Моника Мерфи – Запомни этот день (страница 41)
– Нет, конечно. Но я боялся из-за того, как Манон отнесется к тебе. Я слышал, что она может быть жестокой по отношению к другим женщинам. На публике она либо окружена мужчинами, либо в гордом одиночестве, – объясняет Алекс. – Поэтому она хочет стать единственной музой всех дизайнеров. Она упивается их вниманием.
– Откуда ты так много о ней знаешь? – любопытствую я.
– Ну мне же нужно было знать, с кем мы имеем дело, верно? Я хотел разузнать о них все, что возможно, поэтому попросил свою ассистентку поискать в Интернете. Она прислала мне целую кучу ссылок по каждому члену семьи.
– Ты имеешь в виду Келси? – Я немного взволнована при мысли о ней. Это моя новая подруга. По возвращении из Парижа нужно будет собраться с девочками и обязательно позвать ее. Она мне очень симпатична. Алекс хмурится. Кажется, я сбила его с толку.
– Подожди, откуда ты знаешь Келси?
Я рассказала, что видела Келси в офисе, а вечером встретилась с ней в баре, но скрыла, что ее продинамил какой-то придурок. Я упомянула, что пригласила ее к нам и что она очень легко вписалась в компанию моих подруг.
– Значит, ты теперь дружишь с моей ассистенткой? – Слава богу, это его вроде как обрадовало. Конечно, это немного странно, что я тусуюсь с помощницей своего фальшивого жениха, но, уверена, это не самое странное, что может произойти.
– О да. Я меня такое чувство, что мы станем близкими подругами. Она – мой тип людей. – Я сомневаюсь, но все же спрашиваю: – Надеюсь, ты не имеешь ничего против?
– Конечно, нет. Ты можешь дружить с кем хочешь.
Он легко это выпалил – значит, говорит правду. Не хочу, чтобы между нами были неловкости. Хотя, если быть до конца честной, вся эта ситуация имеет огромный потенциал для того, чтобы превратиться в одну большую неловкость.
– Завтра все пройдет хорошо, – Алекс прерывает затянувшееся на несколько минут молчание. – Если будет задавать неудобные вопросы, уходи от них.
– Например? Что именно сказать?
Мне нужна практика общения с такими ужасными людьми. Я работаю в сфере обслуживания и всякое повидала, но отношение Манон ко мне какое-то уж слишком высокомерное.
И это пугает.
– Хорошо. Представь, что я – это она, и я собираюсь задать тебе очень личный вопрос.
О, в ход пошли ролевые игры. Я согласна.
– Хорошо, Манон. Валяй.
Он улыбается, я поворачиваюсь так, чтобы сидеть лицом к нему. На консоли стоят бутылки с водой и куча конфет, так что ее я не могу задвинуть, к сожалению.
Прокашлявшись, Алекс спрашивает:
– Итак, расскажи мне, Кэролайн. – Ему так хорошо удается фальцет с французским акцентом, что мне приходится изо всех сил подавлять смех. – Я хочу знать все-все о твоей сексуальной жизни с Алексом. Мне нужны грязные подробности.
– Да ладно тебе, – я ударяю его по руке, удивляясь его твердой мускулатуре, с которой встретился мой кулак. Мне нужно увидеть его без рубашки как можно скорее. – Такое она точно не спросит.
– Все может быть, – смеется Алекс. – Я бы не стал ее недооценивать.
– Ты это спросил, чтобы я почувствовала себя неловко.
– Типа того, – дразнит он, и я снова в шутку его колочу. Он хватает меня за запястье, не давая продолжить, его большой палец потирает внутреннюю сторону моего запястья. Затем он меня отпускает.
– Ладно. Попробуем еще раз. – Он снова прокашливается и возвращает фальшивый акцент:
– Я уверена, ты та-а-а-к взволнована предстоящей свадьбой. Как планируете праздновать?
Ну это просто.
– Свадьба пройдет на открытом воздухе, потому что мы поженимся в начале осени, когда погода просто волшебная. Церемонию организуем в отеле «Уайлдер» на Пеббл-Бич c видом на океан, а банкет будет проходить в одном из бальных залов внутри отеля. – Я самодовольно откидываюсь на свое место.
