Монтегю Джеймс – Млечный Путь № 1 2021 (страница 34)

- Отлично придумано Джон, - сказал Фарнзуорт. - Это может сработать.

- Конечно, сработает.

В моей голове появились новые идеи.

- Разве ты не понимаешь, что это решение проблемы солнечной энергетики? Ведь эффективность селеновых солнечных батарей сейчас в лучшем случае процентов десять! Подумайте о больших насосных станциях в Сахаре! Там очень тепло, и существует большая потребность в энергии для орошения!

Для пущего эффекта я сделал паузу.

- Фарнзуорт, это может изменить сам облик Земли!

Наверное, из-за жары ему трудно было сосредоточиться. Наконец он как-то странно посмотрел на меня и сказал:

- Возможно, нам сначала нужно попробовать построить модель.

Меня так взволновала эта штуковина, что я долго не мог заснуть. Голова была полна планами построения электростанций, океанских лайнеров, даже автомобилей, управляемых шарами, подпрыгивающими взад и вперед в цилиндрах двигателей.

Я даже представил себе космический корабль, похожий на пулю, с огромным резиновым шаром на конце, с гироскопами, чтобы держать его в нужном положении. Так можно будет решить самую большую проблему ракетостроения - избавления от избыточного тепла. Достаточно построить огромное бетонное стартовое поле, забраться в корабль и дать шарику начать подпрыгивать. Конечно, это будет довольно тяжелая поездка...

Утром я позвонил своему директору и попросил его найти замену на оставшуюся часть недели.

Меня ждала работа в механической мастерской в подвале Фарнзуорта. Я пытался создать рабочую модель устройства, которое бы с помощью коленчатого вала, амортизаторов и возвратно-поступательного механизма аккумулировало излишнюю часть кинетической энергии от прыгающего шара и использовало ее на что-то полезное, например, поворачивало приводной вал. Я как раз разрабатывал конвекционно-воздушную насосную систему для циркуляции воздуха вокруг шара, когда вошел Фарнзуорт.

Он бережно держал под мышкой шар размером с баскетбольный мяч, если я правильно оценил, он весил фунтов тридцать пять. Фарнзуорт был хмур.

- Выглядит неплохо, - сказал я. - Что не так?

- Кажется, возникла небольшая проблема, - сказал он. - Я измерил проводимость. Кажется, она очень мала.

- Именно над этим я сейчас и работаю. Не сложная механическая задача перекачки некоторого количества теплого воздуха обратно в шар. Мы потеряем не более двадцати процентов. На работе двигателя это не скажется.

- Может, ты и прав. Но этот материал проводит тепло даже хуже, чем резина.

- Кажется, вчерашний маленький шарик не доставил нам никаких хлопот, - сказал я.

- Естественно, нет. У него было достаточно времени, чтобы согреться, прежде чем я его запустил. И отношение массы к площади поверхности у него было довольно низкое - но чем больше сфера, тем, естественно, больше его масса, пропорционально внешней площади.

- Ты прав, но я думаю, что мы можем с этим справиться. Например, сделать шар не сплошным, а с дырками в виде сот и использовать часть энергии для работы с большим насосом горячего воздуха; но эта проблема решается.

Весь день я работал на токарном и фрезерном станках и ножовкой. Надежно закрепив новый большой шар на верстаке, Фарнзуорт помогал мне как мог. Но мы не смогли закончить работу до наступления темноты, и Фарнзуорт выделил мне на ночь свою свободную спальню. Я слишком устал, чтобы идти домой.

И слишком устал, чтобы как следует выспаться. Фарнзуорт жил на окраине Сан-Франциско, рядом с большой автострадой для грузовиков, и почти всю ночь я боролся с подушкой и простынями, полусознательно прислушиваясь к грохоту тяжелых грузовиков, а в голове у меня все время вертелся маленький серый шарик, подпрыгивающий, подпрыгивающий и подпрыгивающий.

На рассвете я внезапно окончательно проснулся от грохота, эхом отдававшегося в моих ушах, - грохота, который, казалось, доносился из подвала. Я схватил куртку и брюки, выбежал из комнаты, чуть не сбив с ног Фарнзуорта, который пытался надеть ботинки в коридоре, и мы вместе спустились в подвал.

В мастерской царил хаос, повсюду валялось разбитое и исковерканное оборудование, а на полу, отброшенный к дальней стене, лежал верстак, к которому я вечером прикрепил шар. А вот шар исчез.

Я не спал всю ночь, но вид этого беспорядка, и то, что он означал, немедленно пробудило меня. Что-то вызвало крошечное колебание в этом шаре, скорее всего, проезжавший мимо тяжелый грузовик. И этого оказалось достаточно, чтобы заставить стол подпрыгивать вместе с шаром, сначала только по мастерской. Потом шар сорвал зажим и освободился. Дальнейшее очевидно: с каждым следующим отскоком шар стал набирать скорость.

