Морфиус – Жажда бессмертия. Том 3 (страница 32)

Какая ирония… Жадность не позволила мне убить врага. А просветление вдруг вместо холодной жестокости заставило меня решиться на самоотверженный шаг. Но тогда это казалось логичным. Почему? Я замер, тяжело дыша, и вновь вспоминая все, о чем же думал во время просветления.

А тогда, как бы глупо это ни звучало, но я понял Нелл. Да, мне казалось, я всегда был добр к ней. Я никогда не опускался до каких-либо извращений, любого рода. Но что стоила моя вежливость, если у нее действительно не было выбора. Что есть личность Асок? Да, они имеют и личность, и чувства, и предпочтения, и моральные терзания. Оно им необходимо, чтобы быть живыми. И они даже могут менять сами себя. Но лишь в небольшой области. А вот ядро… Ядро всегда остается почти неизменным. Таким, каким его сделал хозяин. Образ Нелл, ее характер, предпочтения. Все это я когда-то настраивал, определяя ее дальнейшую судьбу. И она была невластна сама переопределить себя. О нет… Я не раскаивался в подобном, да и никогда не буду. Это было нормально…

Но. Под просветлением я смог куда лучше понять, что могла испытывать личность, которая всю жизнь была связана искусственно созданным характером, а потом получила возможность изменить сама себя. Наверное, еще тогда, после поглощения первого осколка просветления она начала меняться. Но старательно удерживала маску себя прежней. А потом. Потом превращение в духа. Кровавое безумие, что сводило с ума уже сотни, если не многие тысячи людей. И это людей, что были, подозреваю, более устойчивыми к подобному.

А что ощущает Аска, которую выдернули из привычного мира и посадили в напичканное кровавыми осколками тело духа со стихией пожирания? Нет, я не оправдывал ее действия и слова. Но я понимал, что ее вины в этом могло не быть. Хе… Философский вопрос, насколько виноват сумасшедший в своих поступках, если его намеренно свели с ума?

Ну и последнее… Под разгоном я вдруг осознал много вещей, что геройский герой решил бы забыть, аккуратно замазав в своей истории. Нелл не убила меня, когда могла, во время сна. Это раз. И именно я атаковал ее первым, не сдержавшись. Она лишь ответила. Не могла не ответить. Да и я на ее месте поступил бы так же. И был бы искренне уверен что имею на подобное полное право. Это два. И Нелл атаковала меня в ответ не копьем, а лишь рукой, словно бы давая пощечину. Это три, и один из самых показательных фактов. Ну и четыре, я все еще был ей невероятно обязан. Просветление давало возможность посмотреть на все с сотни точек зрения. И поставив себя на место Нелл, я просто спросил, имел ли я право ее убить? За что? За истерику? За то что она ответила на мою атаку, причем ответила, возможно и скорее всего, не желая меня убить? Нет…

Какая-то часть сознания вновь взбунтовалась, крича «убей и забудь!», но я уже понимал что не имею на это ни малейшего права. Иллюзия распалась, обнажая горькую правду. Я в этой истории не герой, повергающий монстра. А как раз наоборот. Через мгновение я мог стать монстром, убившим героя, чье восхождение так и не началось.

Слишком много размышлений? Слишком много слюней? Но что поделать? Такой уж я есть! И это не слабость. Это трезвость! Трезвость мыслей и поступков, которых я придерживался и буду продолжать придерживаться и далее! Ибо Небо любит справедливость. И вставший на путь, должен стоять на нем непоколебимо! Теперь это не было лишь только моей блажью и моим характером. Я действовал так, как подсказывала мне философия возвышения, в которой было множество наметков на то, что Небо любит праведные пути. Любит справедливость… Хотя возможно это лишь бред и я ошибаюсь…

Процесс регенерации духа шел с трудом. Так что я присел, продолжая наблюдать за просто мерзотнейшей картиной. Но это было правдой. Я более не врал себе и своим чувствам, полностью признавая, что духи выглядели плохо, даже если этот дух и был твоим другом. Было ли это опасно? Сидеть в паре метров от хоть и недавно почти мертвого, но вновь сожравшего кристаллы врага? Наверное. Но я даже не стал задумываться о защите или мерах предосторожности. Трактаты сильно меня изменили. И это было своего рода «испытанием», терпением собственного страха, когда ты смотришь прямо в глаза тому, что тебе неприятно и отчего плохо. Там, где герои ушли бы, забрав добычу с трупа врага, я смотрел в глаза своим страхам и своим внутренним демонам, попутно втягивая в тело удушающе обжигающую ци и заставляя свои звезды перемалывать ее вибрациями. Да, на фоне всего произошедшего песца я просто начал культивировать, вновь собирая воедино все свои знания.

