Монтегю Джеймс – Млечный Путь № 2 2020 (страница 21)
Эндрю вернулся домой со смешанным чувством тоски и тревоги. Он никак не мог выбросить из головы последнюю фразу Русселя. Его реплику...
- Мими! - позвал он с порога. - Как ты, старушка?
Конечно, он знал, что последнее время собаке недостает сил подниматься и встречать его у двери, но сегодня тишина была особенно тягостной. Он прошел в комнату. Мими свернулась клубком на лежанке.
- Как ты? - Эндрю протянул к собаке руку и тут же все понял.
Эндрю опустился на пол рядом с лежанкой. Она не дождалась. Не оставила ему шанса. Не дала возможности. Или избавила от тяжести выбора?
В комнате стало совсем темно, когда снова сработал неуемный голофон. Это был Лернер.
- Мистер Брискет, добрый вечер! Вы собирались сообщить мне свое решение относительно репликации или усыпления собаки. Вы определились?
- Спасибо, доктор, но репликация уже невозможна.
- Вы хотите сказать?..
- Собака умерла. Сама.
- Я могу отправить к вам бригаду биоочистки.
- Спасибо, но не надо. Я все сделаю сам.
- Защита сделала все возможное, миссис Брискет, но его застали на месте преступления с лопатой в руках... Вы сами понимаете, что обвинения в биотерроризме это очень серьезно.
- Какой биотерроризм! Мой сын всего лишь закопал свою собаку! Повторяю, свою собаку на своем клочке земли!
- Не совсем так, миссис Брискет. Согласно конвенции о сохранении и невмешательстве в целостность природных ресурсов он превысил свои права пользования. Кроме того, согласно заключению экспертизы животное было первородным. А кто знает, вспышку каких заболеваний может вызвать утилизация подобным образом?
- Но что же теперь делать?
- Учитывая показания свидетелей, мы можем склонить суд к тому, что вашего сына сочтут не вполне здоровым... психически.
- То есть? Что вы имеете в виду?
- Как вы помните, тот ветврач, доктор Джереми Лернер, а также секретарь агентства, Эллис Конверсон, указывали, что состояние вашего сына в последнее время было нестабильным, подавленным. Он был раздражителен. А если нам удастся доказать это экспертным путем, то мы сможем рассчитывать на процедуру по восстановлению.
- Что это значит? Восстановлению чего? - почти испуганно спросила женщина.
- Мы сможем просить для него репликации ментальной сферы. Это новая технология, но она уже прекрасно себя зарекомендовала.
- Вы хотите, чтобы я согласилась на репликацию собственного ребенка?!
- Тише, тише, миссис Брискет. Иначе и вас могут посчитать психологически нестабильной, - адвокат улыбнулся смущенно. - Речь не идет о каком-либо генетическом вмешательстве. Эта процедура совершенно безболезненна и безопасна, просто в ходе ее можно нейтрализовать некоторые поведенческие особенности, так сказать изъяны...
Наталья Резанова
Шашки и шахматы
В клане Санада играют в го. Многие умеют, но настоящий мастер - один, это глава клана Санада Масаюки. Он научился играть в детстве, у отца, но быстро превзошел своего учителя. Сыновей он тоже научил. Но у себя, в замке Уэда, он, как только выпадает возможность, играет с главой своих синоби. Это наилучший партнер для избранного Масаюки стиля, и игра с ним помогает создавать правильные стратегии. Санада - небольшой клан, чтобы выжить и победить, нельзя уповать на силу, но опираться следует на ловкость и хитрость. Лучших синоби нет ни у одного дайме, и Масаюки не встречал игроков лучше себя.
Он нередко играет сам собой, составляет и решает задачи. Это также полезно. Масаюки азартен, он знает за собой это, и го помогает ему понять, как во время войны перехитрить противника, загнать его в угол, взять над ним верх. И кто знает ? - возможно, водрузить знамя над столицей.
Он выигрывает кампанию, но его сторона проигрывает войну, и семья Санада оказывается в ссылке. Что ж, одна партия проиграна - да и проиграл-то не он! - но все еще можно изменить.
Теперь он все больше играет сам с собой, придумывая задачи. Карта Осакского замка и его окрестностей превращается в доску для го. Он должен, должен придумать неоспоримо выигрышную стратегию! Болезнь и смерть оказываются досадной помехой, и, умирая, он требует, умоляет сына : "Доиграй за меня эту игру"!
Санада Юкимура не азартен и не властолюбив, хотя способен на то же, что и отец, и многое другое. Но он всегда держит слово и доводит дело до конца. Если бы не данное обещание, он, возможно, так до конца жизни просидел в ссылке - копался в огороде, воспитывал детей и учился писать стихи. Даже если стихи не пишутся. Он знает, что у него нет таланта по этой части, но раз он решил научиться, то научится.
