Морган Мэтсон – Большое путешествие Эми и Роджера (страница 9)

Потрясенная, я схватила в охапку свои вещи для сна и отправилась в душевую, чтобы переодеться. Она находилась дальше по тропинке, ведущей от нашего домика, поэтому мне приходилось постоянно оглядываться по сторонам, чтобы не стать чьим-нибудь ужином. Я надела самую закрытую ночную одежду, которая у меня была: спортивные штаны и рубашку с длинными рукавами, – почистила зубы, умылась, как можно сильнее растягивая время в надежде, что к моему возвращению Роджер уже уснет или в службе бронирования для нас чудесным образом найдется еще один домик.

Я убрала свои вещи в ящик и теперь пыталась заставить себя открыть дверь и зайти в дом. Это было непросто, ведь мне совсем не хотелось спать с кем-то, кого я едва знаю.

Я мечтала оказаться дома, в своей собственной постели, чтобы родители сидели в гостиной, а Чарли – в соседней комнате. Я всегда считала, что это будет длиться вечно. Мне никогда не приходило в голову, что в этом есть что-то необычное. А сейчас отдала бы все, чтобы вернуться назад.

«Эми» сейчас, наверное, жевала бы бургер, сидя рядом со своим парнем, любителем поиграть в футбол, и ее самой большой заботой был бы прыщик на щеке, который никак не хотел исчезнуть, черт бы его побрал.

Было слышно, как Роджер ходит по домику, а значит, рано или поздно мне все-таки придется зайти внутрь. Я глубоко вздохнула и открыла дверь, чувствуя, как вспотели ладони. Оказалось, что Роджер расстелил кровать, причем весьма аккуратно, и сложил одеяло. Он сидел на кровати с правой стороны. Я сложила одежду на чемодан и обошла кровать, чтобы подойди к ней слева, чувствуя себя ужасно смущенной и не зная, куда деть руки. Когда я подошла к кровати со своей стороны, то увидела, что футболка Роджера немного задралась и над шортами видна полоска голой спины. Я быстро отвела взгляд, не зная, что делать. Мне тоже сесть на кровать? Откинуть одеяло? Подождать, пока он первый ляжет и укроется?

Роджер повернулся ко мне.

– Все в порядке? – спросил он. – Я уже начал думать, что на тебя медведь напал.

– Ха-ха, – я попыталась изобразить непринужденный смех, но даже мне самой было заметно, как жалко он прозвучал. – Нет, все нормально. Просто…

Я понятия не имела, как закончить предложение, так что даже не стала пытаться и просто оставила эту фразу висеть в воздухе.

– Спасибо, что расстелил постель, – наконец выговорила я. – Это было совершенно необязательно.

– Мне нетрудно, – улыбнулся Роджер. Пару секунд он стоял и смотрел на меня, будто оценивая мой вид. – Тебе не жарко?

– Что? Мне? – пробормотала я в полном замешательстве.

– Ага, – сказал он, все еще глядя на меня.

Что? Это он так заигрывает или что? Прямо перед тем, как мы ляжем спать в одну кровать? Как будто без этого было мало сложностей.

– Ой, спасибо. Ну, то есть ты не обязан, но я не уверена, что стоит…

– О, нет, – быстро сказал Роджер, и я заметила, что он снова покраснел. – Нет. Я хотел сказать… ну, ты так одета. Тебе жарко не будет?

Ох. Мне немедленно захотелось, чтобы один из этих медведей, которые бродят снаружи, пришел и съел меня.

– А, ну да, – я изо всех сил старалась, чтобы мой голос звучал бодро. – Да нет, нормально. Я тут всегда немного мерзну по ночам.

Роджер кивнул и потянулся (на этот раз я увидела полоску его плоского живота), и я снова отвела взгляд, подумав, что лучше бы его футболка была немного подлиннее.

– А тебе нормально? – спросила я. – Не холодно в смысле?

– А, конечно, – сказал он, откидывая одеяло со своей стороны.

С облегчением оттого, что наконец-то стало понятно, что делать, я откинула свою часть одеяла.

– Мне всегда жарко по ночам. Хэдли из-за этого прозвала меня обогревателем.

Я подошла к двери, убедилась, что она заперта, и выключила свет. Но из-за белых стен, через которые проникал лунный свет, было по-прежнему достаточно светло, чтобы легко добраться до своей стороны кровати. Роджер уже улегся, и я забралась в постель следом за ним, стараясь держаться как можно ближе к своему краю, но при этом не упасть. Подложив руки под голову, я смотрела в потолок в волнении от ощущения того, как близко мы друг от друга. Мне не придется даже вытягивать руку, чтобы дотронуться до него. Я слышала ритм его дыхания.

– Хэдли? – спросила я немного погодя, догадываясь, что это его бывшая девушка, та, чью сторону кровати я теперь занимала.

– Ага, – сказал Роджер, и я расслышала напряжение в его голосе. – Моя девушка. Моя бывшая девушка, – тут же поправился он, заметно сердясь на себя самого. – Она… она была просто…

Я подождала, немного повернув голову, чтобы видеть его, но, похоже, он не собирался произносить вслух, что же такое представляла собой Хэдли. Роджер глубоко вздохнул и улегся, подложив руки под голову. Пару секунд я разглядывала его мускулы, а затем снова уставилась в потолок.

