Моника Мерфи – Запомни этот день (страница 35)
Я бы хотела, чтобы он пошел со мной в Laduree, но я знала, во что ввязываюсь. Придется много времени провести в одиночестве.
– Я и тебе возьму.
– Это не обязательно, – он останавливается перед переходом, ожидая, пока проедут машины.
– Позволь мне.
Это правда. Если я не могу взять его с собой в магазин, то меньшее, что я могу сделать, – купить пирожные его любимых вкусов, чтобы он перекусил ими позже.
Без предупреждения он хватает меня за руку и смотрит по сторонам. Затем делает шаг вперед.
– Нужно перейти улицу, – объясняет он. – Здание на другой стороне.
Я иду за ним. Глянцевая черная машина тут же вырывается вперед, как только мы выходим на тротуар.
– Ого, как близко проехал.
– Движение здесь безумное. Будь осторожна, когда переходишь дорогу.
Он отпускает мою руку, и я сразу же почувствовала пустоту. Он взял меня за руку только из соображений безопасности? Или это что-то значит?
– Вот это здание.
Алекс останавливается посреди тротуара, и я вместе с ним. Я откидываю голову назад, чтобы его рассмотреть. Зданием явно не занимались: фасад выцвел, кое-где сошла краска. Окна грязные, некоторые даже треснули, а двойные двери – видимо, это вход, – грязные и заклеены пожелтевшими газетами, чтобы никто не мог заглянуть внутрь.
– Оно… просто огромное. – Я не нашлась сказать ничего получше. Снаружи ничего особенного. Совсем.
– Я знаю, о чем ты думаешь, – его тон звучит язвительно, я поворачиваюсь к нему:
– Правда?
Алекс кивает, засунув руки в карманы брюк, и смотрит на здание.
– За ним не следили многие годы, поэтому оно потеряло свой блеск и выглядит не слишком впечатляюще. Но когда-то оно сияло ярче, чем все отели-конкуренты.
– Ярче, чем Ritz?
Мне трудно в это поверить.
– Ярче, чем Ritz, – подтверждает он. – По какой-то причине Дешо сосредоточили свое внимание на другом отеле, тоже в Париже. Может, решили, что здание в таком месте не нуждается в излишнем наблюдении – там ведь и так все было неплохо. Но в этом и заключается сложность гостиничного бизнеса. То, что это лучшее место и оно приносит наибольший доход, не означает, что о нем можно забыть. Лучшее место требует постоянного внимания.
– Как же вы справляетесь с таким количеством отелей? – удивляюсь я.
– Много путешествуем. Я редко бываю дома, – Алекс устало улыбается. – Может, поэтому я считаю Кармел и Монтерей самыми красивыми местами в мире. Слишком рад туда возвращаться.
– Мсье Уайлдер, я так рад вас видеть!
Мы оборачиваемся и видим, что к нам направляется элегантно одетый седовласый джентльмен. Сразу за ним следует его более молодая версия.
– Это Дешо, – шепчет Алекс мне на ухо, по моей шее пробегают мурашки. Он снова сжимает мою руку и нащупывает пальцем кольцо с бриллиантом.
– Кольцо. Я рад, что ты его не забыла.
– Я вообще не буду его снимать, пока мы здесь, – шепчу я, натянув улыбку. Мужчины подходят к нам.
– Очень рад видеть вас снова. Очень рад, – приветствует Дешо-старший, остановившись перед нами. – Любуетесь нашей старой красавицей, а?
– Да. Надеюсь, он станет нашей новой красавицей, – отвечает Алекс ровным, полным уверенности голосом. Я впечатлена. – Ален, это моя невеста, Кэролайн, – представляет меня Алекс. Я отпускаю его руку, Ален притягивает меня к себе за плечи и целует сначала в одну щеку, потом в другую.
– Приятно познакомиться, – говорю я Алену, когда он отходит от меня, но не убирает рук от моих плеч.
– Вы, моя дорогая, просто красавица, – он рассматривает меня с блеском в глазах. Но я не чувствую себя жутко ни от его комплимента, ни от его взгляда. Я воспринимаю его как дедушку.
– Спасибо, – благодарю я, когда он опускает руки. Мои щеки горят – так всегда бывает, когда я получаю комплимент или чувствую себя неловко. Сейчас я испытываю и то, и другое.
– Кэролайн, а это Луи, – представляет Алекс. Я пожимаю руку Луи, но он меня не целует, а говорит:
–
У него более сильный акцент, и выглядит он более задумчивым. Его длинные черные волосы развеваются на ветру и лезут ему в глаза, поэтому он постоянно трясет головой, чтобы видеть нас. Он поправляет тонкий черный шарф – теперь он немного закрывает лицо, что только подчеркивает его выдающийся нос. Он привлекательный, со вкусом одетый мужчина, хотя и не такой красивый, как Алекс. У меня чувство, что ему не очень хочется быть здесь и прийти сюда его заставил отец. Может, я и ошибаюсь, но…
Обычно я хорошо разбираюсь в людях.
