Морис Ролан – Из-за денег (страница 30)

— Как финансовый работник, мистер Уикмен, вы должны знать все тонкости налогового дела. Если вы развелись с женой, вы обязаны указать сумму, которую вы платите ей в качестве алиментов.

— Мы не разводились.

— Ну что ж, тогда ваше объяснение снимает мой вопрос, не так ли? — Беттерман удовлетворенно улыбнулся.

Однако несколько минут спустя он вновь заметил:

— Любопытно.

— Что любопытно?

— Ваша жена умерла, я так понимаю?

— Да.

— В прошлом году?

— Да, это верно.

— Я очень вам сочувствую.

— Благодарю.

— Тогда почему вы не вычли из ваших доходов расходы на похороны?

— Мне известно, что это не разрешается законом.

— Правильно, мистер Уикмен. Но многие люди пытаются таким образом снизить свои налоги. — Беттерман вновь улыбнулся снисходительной улыбкой субъекта, который хорошо разбирается в человеческой натуре. — Но, мистер Уикмен, почему вы не вычли из ваших доходов в таком случае расходы на лечение?

— Какое лечение?

— Как какое? То, которое применялось к вашей жене, когда она была смертельно больна.

— Она не болела, — ответ вырвался случайно. Джон тут же попытался исправить положение. — То есть я хочу сказать, что она умерла внезапно. Расходы на лечение были столь незначительны, что я не стал на них претендовать,

— Вы уверены? У вас есть соответствующие документы? Счет от врача, например?

— Нет. Я не сохранил подобных счетов, — ответил Джон, чувствуя себя раздраженно.

— Но, как мне показалось, вы сохраняете счета и расписки во всех случаях?

— В данном случае я пришел к выводу, что нет необходимости документировать расходы по болезни жены. К тому же я не требую их исключить из моих доходов. Вы ведь не заинтересованы в обратном?

— Мистер Уикмен. Мой долг правильно взимать налоги и не брать ни с кого ничего лишнего. Ни цента. Я пытаюсь вам помочь. Сократить, если это возможно, общую сумму ваших налогов.

— Я уже сказал, что у меня нет документов, подтверждающих расходы на лечение жены. И я уже вам заявил, что она не была больна.

— Совсем здорова?

— Я этого не говорил.

— Тогда от чего она умерла?

— Это не ваше дело! — Джон Уикмен встал со стула. На внезапно побледневшем лице проступили капли пота. Затем он снова сел и пробормотал извиняющимся тоном: — Мне трудно говорить о моей жене. Я все еще не оправился от ее внезапной кончины. Вы, надеюсь, понимаете.

Борден Диил

Исчезновение

Поль Уэлтон жил на окраине большого города, непосредственно вблизи от международного аэропорта. Поэтому неотъемлемой частью его домашней жизни стал рев моторов больших авиалайнеров, поднимающихся в воздух или совершающих посадку. Этот мощный шум, набегавший волнами на тонкие стены дома, заставлял их слегка подрагивать, задавая ритм жизни Поля, подобно метроному. Он ложился спать под рев моторов и просыпался под те же звуки.

Уэлтон, в отличие от соседей, не огорчался фактом своего существования поблизости от постоянного шума и опасности. Он никогда не подписывал коллективного обращения с требованиями перенести аэропорт в другое место и жалобами на рев моторов и опасность авиакатастроф при взлете и посадке. Правда состояла в том, что ему, Полю Уэлтону, нравилось жить поблизости от взлетной полосы, нравилось слышать постоянный шум двигателей мощных стальных птиц. Он купил здесь дом только отчасти из-за необычайной дешевизны. В тот день, когда Поль осматривал дом перед покупкой, он увидел, стоя во дворе, как огромный длиннокрылый лайнер медленно развернулся в начале взлетной полосы, затем, совершив легкий и стремительный разбег, взмыл в атмосферу, направляясь в другое, далекое, иностранное место назначения. И это восхитившее его впечатление полета запало в душу, заставило учащенно забиться сердце. Поль Уэлтон тут же бесповоротно решил, что купит дом.

Возможно, больше всего на его решение повлияла мысль о том, что поступая таким образом, он приближается к своей мечте — мечте, где он видел себя усаживающимся в роскошное кожаное кресло из мест первого класса, ускоряющемся и летящим вместе с современным авиалайнером к сказочно прекрасной земле с крупной суммой в кармане и удивительно красивой женщиной в соседнем кресле.

Мэри, его жена, отрицательно относилась к дому и его местонахождению. Но Мэри отрицательно относилась почти ко всему, что нравилось Полю. Поэтому он приучил себя не обращать внимания на чувства жены. И он купил дом вопреки ее возражению.

Приобретение жилья совпало с его повышением в должности в банке. И, возможно, в результате этого повышения, что позволило ему иметь дело с наличностью, Поль приступил к разработке конкретного плана, как воплотить свою мечту в реальность. Близость аэропорта тоже подогревала его стремление превратить в явь лелеянный идеал.