Но он дал слово, и должен доиграть. Обязан.
Теперь, если есть возможность, он сидит на стене укрепления, которое выдвинулось далеко от Осакского замка, словно кость в горле Токугавы, и играет в го с главой своих синоби.
Он доиграет эту игру. Любой ценой. И неважно, камешки какого цвета покатятся в финале с доски.
В клане Датэ играют в сеги. Многие играют - дети и взрослые, мужчины и женщины, вассалы и, разумеется, князь. Он научился играть не у отца. Еще ребенком наследника дома Датэ отправили учиться в храм. А вместе с ним отправили детей вассалов, годами постарше.
Вот у одного из них, Онинивы Цунамото, он и научился играть. Наставник одобрял эту игру, говорил, что она способствует медитации и постижению дзен.
Прошло много лет. Онинива Цунамото теперь главный вассал клана, и возможно, лучший мастер сеги в Присолнечной. Он не боялся выигрывать даже у покойного великого регента. Кого другого тайко казнил бы, но проиграть Ониниве было не позорно.
А вот князь мастером не стал. Может быть, потому, что у него слишком много увлечений, и всем им он предается со страстью. Он составляет ароматы, вызывающе одевается, тратит огромные суммы на театральные постановки, любит готовить и придумывать новые блюда. А стихи складывает - как дышит.
Он забыл про медитацию и вряд ли постигнет дзен. А сеги... нет, он не мастер. Он хороший игрок. Своих старших детей он научил играть едва ли не сразу, как они вышли из младенчества. А те уж научат младших. В других семьях спросили бы - зачем он учит "игре генералов" дочь? Здесь не спросят. Ироха играла с братьями сызмальства. Генералом ей не быть, но кто знает, когда и как это пригодится.
Как это пригодилось ему.
В юности он был настолько вспыльчив, что его считали безумным. Сеги научили его сдерживаться. И просчитывать ходы. Как это необходимо каждому, у кого под рукой хорошо обученная и хорошо экипированная армия.
Теперь он умеет ждать. И выбирать нужное время.
Он медлит. Но когда Осакский замок падет - а он падет, - его люди войдут туда первыми.
Там, в тумане, укрепление, а в нем - единственно достойный противник в этой партии. Хотя он наверняка считает, что играет в другую игру.
Датэ Масамунэ хотел бы, чтоб тот покинул поле, отложил доску, перенес партию.
Он предоставит противнику такую возможность. А воспользуется ли тот - другое дело.
Он выиграет эту партию. Не любой ценой. Не стоит она того. Он просто ее выиграет.
Примечание: го нередко называют японскими шашками, а сеги - японскими шахматами, хотя сходство весьма относительное
Фредди Ромм
Похищение с сюрпризами
Эд Остен озадаченно смотрел на часы, когда зазвонил его мобильник. Судя по мелодии сигнала - жена. Ну и задержалась она в супермаркете, да еще и телефон отключила...
- Да, дорогая! Слушаю!
Однако вместо мелодичного голоса Хелен раздался чей-то резкий смех, затем неприятный мужской голос произнес:
- Слушаешь? Это хорошо. Но лучше один раз увидеть! Возможно, в последний раз!
Эд оторопел. Пока он приводил в порядок мысли, мобильник сообщил, что пришло фото. Эд открыл файл - и обомлел при виде Хелен, крепко связанной по рукам и ногам и очень испуганной. Пока Эд приходил в себя, снова раздался голос незнакомца:
- Ну как, дошло? Или лучше, если она покричит?
Эд постарался взять себя в руки. Для начала - поставить точки над и...
- Ты что, похитил мою жену?
Вопрос, конечно, глупый, но ничего другого в голову не пришло. В ответ раздался удовлетворенный смех незнакомца:
- Смотри, какой догадливый! А раз так - готовь баксы! Пять миллионов! Я тебе позже позвоню, скажу, куда их принести! И не вздумай обратиться в полицию, не то я твою бабу прикончу!
Эд неожиданно для себя расхохотался - скорее нервная реакция на происходящее, нежели признак веселья. И тотчас понял, что нужно сказать:
- А с чего ты взял, что это меня пугает? Ты ее прикончишь, я получу наследство. Говоришь - всего-то надо позвонить в полицию? Сейчас и позвоню...
Не успел он закончить реплику, как озадаченный похититель заорал:
- Э, э! Как это - получишь наследство? То есть ты хочешь, чтобы я ее прикончил? Так, что ли?
На этот раз смех Эда был более естественным:
- Да вроде того. Меня эта шлюха достала своими похождениями, а развестись - значит остаться без ничего, так записано в брачном договоре. Но если ты ее прикончишь - другое дело, я получу все!
Судя по голосу похитителя, он был сбит с толку:
- Погоди-погоди. У вас же дочь?