Мориока Хироюки – Звездный Герб. Трилогия (ЛП) (страница 59)

Обычно, сразу после того, как новая планета становилась пригодной для заселения, ее владелец начинал вербовать для нее первых жителей. В данном случае, однако, этого не произошло.

К тому времени, как планета была закончена, у власти был второй виконт Сфагнов, Дисклей, и он не желал, чтобы на его прекрасной планете селились мигранты. Он не объяснял, в чем дело.

Возможно, Дисклей просто хотел иметь свою, и только свою личную планету. Если так, неудивительно, почему об этом не говорили вслух — для детей звезд столь приземленное стремление было бы весьма постыдным. Ав считали своей привилегией жизнь в космосе и очень редко спускались на подвластные им планеты. Если Дикслея действительно одолело столь недостойное Ав желание, семья Совис, несомненно, должна была замалчивать этот факт. Однако, это было только подозрение.

Предполагали также, что это был научный эксперимент — виконт Дисклей хотел увидеть, что породит эволюция на Класбуле, если предоставить ее саму себе. Столь безумный эксперимент был бы вполне в духе Ав, но в таком случае, напротив, семейство Совис должно было раструбить об этом на всю Империю, чего не случилось. Как бы то ни было, никто не обживал новообразованную планету до Этлея — третьего в череде виконтов — разрешившего колонизацию. Подходя к делу с более практической стороны, чем его отец, и стремясь поскорее наладить в своей системе оживленную межзвездную торговлю, Этлей заключил соглашения с правительствами по меньшей мере десяти перенаселенных миров.

Первый день нулевого класбульского года соответствовал двадцать девятому дню одиннадцатого месяца 729 года по общеимперскому летоисчислению. Благодаря своей роли в заселении планеты, виконт Этлей получил титул графа — дрэу — что также сделало его и членом высшей касты среди знати — Воуда. С этого момента его система стала называться графством Сфагнов.

Затем, после того как, в девяносто третьем году местного календаря, население планеты перевалило за сто миллионов, графство было повышено в статусе до маркизата, а семейство Совис получило титул маркизов — лоэв. К тому же моменту, когда Джинто и Лафиэль свалились на одно из полей Класбула, его население достигло уже трехсот восьмидесяти миллионов. Его земли разделились на двадцать одну провинцию, каждая управлялась собственным премьер-министром, старший среди которых имел статус Территориального Представителя.

Джинто отключил исторический справочник и начал при помощи браслета сканировать эфир в поисках каких-нибудь местных передач. Наконец, он отыскал какую-то станцию. Лицо женщины средних лет появилось над маленьким голографическим проектором. Дикторша говорила на языке, который показался юноше почти совершенно непонятным. К сожалению, в базе данных отсутствовала подробная лингвистическая информация, так что он не смог настроить свой браслет на перевод, и вынужден был полагаться только на собственные силы.

Слушая, он постепенно начал понимать, что женщина говорит на ужасно исковерканном имперском наречии. Это был не тот баронн, на котором разговаривали в Империи, это была лишь его очень упрощенная версия. В местном диалекте отсутствовали замысловатые спряжения глаголов, из-за которых баронн казался столь сложным для тех, кто не говорил на нем от рождения, а слова располагались в строго определенном порядке. Грамматика в значительной степени напоминала грамматику языка Мартина, так что Джинто освоился довольно быстро.

Когда он разобрался в некоторых особенностях класбульского диалекта (который включал в себя различные искажения, например, «Ау» вместо «Ав»), Джинто начал разбирать речь в целом. Однако, оставались слова, происходящие не из баронна, и он мог только гадать, что они означают.

— Мы должны благодарно организовать совместную власть человеческой расы. Причина — они освобождают нас. Отделение контроля от Ау принес нам Соединенный Народ Людей. Теперь, мы должны при их помощи создать правильное правительство над нами.

Так слова дикторши звучали для Джинто.

В общем, он понял, что женщина хотела, чтобы класбульцы возблагодарили Объединенное Человечество за освобождение планеты от правления Ав. Очевидно, битва за Сфагнов завершилась для Империи неудачно. Джинто воспринял новость спокойно — он ожидал это услышать. Теперь им с Лафиэль оставалось только спрятаться где-нибудь и дожидаться, когда Империя нанесет свой ответный удар.

Вздохнув, Джинто поискал другой канал. Наконец, на экране возникла какая-то урбанистическая сцена, похожая на фильм. Юноша поморщился. Кто станет показывать фильмы в такое время? Это что — шутка?

Ав открыли и развивали этот мир, так же, как планету Дэлкто. Обитатели Класбула произошли от добровольных переселенцев, принявших верховное правление Империи в обмен на новое место для жизни. В отличие от системы Хайде, Ав не захватывали эту планету силой, так что антиимперские движения вряд ли могли быть здесь слишком популярны.