– Зайдем внутрь? – приглашает Ален с приятной улыбкой. Он подходит к дверям, отпирает и придерживает одну из них, приглашая меня пройти в здание.
– Дамы вперед, – произносит он, и я вхожу в вестибюль, напоминающий заброшенную пещеру, и медленно оглядываю помещение.
Оно огромное. Могу сказать, что оно наверняка было необычайно красивым. Мраморный пол покрыт пылью и трещинами, стены из деревянных панелей теплого оттенка, потускневшего от возраста и запустения. С потолка свисают многочисленные люстры – такое чувство, что в Париже вообще очень любят такие люстры – кристаллы тоже покрыты толстым слоем пыли, что приглушает их блеск.
Ален проводит нам экскурсию по зданию. Я понимаю, почему Алекс с отцом хотят его заполучить. Здесь уже есть планировка. Четыре этажа, три из которых отведены под номера, и когда-то здесь было три ресторана и два бара. В отеле есть конференц-залы, два банкетных зала и множество неработающих лифтов, из-за чего нам приходится по лестнице подняться на четыре пролета. Мы оказываемся перед серой стальной дверью. Ален отпирает ее, Алекс помогает ее открыть, и мы оказываемся на открытой площадке на крыше здания. Ветер здесь свирепый, но вид…
Потрясающий!
– Это же Эйфелева башня! – восклицаю я, указывая на нее. Я медленно хожу по площадке, не обращая внимания на разговоры мужчин, и наслаждаюсь видом.
– Весь город как будто как на ладони!
– Ну почти весь, – уточняет Ален, встав рядом. – Лувр вон там. – Он указывает на здание неподалеку. – Триумфальная арка вон там. А колонна на площади Согласия, центральной площади города, вон в той стороне, совсем рядом с нами.
Когда я вижу все эти легендарные достопримечательности, меня охватывает волнение. Раньше я видела их только на фотографиях или в фильмах. И, конечно, пересмотрела кучу классных видеоблогов о путешествиях в Париж на Youtube.
Но теперь я в самом деле здесь. В Париже. Стою на крыше здания практически в самом центре города. По крайней мере, ощущение именно такое. Полный сюрреализм, совершенно не верю в происходящее.
– Приглашаю вас и вашу очаровательную невесту присоединиться сегодня к нам на ужин, – говорит Ален, повернувшись так, чтобы видеть и Алекса.
Я тоже поворачиваюсь и вижу, что Алекс направляется к нам.
– С радостью. – Он встает рядом со мной и обнимает меня за талию. – Правда? – спрашивает он, посмотрев на меня… с обожанием?
– Да, с превеликим удовольствием. – Я кладу руку на твердую теплую грудь Алекса и с улыбкой поворачиваюсь к Алену.
– Благодарим за приглашение.
– Я приглашу свою жену. Луи и Манон тоже присоединятся к нам.
Угрюмый Луи подходит к нам:
– Уверен, что Манон будет рада познакомиться с вами, – говорит он мне. – Ей нравится работать над стилем таких, как вы.
Похоже, этот придурок только что меня оскорбил.
Ален по-французски огрызается, выражение его лица явно показывает, что он недоволен тем, что его сын-придурок действительно меня оскорбил.
Просто замечательно.
Глава 26
Алекс
Конечно же, я заметил ехидное замечание Луи в адрес Кэролайн. Я был готов ответить на его хамство, но Ален меня опередил. В глубине души я был рад, что его отец сделал ему замечание первым. Французский я знаю не очень хорошо, но я понял, что Ален отругал своего взрослого сына. Это наверняка смутило Луи.
Но черт возьми – чем больше я об этом думал, тем сильнее грубая реплика Луи приводила меня в ярость. Настолько, что я отказался от предложения Луи показать нам Париж. Вероятно, отказываться было невежливо, но я не хотел проводить с ним больше времени, чем того требуется.
То, как я себя повел, тоже вывело меня из себя. Кэролайн – моя невеста. Хоть и фальшивая, но они-то об этом не знают. Я должен был встать на ее защиту сразу же, как только он ей нагрубил. Мне следовало сказать Луи, куда он должен засунуть свой комментарий – себе в задницу.
Я полный придурок, что этого не сделал. Я ничем не лучше Луи.
Я объяснил отказ от прогулки большим количеством работы. Мне показалось, что Ален оказался доволен этим ответом и мысленно добавил мне очков за трудоголизм. Здесь мне повезло.