Мориока Хироюки – Звездный Герб. Трилогия (ЛП) (страница 9)

Поднимаясь со стула, Джинто вернул ему остроту:

— Слезы самого бесчувственного злодея на Дэлкто?

— О, перестань. Ты мне льстишь, — Дорин протянул ему руку, и Джинто пожал ее, — Повтори-ка еще разок твое полное имя.

— Линн сиун-Рокк йарлук дрэу Хайде Джинто. Что-то в этом роде…

— «В этом роде»? Ты не уверен в своем собственном имени?

— Для меня оно звучит как чужое.

— Что ж, Линн такой-то и сякой-то Джинто, запомни мое имя — Ку Дорин. Учитывая, каково твое собственное, это будет не так трудно.

— Как я могу забыть твое имя? И забудь ты о титулах, я навсегда останусь для тебя просто Джинто Линном, хорошо?

— Как скажешь, Линн сиун-Рокк йарлук дрэу Хайде Джинто, — повторил Дорин, гордый своей крепкой памятью.

Джинто улыбнулся и отпустил руку Дорина.

— Не унывай! — напоследок посоветовал тот, отступив на шаг.

— Ага, и ты тоже. Заведи свое дело. Мне еще может понадобиться эта работа.

— Да-да, сэр, — пролаял Дорин, изящно отсалютовал, развернулся на каблуках и вышел. Он ни разу не обернулся до тех пор, пока не покинул зал и не скрылся в шахте орбитального лифта.

Снова усевшись на свой стул, Джинто заметил, что смуглая темноволосая женщина, так заинтересовавшая Дорина, теперь разглядывает кого-то другого. Проследив за ее взглядом, Джинто увидел тонкий силуэт, появившийся в зале. Одетый в черный облегающий комбинезон с темно-красным поясом, новоприбывший человек двигался прямо к нему. Люди умолкали при его приближении и торопливо уступали ему дорогу. Простой взгляд заставил Джинто похолодеть.

Длинные руки Руэ Лабул, Звездных Сил Империи, наконец, дотянулись до него

ГЛАВА 2

КУРСАНТ

Согласно законам Фрайбар, как Императорская Династия, так и все дворяне и вассалы на службе Империи подпадают под определение «Ав». Исходя из этого, Джинто Линн, как законный наследник графского титула, был несомненным Ав. Однако, для подавляющего большинства имперских подданных понятие «Ав» ассоциировалось исключительно с расой, генетически изменившей собственную наследственность. Если смотреть с такой стороны, Джинто явно не мог считать себя одним из Ав. Несмотря на свое происхождение от жителей древней Земли, теперь Ав были, бесспорно, совершенно иным народом.

Не удовлетворенные этим, Ав продолжали улучшать гены собственных детей, чтобы исключить наследственные заболевания и гарантировать целостность расы. Их дотошность распространялась на более чем двадцать семь тысяч нуклеотических пар в ДНК каждого ребенка, которые следовало откорректировать, прежде чем тот увидит свет.

Их скрупулезность точно так же переносилась и на прочие аспекты их жизни, например, на искусство. В частности, все формы поэзии Ав были строго фиксированы. Ав придерживались убеждения, что структурные ограничения делают их искусство более чистым и утонченным. Хотя в нем оставалось немного места для оригинальности, тем не менее, большинство людей признавали, что искусство Ав весьма эффектно и производит сильное впечатление.

Аналогичным образом, жесткие генетические ограничения в создании потомков редко приводили к настоящим разочарованиям. Дети Ав формировались в соответствии с эстетическими вкусами их родителей, которые были схожи с представлениями большинства поверхностных миров о красоте — в основном.

Проще говоря, в представлениях жителей планет, все Ав были чрезвычайно красивы, и офицер, который пришел, чтобы забрать Джинто, не был исключением. Или не была.

Она носила простой военный обруч — альфу — который перехватывал ее длинные небесно-голубые волосы. Тонкие, четкие брови очерчивали совершенные дуги на ее светлом лице. Изящный носик красовался над полными, но упрямыми губами. И ее глаза! Большие миндалевидные глаза девушки были бархатисто-черными, как ночное небо.

Темный форменный комбинезон — серлин — на тонкой талии перехватывал темно-красный пояс — символ лодайр, офицера. Джинто прикинул, сколько ей может быть лет. Чаще всего, оценить возраст Ав по внешности было практически невозможно. Во время периода созревания, от рождения до пятнадцати лет, Ав развивались и росли так же, как обычные люди. После этого наступал период взросления, длившийся около двадцати пяти лет. Внешне, за это время они старели лет на десять, не более. После двадцати пяти, возраст Ав уже никак не отражался на их внешности. На вид вечно молодые, однако же, Ав вовсе не были бессмертны. Их несовершенные нервные клетки, которые они передавали по наследству и своим детям, не могли восстанавливаться, так же, как и у простых людей, что вело к неизлечимым заболеваниям и неминуемому концу. После того, как мозг прекращал функционировать, даже Ав не могли избежать смерти. Хотя, чаще всего, они не дожидались такого бесславного финала. Чтобы избежать такой участи, они сделали так, что их сердце и дыхание останавливались раньше, чем умирал мозг. Однако, это случалось, как минимум, в возрасте двухсот лет.

