Морис Ренар – Повелитель света (страница 44)
– Скорее, мсье, – воскликнул я, – покажите мне документы! Я сгораю от нетерпения приступить к работе…
Бумаги уже высились на моем столе.
Среди этих стопок оказались самые разные документы: письма, газеты, чертежи, записи, протоколы, обзоры, свидетельства, фотографии, телеграммы и т. п., тщательно распределенные по датам и пронумерованные от 1 до 1046.
Господин Летелье пролистал эту хронику, просмотрел бумаги одну за другой, и мне вспомнился фантом тех мрачных дней.
Своей сверхъестественностью и ужасом те события превосходили все, что я только мог вкладывать в понятие «кризис». Любитель необычного, повествующий о чудесах, я знавал и описывал самые странные судьбы. Я встречался с физиком Буванкуром, который проник в мир зеркальных отражений. Одним из моих старых товарищей был господин Гамбертен, съеденный в наши дни, посреди Оверни, неким допотопным чудовищем. Я интересовался завещанием этого бедняги Х., на свидание к которому явился труп его возлюбленной. Я был знаком с доктором Лерном, который пересаживал мозги одних своих клиентов или жертв другим, изменяя тем самым их личность. Инженер З. сподобился показать мне, как можно объехать весь мир, не сходя с места. Я находился рядом с Нервалем, композитором, когда тот умер, услышав голоса сирен, доносившиеся из морской раковины. Я располагаю воспоминаниями Флешамбо, несчастного, который жил среди микробов… Словом, в моих реестрах содержится немало диковин. Но искренно заявляю: все это пустяки по сравнению с теми событиями, которые продолжал перечислять господин Летелье, листая худыми пальцами архивы «Синей угрозы».
Должен сказать, что излагал он свою историю крайне занимательно, поскольку сам был очевидцем всех событий. Иногда он даже содрогался (вероятно, вспоминая пережитые ужасы) при виде тех страниц, которые были исписаны его собственным нетвердым почерком по окончании очередного происшествия, еще свежего в памяти, или во время постигших его испытаний.
В тот день мы оба забыли о том, что наступил час обеда.
Таковы были обстоятельства, в которых меня попросили написать историю полного злосчастий 1912 года. В своей работе я следовал хронологическому принципу – единственному, который приличествует историку, если он не гонится за эффектами, но выполняет свой долг как документалист. И каждый раз, когда краткость, точность и простота документов этого досье позволяли мне, я оставлял их без каких-либо изменений. В результате текст вышел стилистически разнородным, и многим его частям недостает литературности, что весьма прискорбно. Но разве мог я упустить хотя бы малейшую возможность оставить живое свидетельство, подменяя его пересказом повествователя?
Вероятно, меня упрекнут в том, что слишком много места в книге занимают письма господина Тибюрса. Они не представляют большого интереса, а их роль в развитии сюжета, готов признать, невелика. Но они так хорошо дополняют портрет персонажа, пагубный тип которого слишком уж часто встречается в жизни, и так хорошо демонстрируют, к чему могут привести определенные крайности, что мне показалось разумным и морально оправданным вставить их в те места, которые были определены хронологией.
Многие читатели имеют замечательную привычку отслеживать по карте ход событий и перемещения действующих лиц. Чтобы следить таким образом за фазами «Синей угрозы», я советую воспользоваться картами кантона Нантюа (160) и Шамбери (169) или картой министерства внутренних дел коммуны Белле (XXIII, 25). Эти карты можно повесить на стену и втыкать в них флажки или булавки с круглой цветной головкой. Что до плана Парижа, то подойдет первый попавшийся.
А теперь обратим взор к прошлому и вернемся мысленно в март 1912 года.
Часть первая
Где?.. Как?.. Кто?.. Зачем?
Глава 1
Предыстория таинственных событий
Когда впервые проявилась «Синяя угроза»? На этот вопрос и сегодня нет однозначного ответа, и все же о нем нужно сказать несколько слов. Прежде всего разрушим одно устоявшееся убеждение, известное в народе как «легенда об овернце». Нет, женщина, найденная 28 февраля в поле неподалеку от Риома с раскроенным черепом, никак не связана с началом интересующих нас событий. Просто странно, что кто-то еще верит в подобные басни после того, как убийца этой женщины, арестованный спустя полгода, признался в преступлении и был приговорен к двадцати годам каторжных работ судом Пюи-де-Дома, как явствует из документов 1 и 2 досье Летелье (протокол обнаружения трупа и фрагмент обвинительного заключения). И после этого еще находятся глупцы, готовые обвинить в этом злодеянии сарванов? Страх царил в эпоху судебного разбирательства, нужно было как-то отвлечь народное внимание – другого оправдания подобным заблуждениям я не вижу.