Можно даже сказать, что именно рев авиационных моторов вдохновляюще стимулировал его крайне рискованные махинации в банке, с помощью которых он рассчитывал выкрасть достаточно денег, чтобы обеспечить себе и Роберте беззаботную жизнь в зарубежном теплом и гостеприимном климате. Роберта? О, да. Он обзавелся заранее этой восхитительной возлюбленной. Поль познакомился с ней вскоре после того, как поселился в новом доме и стал выполнять обязанности старшего кассира в банке. Именно такую женщину он искал. Молодая, привлекательная, черноволосая, с тонкой фигурой, Роберта зарабатывала себе на жизнь, демонстрируя новые модели одежды и немного снимаясь на телевидении.

План Поля Уэлтона стал приобретать конкретные очертания, словно сами ритмы движения самолетов способствовали тому, чтобы все было так, как он хотел.

Внешне, но только внешне, эта суббота ничем не отличалась от других. Но именно в этот уикенд Поль решил, что исчезнет. Только вчера он посвятил Роберту в свои замыслы, и она одобрила их. Уэлтон не говорил ей ничего до последнего момента, опасаясь, что она откажется улететь с ним. Но, когда он сказал о деньгах, Роберта воодушевилась. Оказывается, ее тоже увлекала мечта о незнакомых землях с вечно теплым климатом.

Итак, явившись в этот день домой, Поль задержался немного во дворе, всматриваясь в небо и вслушиваясь в вибрирующие звуки взлетающих и садящихся самолетов. Через несколько часов он будет в одном из них. Снег падал из низко висевших над землей облаков. Резкий холодный ветер дул ему в лицо, морозя кожу. Из-за густых облаков он не видел лайнеров, но отчетливо слышал их.

Войдя в дом, Поль снял пальто, повесил его в платяной шкаф и прошел в гостиную. Мэри разговаривала по телефону. Оглянувшись через плечо, она сказала в трубку: «А вот и он сам явился». Жестом жена указала Полю на аппарат. Пришлось подойти к телефону.

— Да.

— Говорит представитель авиакомпании, — послышался мужской голос. — Вы подтверждаете свой предварительный заказ на билет?

— Да. Надеюсь, что рейс не отменяется. Идет снег, да и погода ветреная.

— Пока нет никаких изменений в расписании полетов. Пожалуйста, выкупите свой билет в кассе предварительных заказов за час до посадки. И благодарю вас.

Поль повернулся к жене. Та смотрела внимательно на него.

— Почему из авиакомпании звонят тебе? — спросила она.

Зная, что через час или два будет свободен, Поль критически оглядел жену. Он и сам себе не мог объяснить, почему женился на этой женщине. Из-за того, что они сидели рядом на лекциях по биологии в колледже? Другой причины он не мог найти.

Невысокую, полноватую Мэри восемь лет назад можно было назвать привлекательной. Возможно, для другого мужчины она оставалась такой и сейчас, но Поля она уже не интересовала.

— Банк снова посылает меня сегодня в Филадельфию, — ответил он.

Уже второй год в качестве меры предосторожности Поль прибегал время от времени к отлучкам из дома на один-два дня, ссылаясь на официальные командировки. В действительности, он проводил время с Робертой, стараясь при этом тратить как можно меньше денег.

— Значит, ты опять будешь отсутствовать до понедельника, — заметила Мэри равнодушно.

— Боюсь, что да. Обед готов?

— Мог бы не спрашивать.

Мэри отправилась на кухню, вынула из духовки приготовленное жаркое и поставила еду на стол.

— Можешь есть. Я сыта.

Поль уселся за стол и посмотрел в тарелку. На этот раз в ней лежал кусок жареной индейки. Жена засунула птицу в духовку полчаса назад, зная во сколько он придет, чтобы, хорошенько поперчив блюдо, насытиться в очередной раз. Смотря в тарелку, Поль внезапно решил, что вечером следующего дня он съест омара под ореховым соусом. Уэлтон никогда раньше омара не пробовал.

Поспешно проглотив еду и почти не ощутив вкуса, Поль прошел в спальню и переоделся. Он быстро собрал дорожный чемодан, тщательно уложив в него самые необходимые личные вещи, затем вернулся в гостиную и взглянул на часы.

— Мне, пожалуй, пора. В такую погоду не сразу доберешься до аэропорта.

— Ты уверен, что полеты не отменят?

— Уверен. Современные лайнеры летают и не в такую погоду. Слышишь? — указал он пальцем на потолок.

Над домом вновь раздался знакомый гул.

— Если бы не ограждение, ты мог бы отсюда пройти пешком на посадку, — заметила Мэри. — Ты ведь любишь жить вблизи аэропорта. Какая жалость, что самолеты не подруливают прямо к нашему крыльцу.

— Я вызову такси, — спокойно отреагировал Поль на колкость жены. — Да, вспомнил. Забыл в автомобиле нужную мне вещь.