– Очень мило, – одобрительно кивает он. – А медовый месяц?
– Гавайи, – тут же выдаю я. – Алекс любит отдыхать там. Это одно из его любимых мест для отдыха.
– Ну что ж, ты в целом права, – говорит он с сомнением. – Но нужно добавить, что я люблю видеть тебя в бикини.
– Но ты никогда не видел меня в бикини, – напоминаю я. От его озорной улыбки у меня перехватывает дыхание.
– Но я бы хотел.
Боже. Он говорит такие вещи и так на меня смотрит, что мне хочется растаять. Мы же должны были только играть влюбленных.
Почему же все ощущается таким настоящим?
– Разве не все любят Гавайи? – тихо спрашиваю я, отчаянно пытаясь сменить тему. Я никогда там не была, но уверена, что мне бы понравилось.
– Правда? Ты там была? На каком острове тебе больше всего понравилось?
– Нет, ни разу не была, – признаюсь я. Он немного погрустнел. Как будто он вспомнил, что сам объездил весь свет, а я – нет. Он так молод, а уже прожил целую жизнь, видел и сделал так много. А я? Честно говоря, я ни черта не добилась. Но я так этого хочу. И надеюсь на свое будущее.
Не в силах сопротивляться и желая снова поменять тему, я тянусь к консоли и беру конфетку из белого шоколада с клубничной начинкой. Мой любимый вкус.
– Побалую себя, раз уж у нас не было десерта, – я разворачиваю конфетку и засовываю ее в рот.
Она сладкая и тягучая, напоминает Starburst[22]. Я посасываю конфетку во рту, стараясь растянуть ее на подольше.
– Проголодалась сразу после ужина? – спрашивает Алекс после того, как в очередной раз проверил телефон.
Хм, вообще-то да. Почему-то французская еда не насыщает меня, хотя на вкус потрясающая. Мы здесь совсем недолго, но ни одного плохого блюда пока не попалось. Но мне все время хочется чем-нибудь перекусить уже через час после еды. Если бы сейчас был открыт магазин макаронс, я бы попросила остановить машину и купила несколько штук.
– Вроде того. Просто захотелось чего-то сладкого. – Объясняю я, скрутив фантик в шарик и закинув на консоль к остальным конфетам. Наверное, не следовало так делать, но что-то я не вижу здесь мусорного ведра.
– Сладкого, говоришь? Хм, и мне захотелось.
Прежде чем я успеваю ответить, Алекс прикасается к моему лицу нежными пальцами, а его губы оказываются рядом с моими. Я успеваю подумать: вот оно! Еще один поцелуй с Алексом Уайлдером.
Будет ли он так же хорош, как в первый раз?
Как только мы начинаем целоваться, я закрываю глаза. Его губы теплые, мягкие, влажные. Поцелуй очень простой – мы просто прижались губами и дышим в унисон. Он снова целует меня, обхватив ладонью мою голову. И снова. Сладкие поцелуи, вопрошающие:
А мои поцелуи отвечают:
Мешает дурацкая консоль, я не могу придвинуться ближе, и нехотя прерываю поцелуй. Не хочу продолжать, если все равно не могу чувствовать его достаточно близко.
К тому же нельзя терять голову. Поцелуи на заднем сиденье машины не входили в планы. Неважно, насколько мне это нравится – нужно быть умной и практичной.
А это означает никаких больше поцелуев с Алексом, если только мы не среди других людей.
Кстати, об Алексе…
Он улыбается, выглядит очень довольным собой.
– Ты на вкус как клубника.
Мои щеки заполыхали в тысячный за сегодняшний день раз.
– Это из-за конфет.
– Я знаю. Именно поэтому я тебя поцеловал. Хотя причин вообще-то много. Эта лишь одна из них, – признается он.
Я желаю, чтобы он перечислил все причины, по которым он хочет меня поцеловать. И хочу, чтобы он записал их на бумаге, чтобы я их поподробнее изучила.