Иными словами, любому представителю расы Ав, который выглядел лет на двадцать с небольшим, на поверку могло быть уже за двести.

Но ошибиться с возрастом той, которая пришла за Джинто, было нельзя. Она выглядела очень юной, на грани между периодом созревания и взросления. Значит, вероятно, ей было примерно столько же лет, сколько и самому Джинто. При ближайшем рассмотрении он не сомневался в возрасте офицера, но пол определить было уже сложнее. Инстинкт подсказывал юноше, что это «она», но, все же, он не рискнул бы утверждать это с полной уверенностью. Мужчины Ав, с их тонкими бледными лицами, часто выглядели, как молодые, привлекательные женщины. И, в молодости, порой было очень трудно определить наверняка.

Излучая вокруг себя ясно ощутимую ауру уверенности и превосходства, заставлявшую людей торопливо расступаться перед ней, девушка-Ав приблизилась к Джинто, двигаясь с необыкновенной плавностью и грацией. Заинтересованный, юноша обратил свое внимание на символ ранга на груди ее униформы. Знак отличия выглядел, как перевернутый равносторонний треугольник с вогнутыми линиями. Треугольник был, как и пояс, темно-красного цвета подсыхающей крови, и довольно мрачно смотрелся на черном комбинезоне. Внутри него находился блестящий серебряный дракон Гафтонош, который был национальным символом всей Империи и вместе с тем личным гербом правящей династии. Все признаки указывали на то, что это была лодайр гариар — офицер-пилот. Других украшений на символе или униформе не было.

«Так значит, она — курсант»! — догадался Джинто.

Как и он сам, она еще не получила полноценного звания, а была простой ученицей. После окончания учебы в Академии Ав должны были пройти шестимесячную стажировку на корабле или военной базе, прежде чем могли претендовать на первый офицерский ранг.

Вполне типичный подросток семнадцати лет, Джинто, разумеется, не мог не обратить внимание на ее грудь, скрытую под униформой, прямо под символом звания. Она была как раз достаточных размеров, чтобы подтвердить его первое впечатление — этот офицер, без сомнения, относился к женскому полу.

Пока девушка-курсант шла к нему, Джинто наблюдал за ней, пребывая в состоянии легкого ступора. Нервы взяли над ним верх, и его ноги приросли к полу. Нарушая традиционные пределы личного пространства, ученица-пилот подошла очень близко к Джинто, прежде чем остановилась.

— Ваше Превосходительство Джинто Линн сиун-Рокк йарлук дрэу Хайде?

Впечатленный легкостью, с которой она выговорила его полное имя, Джинто только безмолвно кивнул головой. Она неуловимо быстрым движением взметнула вверх правую руку. Юноша инстинктивно подался назад. Но курсант просто поднесла руку к своей тиаре-альфе, в традиционном военном приветствии Ав.

— Я прибыла за вами с крейсера «Госрот». Следуйте за мной.

Ее голос был по-женски высоким и звонким, но сухие интонации подошли бы скорее для мужчины. Сочтя на этом процедуру знакомства завершенной, она развернулась на каблуках и двинулась прочь, с виду безразличная к тому, последует ли он за ней.

«И как я должен понимать такое приветствие?» — подумал Джинто с раздражением.

Он не ожидал слишком многого. Хотя на словах не существовало дискриминации по отношению к «планетникам», все же, книги намекали на то, что выходцы с Поверхности, преуспевшие среди Ав, достаточно редки. В любом случае, относились к ним иначе. Это не казалось Джинто правильным, и он не хотел сразу же показать себя человеком, который готов смириться с необоснованным пренебрежением.

«Возможно, эта ученица думает, что у нее нашлось бы занятие и поинтереснее, чем подбирать сына аристократа-планетника из орбитального космопорта, — предположил он, — Никто на военном корабле не захотел этим заниматься, и поэтому послали простого курсанта. Вот почему она теперь не в настроении».

Из собственного опыта на Дэлкто Джинто знал, что самое главное в отношениях — начало. И сейчас он чувствовал себя неловко, даже не зная имени этой девушки.

— Э… подождите! — окликнул Джинто ученицу пилота.

Та обернулась и вопросительно приподняла красивую бровь.

— В чем дело?

— Вы знаете мое имя, но я не знаю вашего. Я не уверен, что это означало бы для Ав, но меня это смущает.

Из просто больших, глаза девушки сделались огромными.

«Ох… что, это была грубость?» — испугался Джинто. В школе он изучал обычаи Ав, но, возможно, был какой-то важный пункт этикета, который он пропустил.