– А у тебя, – спросил он, повернув голову в мою сторону, – есть кто-то?

Я тут же подумала о Майкле, но не была уверена, что нас все еще можно считать парой.

– У меня никого нет, – сказала я. Потом, подумав, что это прозвучало слишком беспомощно, добавила: – Хотя был один парень… Но он просто… То есть он в самом деле…

Я умолкла, не понимая, куда делись все мои прилагательные, существительные и глаголы. Мистер Коллинз этого не одобрил бы.

– Я не знаю, – наконец блестяще закончила я свою речь. – Пожалуй, нет.

Я посмотрела на Роджера и увидела, что теперь он лежит на боку, лицом ко мне, немного согнувшись. Обычно я тоже спала на боку. Я посмотрела на потолок, мысленно готовясь к еще одной долгой ночи. В прошлом месяце я впервые узнала, что такое бессонница. Лежала без сна часами, пока наконец не сдавалась и не включала телеканал с прогнозами погоды. По какой-то причине он меня успокаивал – вернее, тот факт, что он, по сути, предсказывал будущее. Мне нравилось, что метеорологи могут рассказывать людям по всей стране, чего им ждать от следующего дня или недели. Понаблюдав за картинками с погодных радаров некоторое время, мне удавалось задремать на пару часов. Но этой ночью в домике, вокруг которого, вероятно, бродили стаи голодных медведей, в одной кровати с Роджером, я понятия не имела, удастся ли мне вообще заснуть.

– Спокойной ночи, Эми, – произнес Роджер.

– Спокойной ночи. Спи крепко, медведям не попадайся, – машинально добавила я.

Именно такими словами мы с папой и Чарли желали друг другу спокойной ночи, когда приезжали сюда. Годами я об этом не вспоминала, и вдруг оказалось, что эти слова просто ждали подходящего момента.

Роджер засмеялся – с той же интонацией, что и раньше, только потише.

– Ага, – сказал он. – И ты тоже.

Я увидела, как он закрыл глаза, и подумала, что он, наверное, заснет мгновенно, счастливый человек, который может просто отключиться, не обращая внимания на собственные тревожные мысли. Ведь и я когда-то была такой же.

Дыхание Роджера стало ровнее и медленнее, и я почувствовала себя на своей половине кровати более спокойно. Между нами на постели была складка, и Роджер вроде бы не приближался к ней. Двигаясь как можно медленнее и осторожнее, я повернулась на бок, лицом к Роджеру, и свернулась клубком.

И хотя я была уверена, что заснуть будет невозможно, тоже закрыла глаза.

Я проснулась – было три часа ночи. Удивительно, что мне все-таки удалось заснуть, причем без помощи погодных карт. Я села и осмотрелась по сторонам. В домике было темнее, чем раньше, – может, луна скрылась за облаком – и я была в кровати одна. Я тут же почувствовала приступ паники – смешно, вообще-то, учитывая, как сильно мне не хотелось спать в одной кровати с Роджером. Но теперь все это было уже слишком. Я начала соображать, куда он мог пойти: отправился в уборную или вышел посмотреть на звезды поздней ночью – и тут услышала его голос снаружи. Посмотрев на дверь, я заметила, что она немного приоткрыта, так, что мне было слышно, что он говорит.

– Привет, Хэдли, – сказал он. – Это снова я.

Я осмотрелась по сторонам, пытаясь понять, что мне делать. Включить свой айпод? Понятно, что его слова не предназначены для моих ушей, но в то же время мне очень сильно хотелось узнать, с кем и о чем он разговаривает. Голос его звучал довольно нервно.

– Похоже, тебя нет дома. Или ты спишь. У вас, наверное, уже довольно поздно. Или рано. Так что если я тебя разбудил, извини… – он сделал паузу. – Я в Калифорнии, в горах, и здесь такие красивые звезды. Вот бы ты на них посмотрела… Я… – он осекся. – Хэд, я просто не понимаю, что случилось. Почему ты не отвечаешь? Это совсем на тебя непохоже, так что… я просто не знаю. Как бы то ни было, позвони мне, если получишь это сообщение, ладно?

Я ждала, что он как-то попрощается, но продолжения не последовало. Догадавшись, что скоро он вернется в домик, я снова улеглась и закрыла глаза, делая вид, что сплю, чтобы он не понял, что я все слышала.

Когда я открыла глаза в следующий раз, на улице уже рассвело и снаружи звучали птичьи голоса – одни щебетали, другие пронзительно кричали – со всех сторон. Я взглянула на часы – было восемь утра. Затем в ту сторону, где лежал Роджер – его голова была на расстоянии вытянутой руки от меня. Он крепко спал, одеяло сползло с плеча. Несколько мгновений я просто наблюдала за ним – он дышал спокойно и ровно. А затем отвела взгляд, перекатилась на кровати и потянулась. За последние несколько месяцев мне ни разу не удавалось так хорошо выспаться.