Возможно, фильм в такое время был символом равнодушия жителей планеты к происходящему вне их собственного мирка — кого волнует, кто правит в небесах над Класбулом, если это не мешает людям смотреть свое любимое кино?

Фильм оказался предельно нудным, но Джинто заинтересовала одежда персонажей. Одежда Ав не имела различий для полов. Мужчины и женщины носили практически одинаковые облегающие комбинезоны — сорф, а дворяне — еще и длинные мантии — дош — поверх них. Военные одевались в униформу — серлин — которая выглядела, как тот же сорф, только черного имперского цвета и со знаками отличия. Однако, на этой планете похожие комбинезоны носили только мужчины. Женщины одевались в короткие яркие платья без рукавов и сапожки высотой до колена.

Выключив фильм, Джинто попробовал определить их нынешнее местонахождение при помощи компьютерного браслета. Он искал навигационные радиосигналы, пока не поймал достаточно, чтобы совместить их с голографической картой, загруженной из блока памяти корабельного компьютера. При помощи триангуляции сигналов, браслет вычислил их текущее положение и определил, что совсем недалеко находится город, называемый Луне Вега. Судя по карте, точка их привала находилась по правую руку от города.

«Что будет лучше — идти до города, или же спрятаться в глуши?» — размышлял Джинто.

Увы, рюкзаки содержали только девять пайков. Даже при серьезной экономии, этого хватило бы для двух человек от силы дней на пять. После этого им придется добывать еду где-то еще. Правда, они находились на пшеничном поле, но, даже если они смогут собрать эту пшеницу, ее все равно не на чем приготовить.

«В любом случае, о чем я точно никогда не мечтал, так это о многодневном пикнике посреди какой-то дикой фермы и безо всяких удобств!»

Пусть Джинто и был планетником, но предпочитал жить в городах. Отдых на природе всегда казался ему весьма сомнительным удовольствием. Несомненно, Лафиэль, впервые оказавшись на планете, сочла бы это даже более неприятным.

С учетом всего этого, им следует идти в город. Единственная проблема состояла в том, что Луне Вега казался недостаточно большим, чтобы надежно укрыть их. Но, по крайней мере, там должны быть транспортные линии, ведущие к более крупным городам.

Когда совсем стемнело, Джинто спустился со скалистого холма, который крошился и осыпался под его ногами. Он практически съехал к подножию на собственном заду. Поднявшись на ноги, Джинто обнаружил, что прямо ему в лицо смотрит дуло лазера.

— Это же я, Лафиэль! — возмутился Джинто, отшатнувшись.

Девушка опустила лазерный пистолет.

— Где ты был? — сварливо осведомилась она.

— Просто осматривал окрестности.

— Я спросила тебя, где ты был, а не что ты делал!

— Я был на вершине холма.

— Идиот! Что, если бы кто-то тебя увидел?

— Не бойся. Тут никого нет.

— А если бы тебя засекли сверху?

— Да… — вражеский флот, скорее всего, сканировал поверхность планеты с орбиты. Они вполне могли его обнаружить. О такой возможности Джинто не подумал.

— Ну, все равно, не думаю, что это так уж опасно. Я не похож на Ав и не ношу имперскую униформу, так что они, скорее всего, просто приняли бы меня за местного жителя.

— Нельзя надеяться на беспечность врага. Если в окрестностях действительно больше никого нет, они могли заинтересоваться, что же тогда здесь делаешь ты.

— Ну, хорошо, — сдался он, — Я постараюсь больше не делать ничего глупого.

— Именно. И не исчезай никуда, не предупредив меня.

— Ты так крепко спала, что у меня не хватило смелости тебя потревожить. Доброе утро, кстати, — пошутил он, — Хотя это больше похоже на вечер.

— Дурак, — проворчала она.

«Кое-кто сегодня слишком раздражителен!» — Джинто мысленно хмыкнул. Ему показалось, что плохое настроение девушки — лишь попытка скрыть ее внутреннюю неуверенность. В конце концов, она же впервые в жизни спустилась на поверхность планеты.

— Ты не хочешь уйти отсюда, просто так, на всякий случай? — предложил он.

— Думаю, ты прав — нам лучше уйти подальше от места приземления, — Лафиэль осмотрелась по сторонам, — Кроме того, здесь даже не на что поглядеть. Я не думала, что Поверхность настолько… однообразна.

Джинто подошел к небольшому аппарату, который оставил на день в глубине пещеры. Это устройство автоматически конденсировало влагу из воздуха. Сейчас оно было наполнено водой. Джинто разлил воду в две бутылки и протянул одну из них Лафиэль. Вода, собранная таким образом, не отличалась приятным вкусом, но ее, по крайней мере, можно было пить. Они наскоро поели и подготовились к выступлению. Взвалив на себя поклажу, они зашагали прочь от скалистого островка.