Морфиус – Жажда бессмертия. Том 5 (страница 40)

Одна жемчужина лопнула на пальцах, насыщая умение ларца. Хватило и одной. А затем, касающиеся моих пальцев кристаллы, начали исчезать, возникая уже где-то там. Хотелось сказать в желудке, но это была лишь аналогия, что разум пытался подобрать к необычному феномену.

Почти сразу все слоты оказались забиты, а я ощутил внутри десяток разнообразных кристаллов, чью суть мог ощутить. Но закалки внутри мне нужны не были. Мгновение, и на пальцах возникают бесполезные кристаллы, а на их место отправляются только капли силы и осколки, после чего я провожу финальный тест. Дожидаюсь пока ларец «закроется», перенаправив силу капли на реген. А потом мысленно тянусь к нему, фокусируясь на осколке просветления. Пару мгновений казалось, что ничего не произойдет, а затем кристалл распался, остужая разгоряченный разум и чуть добавляя настроение. А вот вытащить хоть один кристалл обратно без «оплаты» мне не удалось. Значит, поглощать их можно и без дополнительных затрат в отличие от попытки извлечь обратно.

Все это заняло не больше десятка секунд, пока я прыгал по ухабам из хитиновых панцирей, рискуя сорваться и провалиться куда-то между. А вокруг тем временем уже поднимались выжившие монстры. Я даже уже открыл кольцо, извлекая меч, ведь им убивать тварей было куда удобнее чем посохом или техниками, жрущими куда больше ци, и так дефицитной сейчас. Вот только мелкие рабочие, условно мелкие, так как еще могли перекусить человека пополам, словно бы не обращали на меня внимания, пытаясь все ползти в одном направлении. В сторону муравейника.

Прыжок, прыжок, удар сталью, напитанной лезвием звука, и голова муравья-рабочего разлетается. А я, наконец, отдаляюсь достаточно, чтобы через запотевшее стекло респиратора увидеть, что же происходит вокруг.

Взгляд сразу цепляется за далекие фигурки людей, что ожесточенно двигались вперед, прорываясь к порталу. Вот только если слабые твари после уничтожения улья и начали вести себя странно, разом потеряв свой запал и словно бы потянувшись куда-то в сторону. А летуны разом все попадали от ударной волны, переломавшей им крылья. То вот Голиафы и гвардейцы демонстрировали завидное упорство, продолжая двигаться к нарушителям спокойствия.

Потом взгляд начал метаться влево и вправо, пока я наконец не заметил что-то красное. И вот туда я и направился, ведь, честно говоря, Нелл была для меня куда важнее всех остальных людей вместе взятых.

Через минуты три я уже был рядом, с облегчением понимая что с Нелл все в порядке. Ну или почти в порядке, учитывая, что у нее отсутствовала одна из рук, да и в целом ее немного перекосило и помяло. Впрочем, она это активно исправляла, попутно рубя тварей рядом и собирая кристаллы в новый мешок.

— Как прошел полет вниз? — Прохрипел я, казалось, даже больше не голосовыми связками, опаленными пожаром и отравой бездны, которая над разрушенным муравейником и около среза корня бездны просто-таки витала в воздухе, а скорее энергией. Кстати, то что я надышался испарений от корня, а это произошло неизбежно, тоже волновало. Но не сильно, учитывая общее текущее состояние.

— Прекрасно! Захватывающе! Как и весь полет! — Намного громче, чем нужно прокричала Нелл, фонтанируя эмоциями. Но это для нее было нормально. А вот мои барабанные перепонки, видимо, уже восстановились. То-то их жгло сильнее всего.

— Хватит тут копаться! Пошли помогать нашим! — Рубанул я мечом по очередному рабочему, который несся к муравейнику. На нас они все также обращали куда меньше внимания. И это наводило на интересные мысли. Если до взрыва на нас перли вообще все, то сейчас обращали внимание лишь те особи, что натыкались прямо на нас. Остальные же бежали по своим делам.

Нелл ничего не ответила, но побежала за мной, пока я пытался нащупать сигналы коршунов. И, как ни странно, смог это сделать. Правда отозвалась только одна птичка. Вторая бесповоротно сгинула, что и неудивительно в текущем хаосе. Я вообще думал, что ничего не найду.

Через минуту стало очевидно. Медленно. Мы двигаемся слишком медленно, чтобы успеть помочь своим. Даже при том что твари стали менее активными, мы все равно плелись словно черепахи, особенно я, переставляя ноги еле-еле и в хлам перенапряженной энергосистемой.

А тем временем на склоне холма уже разворачивалась новая баталия, где потоки пламени и резкие удары гравитационных волн сливались воедино, отгоняя наседающих тварей. Так уж вышло, что там, в полукилометре, а может, уже и ближе, концентрация монстров была на порядок выше, чем здесь, около улья. И даже замеченный мной в сотне метров гвардеец, что ранее уже через десяток вздохов был бы рядом, кладя свою жизнь ради нашего уничтожения, сейчас словно колебался, не зная, что делать. А тем временем эта странная ментальная боль, транслируемая корнем, лишь увеличивалась.

