Моргана Маро – Цветы пиона на снегу. Том 1 (страница 10)

Вэнь Шаньяо не торопился, то и дело останавливаясь и проклиная слабое тело. Вода в тыкве горлянке практически закончилась, когда он преодолел пятую тысячу ступеней, а из еды осталась единственная лепешка, купленная по пути к горам. Решив оставить ее на потом, Вэнь Шаньяо с удивлением заметил впереди себя полного юношу. Обливаясь потом, красный до кончиков ушей, он упорно преодолевал ступеньку за ступенькой. Вэнь Шаньяо потребовалась половина шичэня, чтобы оставить позади пять тысяч ступеней, а Ши Фэнми, судя по всему, идет еще дольше.

– А ты далеко зашел, – приветствовал его Вэнь Шаньяо.

– Рад новой встрече, мой друг, на пути самосовершенствования! – задыхаясь, ответил тот, стирая льющийся пот со щек. – Говорил же, что мы снова встретимся. Видимо, судьбы наши и вправду переплетены.

Вэнь Шаньяо лишь задумчиво кивнул. Нет, в прошлом они даже не общались, и хотя он любил заходить в лавку семьи Ши, но совершенно не знал имя их сына. Но если этого не было в прошлых жизнях, то почему не может быть в этой? Вэнь Шаньяо намерен сделать все, чтобы предотвратить падение своей секты, так почему бы не задействовать при этом тех, кто постоянно был в тени?

– Вы только гляньте, и чего толстяк тут забыл? – раздались насмешливые голоса.

Мимо них прошли трое юношей, едва ли не хохоча при виде красного и насквозь потного Ши Фэнми, который сконфуженно потупил взгляд.

– Да он на восьми тысячах развернется и обратно уйдет.

– Не место таким толстякам среди заклинателей… – самодовольно кинул один из юношей.

– Кто бы вам язык почистил, а лучше бы с корнем вырвал, – сухо произнесла идущая за Вэнь Шаньяо девушка. – Разве где-то сказано, какой облик должен быть у заклинателя? Или, может, вы знаете, раз смеете такое говорить?

Юноши замялись, оглядев троицу и бросив им напоследок:

– Лучше уходите, для таких, как вы, только в школах и место.

– Будет нелепо, если их примут!

Девушка фыркнула им вдогонку, протянув Ши Фэнми полную флягу:

– Держи, тебя она нужнее.

– Спасибо, – тяжело вздохнул тот, осев на ступени и жадно приложившись к горлышку.

Вэнь Шаньяо взглянул на невысокую худощавую девушку, силясь вспомнить ее лицо, но в голове было пусто. Нет, он ее не знает.

– Спасибо за помощь.

– Не стоит, я знаю, каково это.

– Неужели у меня действительно нет шансов? – растерянно пробормотал Ши Фэнми, смотря в пустоту перед собой. – Я уже столько времени иду по этим ступеням, а им конца и края нет… Может, и вправду не мое это? И лучше все же в школу пойти…

– Даже не думай, – резче, чем хотел, перебил его Вэнь Шаньяо, поспешив смягчить голос. – Ты ведь больше половины прошел! Разве не обидно будет бросить все на полпути и вернуться обратно ни с чем? До конца жизни себя корить будешь.

– Верно, – согласно закивала девушка. – Уж лучше я попробую, и даже если не стану адептом, то хотя бы буду знать, что попыталась. А после уже можно и в школу пойти.

– Думаешь? – неуверенно спросил Ши Фэнми.

Вэнь Шаньяо и девушка одновременно кивнули, хотя первый был уверен, что среди адептов их точно не будет. Но чем судьба не шутит?

– Вы не голодны? – оживился Ши Фэнми, достав из сумки завернутые в ткань и уже остывшие никуманы[19]. – У меня как раз осталось три пирожка.

Вэнь Шаньяо, лишь ради приличия изобразив неуверенность, взял пирожок и сел рядом с пухлым юношей, и спросив у незнакомки:

– Ты из города?

– Я из дома Мэн.

– Дом Мэн? Разве их глава не один из купцов Цзу? – оживился Ши Фэнми, во все глаза уставившись на девушку. – Неужели ты первая дочь господина Мэн – Мэн Гуансянь?!

Вэнь Шаньяо внимательно взглянул на незнакомку: волосы хоть и убраны, но простой заколкой, а одежда старая и местами заштопанная, да и руки огрубели от работы. Нет, это точно не первая дочь купца Мэн.

– Я дочь от служанки, Мэн Юэлян, – представилась та и, заметив растерянный взгляд Ши Фэнми, поспешила ответить: – Не вините себя за незнание, многие даже не подозревают о моем существовании.

– Значит, ты сбежала? – поинтересовался Вэнь Шаньяо.

– Сбежала? – не понял Ши Фэнми. – Но купец Мэн один из самых богатых людей Цзу! Наверняка он может обеспечить всех своих детей!

– Может, но навряд ли хочет, – ответил Вэнь Шаньяо, и Мэн Юэлян печально улыбнулась.

– Это точно. Хоть я и из семьи Мэн, от них мне достался только фамильный знак. А так… – Она взглянула на свои огрубевшие от холодной воды, ожогов и царапин пальцы и стыдливо спрятала их за спину. – Так что Байсу Лу – мой шанс, и я не хочу его упустить.