Внезапно Фарнзуорт сдавленно вскрикнул. Я посмотрел, куда он показывает своим пухлым пальцем. Стекло в маленьком подвальном окне было разбито, и оно было достаточно большим, чтобы через него вылетело что-то размером с баскетбольный мяч.

Снаружи пробивался слабый свет. А потом я увидел шар. Он лежал в траве на заднем дворе дома Фарнзуорта и слегка покачивался. Оставалась надежда, что трава увлажнит его, задержит, пока мы не доберемся до него. Если только...

Я стремительно выбежал по ступенькам из подвала. Сразу за задним двором я заметил то, что по-настоящему испугало меня. В нескольких ярдах от места, где я увидел шар, проходило большое шестиполосное шоссе, широкая лента гладкого, твердого бетона.

Я бросился через дом к черному выходу, выскочил наружу и оказался на заднем дворе как раз вовремя, чтобы увидеть, как мяч отскочил на бетон. Я зачарованно наблюдал за тем, как он ударился в первый раз - после мягкого, поглощающего энергию дерна бетон стал для него настоящим трамплином. Мяч тут же взлетел высоко вверх. Я побежал через двор к нему, тихо молясь: "упади на траву".

Но прежде, чем я успел до него добраться, он опять ударился о бетон. Я увидел, что на этот раз он поднялся, по меньшей мере, на пятьдесят футов.

Я подумал о том, что хорошо было бы вытащить из дома матрас, или какую-нибудь сетку, или еще что-нибудь, чтобы остановить эти несущиеся тридцать пять фунтов. Но я стоял на месте, не в силах пошевелиться, и видел, что шар опять упал на шоссе. Он поднялся на добрую сотню футов. И снова упал на бетон, примерно в пятнадцати футах дальше по дороге. Он двигался по направлению к городу.

На этот раз он пролетел двести футов, а когда ударился о бетон снова, то издал такой глухой громкий звук, что его можно было услышать за четверть мили. Я видел, как он коснулся дороги, прежде чем снова взмыть вверх, причем с удвоенной скоростью.

Внезапно мне пришла в голову одна мысль, я развернулся и побежал к дому Фарнзуорта. Он стоял во дворе, дрожа от утреннего ветра, и смотрел на меня, как маленький, потерявшийся и сильно напуганный ребенок.

- Где ключи от твоей машины? - заорал я на него.

- В кармане.

- Давай сюда!

Пришлось схватить его за руку и потащить к навесу. Я выхватил у него ключи, завел машину и, нарушив семь правил дорожного движения и погубив три ценных розовых куста, выехал на шоссе и погнался вслед за шаром.

- Послушай, - сказал я, пытаясь одновременно рулить и увидеть падающий шар. - Это рискованно, но если я сумею подогнать машину, то он упадет на нее и проломит крышу. Будем надеяться, что успеем выскочить вовремя. Это должно замедлить его движение, так что у нас появится шанс схватить его.

- Но ... а как же моя машина? - захныкал Фарнзуорт.

- А как насчет первого здания или первого человека, на которое шар упадет в Сан-Франциско?

- О, - сказал он. - Об этом я не подумал.

Я притормозил и высунул голову в окно. Теперь стало светлее, но шара видно не было. Если он доберется до города - любого города, если уж на то пошло, - то упадет на него с высоты десяти-двадцати миль. Или сорока.

- Может быть, он поднимется так высоко, что при падении сгорит в атмосфере? Как метеорит.

- Никаких шансов, - сказал я. - У него встроенная система охлаждения, помнишь?

Фарнзуорт сложил губы буквой "О", и именно в этот момент раздался громкий удар. Я увидел, что шар ударился в поле, примерно в двадцати ярдах от края дороги, и снова взлетел. На этот раз он, похоже, не увеличил скорость вдвое, и я решил, что земля была достаточно мягкой, чтобы удержать его - но он и не замедлился, впрочем, его коэффициент отскока был меньше, чем два к одному.

Не дожидаясь, пока он отскочит, я как можно быстрее съехал с дороги, унося с собой часть проволочного заграждения, направляясь к месту, где он ударился. Ошибки быть не могло: там обнаружилась впадина глубиной около трех футов, похожая на небольшой кратер.

Я выскочил из машины и посмотрел вверх. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы заметить его. Освещенный бледным и косым утренним солнцем, он был всего лишь ярким уменьшающимся пятнышком.

Мотор машины работал, и я подождал, пока мяч на мгновение исчезнет, а затем снова появится. Я понаблюдал за ним пару секунд, пока не понял, что могу довольно точно определить направление его перемещения. А еще мне пришло в голову, что нет смысла рисковать жизнью Фарнзуорта и крикнул, чтобы он вылезал из машины. Потом нырнул в нее и проехал около ста ярдов до места, куда он должен был прилететь по моим расчетам.

Я высунул голову из окна и посмотрел вверх. Теперь шар был размером с яйцо. Я подогнал машину на нужное место, выскочил из нее и отбежал в сторону, спасая свою жизнь.