Мориока Хироюки – Звездный Герб. Трилогия (ЛП) (страница 62)

«Ну, с другой стороны, наверное, это не так уж и странно, — подумала она, даже наедине с собой не решившись произнести это вслух, — Ведь на сто световых лет в округе Джинто — единственный человек, которому я могу доверять!»

ГЛАВА 7

ГОРОД ЛУНЕ ВЕГА

«Ты единственный человек на сто световых лет в округе, которому я могу доверять, — повторяла Лафиэль в воображении Джинто, — Ты моя последняя надежда».

В действительности, ее отношение к нему оставалось скорее прохладным. Джинто не мог понять, почему это так сильно его задевает. Шагая по долине, он вскоре увидел впереди мост. Мост означал, что здесь есть дорога. Дороги ведут к городам.

Воодушевленный, Джинто высматривал, как подняться к мосту. К сожалению, поблизости не оказалось ни лестницы, ни прохода. Представив себе восхождение вверх по высокой насыпи на руках и коленях, юноша совсем упал духом. Очевидно, он переоценил свои физические возможности. Ему тоже требовалась передышка, прежде чем отправляться в путь. Он мог притворяться рядом с Лафиэль, но сейчас, когда он остался один, Джинто честно признался себе в том, насколько он вымотался. Да, он родился на планете, но всю жизнь провел в высокотехнологичных городах с развитой транспортной системой. К тому же, он никогда не был любителем путешествий или экстремальных видов спорта. Все его физические тренировки сводились к игре минчи на Дэлкто.

«Она могла бы, по крайней мере, поблагодарить за то, что я делаю», — недовольно думал он. Конечно же, он делал все это не только для нее, но и для себя, но, с другой стороны, ведь будь он здесь один, ему было бы намного легче спрятаться от врагов.

На один неуловимый миг у него в голове мелькнула идея оставить Лафиэль. Было бы определенно проще пробираться по тому «минному полю», которое представлял из себя чужой город, в одиночку.

Джинто содрогнулся, осознав собственные мысли. Хотя он никогда не считал себя особенно благородным человеком, в этот момент он почувствовал отвращение к самому себе из-за того, что хотя бы на мгновение мог поддаться такому соблазну.

— Может быть, я получу награду от Императрицы за то, что вытащу ее отсюда? — поддразнил он себя.

Он безуспешно попытался состроить злобную и циничную гримасу. Даже без зеркала было очевидно, что вышло неубедительно.

«К сожалению, этот Джинто Линн не настолько плох, — с иронией рассуждал он, карабкаясь наверх, — Никто не назовет его великим героем, но он и не подлец. Н-да, он скорее похож на комету, летящую через космос по пути, который не сама для себя выбрала. Он летит, не контролируя собственное направление, слегка обжигается, оказавшись рядом со звездой, и иногда колеблется, когда пролетает вблизи от зловредных планет. Вся его жизнь — лишь цепочка событий, над которыми он не властен, и не приходится прилагать никаких усилий, чтобы вляпаться в неприятности».

Одновременно покончив с подъемом и размышлениями о собственной внутренней сущности, Джинто встал, отряхиваясь. Как он и ожидал, наверху была дорога. Словно в награду за его старания, она, по крайней мере, была ярко освещена.

Судя по справочнику, один полный оборот планеты Класбул вокруг своей оси занимал 33,121 стандартных часа — в прошлую ночь Джинто проспал почти пятнадцать часов. Местные жители разделили планетарные сутки на тридцать две равные части, приняв таковой продолжительность класбульского часа. Биологические часы человека, однако, привыкли к тому, чтобы в сутках было двадцать четыре часа, так что население Класбула тоже сделало свой день двадцатичетырехчасовым. Таким образом, календарные сутки оказались на восемь местных часов короче фактических. Новый день мог начаться в полночь или же посреди сияющего утра. Такое расхождение во времени было очень неудобно, но все же лучше, чем нарушение внутренних привычек человека, выработавшихся за миллионы лет эволюции на древней Земле. Кроме того, так отпала необходимость совмещать жилой день со световым. Таким образом, не было необходимости в часовых поясах, что несколько облегчило работу компьютерных сетей и информационных служб.

Вокруг царила ночь, но, по часам Джинто, скоро должен был наступить полдень. Вероятно, он доберется до города вскоре после полудня по местным часам — идеальное время для налета на магазины.

«Здорово, что я добрался сюда!» — поаплодировал он сам себе.

Он настроил браслет на местную станцию и убрал назад в карман. Слушая, пока шел, Джинто пытался приспособиться к особенностям местной речи.

По мере того, как раздражение Джинто при попытках понять незнакомые слова уменьшалось, его же досада по поводу сложившихся обстоятельств нарастала. Это было вражеское сообщение, объясняющее причины вторжения в систему Сфагнов. Если верить диктору, войну развязали Звездные Силы, внезапно атаковавшие невооруженный исследовательский флот Объединенного Человечества.