Нелл все также яростно рубила тварей, постепенно восстанавливаясь. Вот только я понимал, оставим все как есть, и эта миссия завершится так же, как и предыдущие. Смертью почти всех. Ибо против голиафов и гвардейцев, а еще летунов, что всё-таки начали приходить в себя, шансов у отряда не будет. Вероники не хватит надолго. Она себя сожжет в ноль. А потом твари прорвутся и через потоки огня, ведь зарядка посоха далеко не мгновенна.

— Надо быстрее! Снова взлетаем! Только ты в кольцо! — Прохрипел я, и Нелл остановилась, перестав махать двумя своими нагинатами.

— А почему без обнимашек? Мне понравилось летать! — Этот комментарий я оставил без ответа, начав открывать кольцо. Высокого качества, ни в какое другое Нелл не влезла бы. Да она и в это-то должна была с трудом поместиться, словно протиснувшись. И более того, это было сопряжено со множеством проблем.

Но Дух не стала дальше продолжать неожиданно возникшие капризы, стянув со своих пальцев сразу три кольца и бросив их мне, заставляя мою многострадальную руку их все поймать. Ибо помещать одни кольца внутрь других…

Можно было. Но методички в один голос советовали этого не делать, как и здравый смысл, помноженный на опыты. Я и сам еще до миссии один раз такое пробовал, но дальше решил не рисковать.

Ведь если поместить один артефакт в другой, то тот начинал работать куда медленнее, а ци жрать куда больше. И если в мирное время на это можно было и закрыть глаза, положив внутрь высококачественного кольца пару обычных, то вот в бою карячаться и потеть полминуты, чтобы открыть не слушающийся артефакт, теряя ци, было не комильфо.

К тому же логика и байки подсказывали, что если закинуть в одно кольцо слишком много других, оно могло навсегда «умереть», перестав открываться и просто тяня в себя ци хозяина словно в пустоту. Жаль… А ведь у меня были надежды, что так можно будет склепать какую-нибудь пространственную бомбу. Но реальность опять оказалась куда суровее фантастики.

Наконец, Нелл исчезла в подпространстве, а я «призвал», аки Гендальф орлов, многострадального коршуна, чей корпус был немного помят. А потом без затей ухватился рукой за «мясорубку», которой он и сбивал других дронов, после чего опять влил в себя капли, вводя энергосистему в еще больший хаос.

— Ну! Поехали!

Теперь полет уже не вызывал никакого восторга. Только ощущение боли, что неизбежно сопровождала процесс удержания в своём теле энергии капель, необходимых для парения. Зато, без вездесущих стрекоз, которые, правда, уже скоро должны были появиться, судя по тому, как воздух вдали снова серел от миллионов небольших силуэтов. Да и невидимость теперь была не нужна, ведь летунов почти не осталось.

А с высоты я смог еще раз оценить окружающие нас виды. Ужасные и одновременно прекрасные. Ведь бездна не только убивала и сжирала все на своем пути. Она еще и привносила новое. И вокруг я с удивлением замечал уже и рощицы чего-то, напоминающего то ли грибы, то ли деревья. А помимо красного мха внизу расстилался узор из множества цветов и соответственно видов. Главное, чтобы что-то из этого многообразия не проросло внутри меня. Ведь пример Богдана, подцепившего скверну бездны, все еще стоял перед глазами. Однако почти сразу мое внимание переключилось на сам корень. Уходящий куда-то за горизонт, как и несколько его отростков, на один из которых мы и натыкались по пути.

И сейчас эта штука словно дергалась в агонии. Не двигаясь, для этого корень был слишком массивным, но мигая, светясь, полыхая энергией, булькая. Создавалось ощущение, что он вопит и орет. А собственно, так оно и было, И на секунду, ослабив покров вокруг головы, я тут же вернул его обратно, ощущая, как по сознанию резануло менталом. Таким ярким криком о боли, заставляющем развернуться и бежать к корню, чтобы ему помочь.

— Ненавижу менталистов! — Процедил я, вспоминая Габриэля. Хотя тот и не смог мне ничего сделать своей магией. Видимо, слишком уж разный у нас был уровень сил.

Ладонь разжалась, и я устремился в стремительный полет вниз. А потом, словно поддаваясь безумию, начал и сам себя ускорять, направляя вектор полета вниз и перехватывая посох звука поудобнее. Ведь его треугольная кромка, острая по краям, была ничем не хуже острия меча для техники лезвия звука. А за артефакт я не боялся. Подозреваю, даже под гидравлическим прессом этой штуковине ничего не будет.