— Кхе, кха! — Закашлялся я, только втянув легкими парящий вокруг густой красный туман, поднимающийся от тела Нелл и разносящийся во все стороны. Помнится в прошлый раз мне так и не дали во всей красе позаниматься этим над трупом богомола. Сейчас же я никуда не спешил. И тщательно проверив еще раз картинки с дронов, продолжил.

Вдох. И обжигающее облако наполняет мои легкие, заставляя диафрагму судорожно сжиматься. Было ли это опасно? О, несомненно. Но что такое опасность? Лишь путь к возвышению. И сейчас меня наполнил настолько сильный фатализм, смешанный с философией, что казалось, еще немного, и я был бы готов прикоснуться к порталу смерти, находись он поблизости. Благо, таковых не было. Да и не настолько я сошел с ума.

Вибрация! — И через секунду я заставляю звезды вспыхнуть ярче, направляя свою собственную силу в легкие. Но мало лишь направить силу. Ее необходимо выстроить. Настроить как струны на инструменте, как колебания графиков или потоки воды. Пожалуй, только сейчас я начал жалеть, что так и не занимался в своей жизни музыкой. Пытался лишь как-то бренчать на гитаре, или на компе создавать композиции, но быстро забросил и то и другое.

Однако боль была лучшим учителем. И в ответ на разъедающие мои альвеолы миазмы кровавого пожирания, в ответ на судорожное подрагивание диафрагмы, резь, и тот непреодолимый страх смерти, я все лучше и лучше заставлял сияние своих звезд сплетаться в тугой и одновременно резкий отклик. Как хлопок, как лезвие, только внутри себя самого.

Одна стихия могла пожирать другую. Ци одного существа могла поглощать ци другого. Это было основой, о которой мог догадаться любой адепт. И пожалуй, на этом даже можно было выстроить путь развития, заставляя себя пожирать иные виды энергий, со временем прогрессируя в этом и таким образом закаляя свой дух и энергосистему. В трактате вечного звучания на это тоже были наметки, как, впрочем, и на тысячи иных тем, которые пока могли мне казаться сущей мелочью. А вот в трактате небесного грома, такого хоть пока и не было, но, учитывая общую специфику, можно было надеяться, что на следующих ступенях мне об этом поведают. Сейчас же я двигался сам на обрывках знаний, упорстве и интуиции, превращая свои легкие в поле боя двух сил.

И тем же самым я пытался их «закалить», сделав крепче и избавившись от грибов окончательно. Опасный путь, ведь сам я не приобрел опыта даже в закалке костей, как того требовали традиции. Но регенерация позволяла забить на многие предосторожности.

Вдох! Выдох! Вдох, нескончаемая борьба, боль, резь, буйство стихий. И бесконечный звук, что с каждым биением сердца становится все сильнее, пронзая тело и разрушая чужую ци.

И через несколько минут я с неожиданностью осознал, что мои звезды начали сами наполняться энергией. Ведь теперь я тратил на «нейтрализацию» угрозы куда меньше, чем получал. Конечно, это все еще был небыстрый процесс, но начало уже было положено. Вопрос только чему, началу пути пожирающего звука?

Я даже специально заглянул в интерфейс, но не обнаружил там никакой новой стихии. Хотя казалось, что на мгновение я сам вдруг стал адептом этой силы. Понял, ее, принял и осознал в десятки раз лучше, чем когда поглощал сферу с этой стихией.

Минуты текли в тишине и медитации, пока тело Нелл регенерировало. И в этом было даже что-то успокаивающее. Как в том, что она осталась жива, так и в том, что момент нашего нового разговора откладывается. А потому я пошел еще дальше, достав из кольца один из камней, доставшихся мне в наследство от убитого инопланетянина.

Духовный камень (этап: 2) (качество: низкое)

В прошлый раз я так и не смог извлечь из него силу, и забросил это дело до лучших времен. Сейчас же я попробовал вновь, направив вибрацию своей ци через руки в бирюзовый осколок. В нем не ощущалось никакой стихии. Однако его ци все еще была невероятно «мертвой». Не стихийной смертью, чей привкус я запомню на всю жизнь после боя с Богданом, а она просто была никакой. Словно ты хочешь напиться вкусного сока, а ощущаешь лишь жгучий и жутко холодный лед, не дающий тебе ничего. Но за пару минут, достигнуть каких-либо подвижек мне так и не удалось.

— П… почему? — Только через минут десять фигура, вроде как восстановившаяся, но ставшая куда прозрачнее, приподняла голову, задавая вопрос.

И я встал, опираясь на меч и чуть пошатываясь от прокатывающейся по телу чужой ци, с которой я пытался культивировать. Странно, но кажется за эти десять минут я достиг куда как большего, чем за часы медитаций в квартире. Там я мысленно дрожал, ожидая очередной миссии. Здесь же я сжирал свои страхи, сбрасывая все лишнее со своей души. И привязанности, и обиды и ожидания. И все плохое, и все хорошее. Ибо такой был путь…