Моника Мерфи – Все, что я хотела сказать (страница 67)

– Мне холодно.

Я откидываю одеяло со свободной стороны кровати.

– Иди ко мне. – Она начинает залезать на кровать, но я останавливаю ее. – И сними халат.

Саммер медленно развязывает пояс, и ткань расходится в стороны, позволяя мельком увидеть ее обнаженное тело. Я, словно завороженный, наблюдаю, как она скидывает тяжелый халат на пол и полностью открывается передо мной.

– Я прошла проверку? – дерзко спрашивает она.

– Иди сюда, – рычу я, и она забирается под одеяло. Запускаю пальцы в ее мокрые волосы и притягиваю к себе для жгучего поцелуя. – Чего ты хочешь? – тихо спрашиваю я, прижавшись к ее губам.

Она открывает глаза и отстраняется.

– Ты о чем?

– На день рождения. Чего ты хочешь? Я дам тебе все что пожелаешь.

Я думаю о том, чего хочу от нее. Мне бы хотелось, чтобы она встала передо мной на колени и делала все, что скажу. Мечтаю взять ее сзади. Мы ни разу не занимались анальным сексом, а я хочу заявить права на единственное место, к которому никто никогда не прикасался. Если она хочет часами сидеть на моем лице, я подчинюсь и подарю ей столько оргазмов, что она едва сможет ходить, когда я закончу.

– Я хочу, чтобы ты пообнимался со мной, – наконец отвечает она тихим голоском.

– Что? – хмурюсь я, не понимая до конца ее слов.

Саммер отодвигается и пожимает обнаженным гладким плечом. Мой взгляд опускается к ее груди. Соски возбуждены, так и просятся ко мне в рот.

– Хочу, чтобы ты меня обнял.

– Что еще? – спрашиваю я, когда она упорно молчит.

– Ничего.

– Серьезно? – недоверчиво спрашиваю я.

– Не всегда все сводится к сексу, Уит, – смущенно отвечает она.

– Для меня всегда, – говорю я.

– Так ли это на самом деле?

Я сжимаю челюсти и рассматриваю ее. Гадаю, что творится в ее полной загадок голове. Каждый раз, когда я думаю, что раскусил ее, она снова приводит меня в замешательство.

Это сводит с ума.

– Хочешь обниматься? – Я произношу последнее слово, будто ругательство.

Она кивает.

– Пожалуйста.

Я развожу руки, и Саммер устремляется ко мне, прижимаясь восхитительными изгибами и опустив голову мне на плечо, а руку на грудь. Я обнимаю ее, едва вынося, как быстро колотится сердце от ее близости. И с еще большим трудом вынося, что ей это слышно, потому что она прижалась щекой к моей груди.

– Ты как ребенок, которому нужны обнимашки, – я усмехаюсь.

Она смеется, водя ноготками по моей груди.

– Мы с тобой ровесники.

– Во сколько ты родилась?

– Сразу после полудня.

– А я в четыре утра. Я старше, – самодовольно заявляю я.

– Ненамного.

– Достаточно.

– Ммм. – Саммер устраивается поудобнее и пододвигается ближе, щекоча волосами мое лицо и уткнувшись носом мне в шею. – Ты такой теплый.

Слова, которые она бормочет мне в кожу, заставляют меня поежиться.

– Ты правда хочешь только обниматься?

– Разве не приятно? – спрашивает она, касаясь губами моей шеи. – Мы никогда так не делаем.

– Мне не нравится. – Я смотрю в потолок и стараюсь не реагировать на ее прикосновения. На то, что она практически лежит на мне.

Но мой член реагирует. Я безумно возбужден и очень ее хочу.

– Правда? – Она слегка отстраняется, чтобы посмотреть мне в глаза. Молния снова сверкает, озаряя светом ее лицо, и я замечаю неуверенность в ее чертах. – Тебе противно.

– Я не обнимаюсь и не обжимаюсь или как ты, мать его, хочешь это называть, ни с какими девушками, – едва не рычу я.

Она льнет ко мне, приблизившись губами к моим губам, и шепчет:

– Со мной обнимаешься.

– Нехотя.

– Но все же делаешь это. – Саммер легонько целует меня в губы, и мне сразу же хочется большего. – При всем своем нежелании.

– Я бы предпочел заняться чем-то другим.

– Какой требовательный.

– Сегодня и мой день рождения тоже.

– Ты сам предложил, так что не отказывайся от собственных слов. – Похоже, она очень собой довольна.

Я ни за что не признаю, как приятно, когда она лежит рядом, а наши обнаженные тела соприкасаются. Она переплетает наши ноги, а потом обхватывает меня своей. Ее горячая киска прижимается к моему бедру, и член возбуждается еще сильнее. Я хочу войти в нее. Больше всего на свете мне хочется трахать ее всю ночь.

Но, похоже, она вполне довольна невинно лежать рядом со мной.

– Вы с Летицией теперь официально пара? – внезапно спрашивает она.

Я обнимаю ее за плечи, намеренно сохраняя молчание. Хочу помучить ее так же, как она мучает меня.

– Нет, мы с ней не вместе.

– Ты хочешь быть с ней? – спрашивает она еле слышно.

Я шумно выдыхаю, обдумывая ситуацию с Летицией.

– Мы знаем друг друга целую вечность. Тебе известно, что ее выбрали для меня. Это случится, но не сейчас. Я привел ее сегодня, потому как знал, что это осчастливит маму.

– Она была счастлива?

– Нет. Потому что там присутствовала ты.

– Я знаю, что она ненавидит меня. Я понимаю. – Саммер водит по моей коже ногтями. Рисует круги. Прямые линии. Она сводит меня с ума. – Она хочет, чтобы ты был с Летицией, из-за ее родословной.

– Летиция очень милая, – говорю я, задаваясь вопросом, какого черта защищаю свою будущую жену перед нынешней подружкой.

Нет. Саммер нечто большее. Тому, что между нами… сложно дать название.

– Не сомневаюсь в этом. – Похоже, Саммер совсем не ревнует, что удивительно.

Мне даже тошно видеть, как она разговаривает с другими. Хочется крушить все вокруг – в том числе парней, с которыми она общается, хотя они ей безразличны.