Вернемся к досье. Третий документ представляет собой серию из пяти газетных вырезок. При знакомстве с ними читатели, конечно же, вспомнят инцидент, который их немало напугал и в котором господин Летелье усмотрел первое проявление сарванов. Впрочем, это лишь предположение, ничего более. Как его оценивать – судить вам.
Пароход «Бретань», который выполнял рейс Нью-Йорк—Гавр и должен был прибыть в конечный пункт назначения сегодня вечером, маркониграммой известил компанию-судовладельца о том, что в ночь с первого на второе число он столкнулся с неким судном, которое не смог идентифицировать и которое стремительно скрылось с места происшествия. Удар пришелся в заднюю часть правого борта.
Серьезно поврежден корпус судна – к счастью, выше ватерлинии. Пятеро человек погибли, и семеро ранены. Корабль придет в порт с небольшой задержкой.
«Бретань» прибыла вчера с трехчасовым опозданием. О протаранившем ее корабле ничего не известно. Он исчез так быстро, что электрические прожекторы «Бретани», тотчас же приведенные в действие, не смогли его обнаружить. Правда, море было неспокойным, и дождь мешал наблюдателям, ограничивая зону видимости. Столкновение произошло, когда «Бретань» приподняло большой волной.
Лица, ответственные за безопасное движение кораблей, не имеют сведений о том, какое судно могло находиться на пути следования «Бретани» в день и час, указанные капитаном этого транспортного средства. В силу того, что времена пиратов миновали, нам остается лишь примкнуть к рядам тех, кто выдвинул гипотезу, согласно которой это мог быть некий военный корабль, выполнявший секретную миссию. Это предположение к тому же подтверждается тем фактом, что огромная брешь в корпусе «Бретани», похоже, была проделана тараном какого-то броненосца. Так что это все-таки было: случайное происшествие или атака? Следует отметить, что впередсмотрящие «Бретани» не видели никаких сигнальных огней.
Вчера днем в сухой док для починки вошел эскадренный миноносец германского флота «Дольш». Он получил повреждения, о природе возникновения которых ввиду упорного молчания судовой команды можно лишь догадываться. Нет ли связи между этим загадочным ремонтом и не менее таинственным столкновением «Бретани»?
…Неужели, господа, вы верите словам немецкого капитана, который утверждает, что в момент столкновения его эсминец «находился в тридцати пяти милях к северу от „Бретани“»?.. И вы не хмуритесь, когда он признает, что «это столкновение произошло, однако же, всего через несколько секунд после столкновения парохода»?.. Когда он заявляет, что, «выполняя ночной маневр, вынужден был идти с потушенными огнями», это вам ничего не говорит?.. Когда он восклицает (как и капитан «Бретани»): «Я ничего не видел!» – вы можете это допустить?.. Неужели во всем виноват зловредный корабль-призрак, находившийся в двух местах одновременно? Или эти два судна столкнулись, несмотря на разделявшее их расстояние в семьдесят километров?.. Я читаю в официозной «Кельнской газете»: «Наше молчание вызвано нежеланием давать Франции повод сопоставить эти два столкновения». Два столкновения! Тут уж, с вашего позволения, я улыбнусь… невеселой улыбкой.
Глава 2
Сельские проделки призраков
С момента этого инцидента прошло более месяца, и о «деле „Бретани“» все уже забыли, когда внимание господина Летелье привлекла заметка об одном происшествии, напечатанная в газете «Лион репюбликэн».
Но почему господин Летелье получает в Париже эту газету, издающуюся в центральной части страны? Дело в том, что его очень интересует регион Эн, в частности Бюже, откуда родом госпожа Летелье. Ее мать, госпожа Аркедув, владеет там замком Мирастель, где астроном и его семья проводят отпуск, а старшая сестра госпожи Летелье, госпожа Монбардо, круглый год живет в расположенной близ Мирастеля деревушке Артемар, где практикует ее муж, врач по профессии.
Неудивительно, что нижеследующие строчки в номере от 17 апреля вызвали у господина Летелье вполне естественный интерес.
В Эне происходят события, достойные сожаления. Злоумышленники, страдающие, по-видимому, некой манией, ежедневно совершают там свои нелепые преступления, и, к несчастью, до сих пор ни одного из них задержать не удалось. Началось все в Сейселе[22].
В ночь с 14 на 15 апреля пропали оставленные на улице садовые и земледельческие инструменты. Первые же сейсельцы, которые это заметили, направились к мэрии, чтобы подать жалобу. Но, подойдя к зданию городской ратуши, они увидели, что ночью кто-то оторвал стрелки больших часов. Исчез и уличный фонарь, который был закреплен на столбе в форме буквы «г». Общественное мнение обвинило в пропажах нескольких местных жителей, которые накануне вечером пребывали в состоянии опьянения, но все они смогли неопровержимо доказать свою непричастность к данным событиям.