Именно таких людей и любил Вэнь Шаньяо: на грани отчаяния, понимающих, что у них нет шанса, но все равно надеющихся на чудо… Он бы соврал, если бы не признался самому себе, что обожает смотреть на их растоптанные мечты и угасающую в глазах надежду. Загоревшиеся, способные сами себя сжечь по неосторожности, они вмиг потухают и больше не стремятся даже искру показать. Вот только такие люди на один раз, и долго ими не насладишься. Нет, пока их лучше не ломать, а приберечь на потом.

– А вы откуда? – поинтересовалась Мэн Юэлян.

– Я родом отсюда и происхожу из семьи Ши – Ши Фэнми.

– Из той самой семьи Ши, что владеет пекарней? – оживилась девушка. – Моя мама обожала ваши булочки! Жаль, что больше их не попробует… А ты откуда?

– С востока, – помедлил с ответом Вэнь Шаньяо, изобразив печаль. – Я жил с дедом, так что не знаю ни мать, ни отца. Он дал мне свой фамильный знак Ян и назвал Сяо.

– Значит, и тебе возвращаться некуда?

Вэнь Шаньяо кивнул, наконец-то доев никуман и спросив:

– Ну что, пойдем? Иначе так только ночью до Байсу Лу доберемся.

Поднявшись, они втроем не торопясь зашагали дальше, останавливаясь через каждую пару сотен ступеней, чтобы немного отдохнуть. Мимо них, так и не сумев добраться до вершины и сдавшись, проходили недовольные юноши и девушки, проклиная гору и эти бесконечные ступени.

– Говорят, в Байсу Лу сегодня прибыли люди из Ганшаня, – мимолетно заметила Мэн Юэлян.

– Мы их даже видели.

– И едва выжили… – негромко добавил Вэнь Шаньяо.

– Скорее бы посмотреть на них, – с придыханием произнесла девушка. – Слышала, им нет равных среди школ и кланов в искусстве меча, за что их прозвали волками севера!

– Верно, они каждые десять лет на соревнованиях выигрывают! – поддакнул Ши Фэнми. – Их учение Чицзюсин не менялось с самого основания клана, благодаря чему даже с малыми духовными силами они могут стать выдающимися мечниками.

Вэнь Шаньяо с неохотой согласился. Люди клана Ганшань действительно имели низкий уровень духовной энергии, но благодаря своему учению способны были умертвить несколько противников одной лишь веткой. Немало в прошлых жизнях верный пес Ян Сяо из Ганшаня потрепал ему нервов. Ладно бы он только гавкал, так еще и кусался больно. И откуда такая преданность? Ян Сяо ему жизнь не спасал, скорее уж наоборот.

– Смотрите, почти дошли! – воскликнула Мэн Юэлян, указав на резную арку.

Перед аркой их ждал еще один заклинатель, с заметным удивлением осмотрев запыхавшегося Ши Фэнми, который с довольным видом взглянул на преодоленные им ступени.

Записав их имена, заклинатель произнес:

– Чтобы попасть в клан, вы должны пройти всего одну проверку: заставьте цветок полностью раскрыться.

Он указал им на свободное пространство за аркой, заставленное в несколько рядов низкими столиками. На каждом стояло блюдце с водой, на которой плавал небольшой лист с закрытым бутоном кувшинки. Вэнь Шаньяо вмиг узнал этот сорт – Нежное Дыхание. Это был далеко не обычный цветок, готовый раскрыться при помощи солнца и воды; питанием для него служила духовная энергия. Произрастая в месте с ее концентрацией, он обильно цвел, а погибая, отдавал всю накопленную энергию обратно, и так раз за разом. Так что кувшинка тут же почувствует, есть ли в человеке духовная энергия, и, если ее много, вмиг раскроется, но если капля – расправит несколько лепестков. В этом и крылась вся хитрость – Байсу Лу нужны достойные адепты, чье ядро можно сформировать меньше чем за год.

Вэнь Шаньяо занял один из свободных столиков. Ши Фэнми и Мэн Юэлян расселись по обе стороны от него, напряженно вглядываясь в кувшинку и всем своим видом показывая, что будут сидеть тут до последнего. Вэнь Шаньяо же оглядел присутствующих: всего столов было чуть больше тридцати, но занято оказалось меньше половины. Вдоль них, проверяя, чтобы никто не жульничал, ходили заклинатели в белых одеждах с огненными рукавами и подолами. Среди них Вэнь Шаньяо с упавшим сердцем заметил старшего мастера Лу, что стоял на небольшом уступе, глядя на присутствующих с высоты своего роста. Заметив Вэнь Шаньяо, он едва заметно улыбнулся ему уголками губ с небольшой родинкой под нижней и вновь стал серьезным. Он был лицом Байсу Лу, одним из знаменитых заклинателей этого времени, а также наставником Ян Сяо в прошлых жизнях.

Взгляд Вэнь Шаньяо замер на висевшем на поясе Лу Сицина мече, выкованном из клыка ужасной твари, когда-то водившейся в пещере под озером. Хотя заклинатели в кланах и получают мечи, многие потом отказываются от них, собственноручно создавая новые, которые после смерти хозяина пополнят коллекцию клана.

Меч Лу Сицина имел имя Байтянь[20], а также у него был брат-близнец – Шэнье[21], принадлежащий младшему мастеру Лу.

Вэнь Шаньяо взглянул на цветы Ши Фэнми и Мэн Юэлян. У первого медленно отгибались листочки, но все лицо юноши покраснело от натуги, а пот вновь промочил воротник. У второй же дело шло бодрее, но запас духовной энергии у девушки был невелик, и она уже выдыхалась. Если так пойдет и дальше, кувшинка вновь закроется.