Захватчики утверждали, что военный корабль Империи (наверняка, речь шла о «Госроте») без всяких оснований атаковал их корабли, ведущие мирные исследования на Плоскости. Чтобы наказать имперцев за такие вероломные действия и обеспечить безопасность новых Врат, Объединенное Человечество вынуждено было занять маркизат Сфагнов.

— Ну надо же, ребята, и кто бы подумал, что вы умеете шутить… — проворчал Джинто.

Он знал, что все это ложь — ведь он был на борту крейсера «Госрот», когда тот столкнулся с флотом Объединенного Человечества, который был явно слишком велик, чтобы просто собирать навигационные данные. И потом, если Объединенное Человечество действительно не желало драки, они не стали бы посылать наперерез крейсеру эскадру скоростных военных кораблей. Впрочем, Джинто подозревал, что в любом случае никто не поверит его истории. И, само собой, ни с кем на этой планете он не собирался ею делиться.

Он сменил частоту, надеясь найти хоть что-нибудь аполитичное. К сожалению, враги заполонили весь эфир. Как он ни пытался, Джинто не смог отыскать фильм или что-нибудь еще. Очевидно, догадался он, Объединенное Человечество усиливает свою хватку.

Одна станция транслировала лекцию о демократии и свободе. Другая повторяла уже слышанную им вчера речь женщины, благодарившей Объединенное Человечество за «освобождение от тирании Ау». Третья разоблачала зловещие тайные замыслы Империи. Казалось, что все местные вещательные студии разом в один миг отреклись от пагубного влияния Империи Ав.

Джинто попытался представить, как отреагируют на эти передачи местные граждане. Будь это Мартин, где все еще сохранялось неприкрыто враждебное отношение к Ав, можно было не сомневаться, что люди охотно оказали бы поддержку новым правителям — «новым друзьям», как выразилась та женщина. Но как воспримут все случившееся обитатели Класбула, сказать было невозможно. Джинто не видел ни одной причины, почему они должны хранить верность Ав, но также не видел причин и для того, чтобы они признали оккупационное правительство.

«Может быть, им просто безразлично?» — понадеялся он, думая, что, чью бы сторону ни приняли люди, их фанатизм в любом случае мог бы поставить его и Лафиэль в опасное положение.

Возможно, все-таки разумнее было бы спрятаться в полях, но достаточно близко к городу, чтобы Джинто мог бы ходить туда за продуктами. Впрочем, проще будет принять решение после того, как он увидит, что происходит в городе.

Возле Джинто пронеслось несколько парящих машин, но он не видел, чтобы кто-то еще гулял пешком. Наконец, он добрался до города. Сунув руку в карман, он заглушил компьютерный браслет. Он решил, что уже в состоянии понимать местный язык, но сомневался, что сможет его воспроизвести, не вызывая подозрений.

«Я могу притвориться иммигрантом, — решил он, — Все-таки, это долгое время работало на Дэлкто».

Джинто вошел в город, где, наконец, увидел других пешеходов. Несмотря на все его усилия проскользнуть между ними незамеченным, он сразу увидел, что привлекает много внимания.

«Что, у меня рога выросли? Может быть, что-то не так с одеждой?»

Поскольку горожане обращали на него внимание, очевидно, Джинто выглядел подозрительно. Для начала, расцветка его одежды была для них явно непривычна. На Класбуле люди предпочитали странные сочетания множества ярких цветов, в противовес монотонному темному комбинезону Джинто. К тому же, за время путешествия он успел основательно перепачкаться.

«Проклятье, не хватало еще объясняться с полицией! Что я им скажу? А ведь здесь обязательно должна быть полиция. Но не могут же полицейские арестовать меня только за то, что я грязный? Или могут?»

Не без труда, стараясь по возможности избегать людных улиц, Джинто добрался до центра города. Он хотел как можно скорее достать деньги и пройтись по магазинам.

Попутно он отметил, что для жителей Класбула казалось вполне обычным красить волосы. Искусственных блондинок и рыжих он видел повсюду, а время от времени замечал даже людей с зелеными или синими волосами. Кажется, к своей шевелюре здесь относились так же, как к одежде — чем ярче и пестрее, тем красивее. Это решало главную проблему. Голубые волосы Лафиэль не будут так уж сильно бросаться в глаза.

Город был не слишком велик. С окраин Джинто отчетливо видел группу высоких зданий местного центра. Присмотревшись повнимательнее, он понял, что эта группа небоскребов представляла собой единое целое. По контрасту с местной архитектурой, на планете Дэлкто города имели обширные окраинные районы, состоящие из бесчисленных небольших зданий, а на Мартине город, напротив, был составлен из нескольких огромных жилых комплесков. Здесь постройки, ярко освещенные огнями многочисленных окон, имели цилиндрическую форму, напоминая башни, и были соединены между собой многочисленными воздушными мостами и коридорами. Торчащие во все стороны фонари делали дома похожими на деревья, украшенные перед праздником. Широкие улицы тянулись между башнями, и всюду стояли припаркованные машины. Арочные мосты вели от парковок к зданиям. Газоны и детские игровые площадки покрывали немощеные площади. Джинто решил, что в дневном свете все это должно смотреться очень жизнерадостно.