии, и по пути ни бину, ни иные твари не посмеют к нему приблизиться. Не встретив препятствий, Ци Жун скоро исчез из виду. Только вот юный воин по-прежнему оставался на месте. Ци Жун уже убежал вперёд, а у Се Ляня не было другого волшебного оружия, чтобы отдать юноше.

Ему самому пришлось воспользоваться ладонью вместо меча. Спустя полчаса непрерывного уничтожения тварей, при содействии юноши, который вкладывал в битву все силы, они наконец под чистую расправились со всеми бину.

Землю покрыли трупы, сочащиеся липкой жидкостью и непрерывно смердящие. Убедившись, что ни один бину не выжил, Се Лянь выровнял дыхание, повернулся к юноше и произнёс:

— Ты неплохо управляешься с мечом.

Паренёк стоял, крепко сжимая в руках меч, и немного задыхался. Но тут же мгновенно вытянулся в струнку и ответил:

— С-слушаюсь.

— Я ведь не отдавал приказа, к чему ты говоришь мне «слушаюсь»? А почему, когда я приказал тебе вернуться, ты не ответил «слушаюсь»?

Юноша повторил:

— Слушаюсь.

Лишь после до него дошло, что ответ прозвучал как-то странно, и осанка его сделалась ещё прямее. Се Лянь покачал головой, подумал и вдруг приподнял уголок губ со словами:

— Впрочем, тебе… больше подошла бы сабля.

В объятиях нежных сладострастной муки блюсти невинность тела божества

Юноша застыл в недоумении:

— Почему?

Се Лянь воскресил в памяти каждый выпад и каждое движение юноши во время сражения с бину, повторив пару взмахов рукой, и заключил:

— Должно быть, тебе не приходилось брать в руки саблю? Ты сражаешься мечом, но стиль меча замысловат и коварен. Клинок твой быстр и безжалостен, это верно. Но ты будто скован по рукам и ногам, твоей силе негде развернуться. Если раньше не держал сабли, в следующий раз попробуй. Мне думается, тогда твоя мощь значительно возрастёт.

Каждый раз, видя кого-то в сражении и подмечая важные детали, принц не мог удержаться от пары фраз в адрес бойца. Вовсе не ради того, чтобы раздать указания, а только чтобы, исполнившись интереса, поучаствовать в активном обсуждении. Поскольку принц имел богатейший опыт сражений, он всегда ухватывал самую суть с первого взгляда, совершенно не задумываясь. Он не мог объяснить, почему это так, просто чувствовал, что несомненно прав. А его собеседники, в большинстве своём из уважения к статусу принца, слушали его, но очень немногие в душе по-настоящему задумывались о том, верны ли эти замечания. Юноша, однако, слушал с неподдельным вниманием, и, кажется, тщательно обдумывал слова принца, время от времени поглядывая на меч в своей руке. Принц успел сказать всего несколько фраз, когда из чёрнеющего вокруг леса снова послышался шорох и шелест, словно какие-то твари очень быстро ползли по земле. Се Лянь тут же вспомнил, что их всё ещё со всех сторон подстерегают опасности и его воодушевлённые разговоры сейчас совсем не к месту. Немедленно сделавшись серьёзным, принц произнёс:

— Неизвестно, водятся ли на горе другие твари. Нужно зачистить местность, уничтожить их без остатка.

Юноша активно закивал и обеими руками поднял свой железный меч. Се Лянь покачал головой:

— Главное — защищайся сам. Ты не ушёл, когда была возможность, и теперь уйти уже не сможешь. Я постараюсь тебя защитить, но и сам будь предельно осторожен.

Как вдруг трава зашевелилась вновь, и какая-то тварь выпрыгнула из зарослей. Се Лянь отвесил удар ладонью, попав точно в цель, тварь мерзко взвыла и упала, недвижимая. Принц ощутил сильный запах крови и невольно удивился: ведь раненные бину истекали вязкой жижей, чрезвычайно липкой, но не источающей подобного запаха. Поэтому принц подошёл, раздвинул траву и всё же увидел огромного бину, которого от удара разорвало на куски. Но кровью пахло вовсе не от него, а от того, что он сжимал во рту — оторванный скальп, покрытый длинными волосами!

Бину выживают, питаясь падалью, и судя по всему, пострадал живой человек. Проползая по траве, тварь оставляла за собой кровавые следы, и Се Лянь немедля направился по этой кровавой дорожке, а юный воин последовал за ним. Чем дальше они шли, тем заметнее становились кровавые брызги, тем более ощутимый запах крови витал в воздухе. Вскоре они услышали беспомощный плач.

Рядовой выставил меч и выбежал перед Се Лянем, однако принц тут же притянул его к себе за спину. Они обогнули цветущие заросли, и взору их предстал вход в пещеру средних размеров.