Моника Мерфи – Не разлучайте нас (страница 46)
Но теперь мне любопытно. Звучит смешно, но я хочу найти себя. Хочу стать женщиной. Обычной женщиной, в жизни которой есть секс и которая не боится произносить это слово вслух.
– Я хочу заниматься любовью с Итаном, – выпаливаю я, и у Шейлы это вызывает улыбку. – Но мне страшно.
– Это нормально, – кивает она.
– Мне нравится, когда он трогает меня. Смотрит на меня так, будто раздевает глазами, но при этом непошло. – Я вздыхаю и качаю головой. – Я говорю что-то бессмысленное.
– Очень даже осмысленное, – возражает Шейла.
– Так что же мне делать? Сидеть у телефона и ждать от него сообщения? Сделать следующий шаг? Я не знаю, как его делать. – В раздражении на себя и Итана я откидываюсь на спинку кресла.
– Делайте то, что вам хочется делать. Если в данный момент вам не хочется делать ничего, это тоже нормально.
Я киваю. Просто не могу говорить. Я страшно устала. Почти не спала, все думала, что же такое произошло между мной и Итаном. И это, конечно же, было глупо. Вряд ли он и часа из-за меня переживал.
Может, и вовсе уже забыл обо мне.
– Вы сожалеете о чем-нибудь, Кэтрин? – говорит Шейла после пары минут молчания.
– О чем? – спрашиваю я с опаской.
– О том, что пошли с Итаном на свидание, что он вас поцеловал, что пригласили его домой. – Когда я рассказывала ей все это, она даже глазом не моргнула. А теперь заставляет меня сомневаться в том, что я поступила правильно. – Может, вы думаете, что лучше бы этого не было?
– Я рада, что все было именно так, – честно признаюсь я. – Не могла же я вечно жить в своем доме, как в клетке. А жизнь бы текла где-то мимо.
– Хороший ответ. – В голосе Шейлы слышится гордость. – А интервью? Вы довольны своим решением?
– Вы слышали про фильм, – глухо говорю я.
Доктор Хэррис кивает, хотя не говорит ни слова.
– Мне, конечно, не нравится, что выйдет еще один дешевый телефильм о моем похищении. Но сделать я ничего не могу. – Я выпрямляюсь на стуле и пожимаю плечами. – Что сделано, то сделано.
– У вас очень здоровое отношение к этому, – улыбается Шейла мне в ответ. – Намного более здоровое, чем пару недель назад. Похоже, у нас прогресс.
В душе загорается луч надежды. Это как раз то, что мне хотелось услышать. Увидеть, что хоть кто-нибудь в меня верит, кроме родственников, которые и так должны. Я надеялась, что Итан будет меня поддерживать, но ошибалась.
Я делаю глубокий вдох и обращаюсь к еще одной теме разговора, которую хотела затронуть вовремя этого сеанса.
– Я думала об одном человеке. – Пальцами я нащупываю браслет, который мне подарил Уилл Монро, и трогаю талисман – изгиб ангельских крыльев. – Про человека из прошлого.
– О ком?
– О Уилле Монро.
Выражение ее лица не меняется. Но я замечаю, как сверкнули глаза. Никто не понимает моего интереса к Уиллу. Никто не понимает, почему я хочу с ним поговорить. Иногда мне кажется, что все только и хотят, чтобы я забыла о нем.
– А что с ним?
Моя семья никогда этого не понимала. Шейла тоже вряд ли поймет.
– Он был причиной моего спасения. Я ничего для этого не сделала. И мне кажется, я ему должна. Если бы я знала, где он, чтобы его увидеть, поговорить.
– Вам не стоит себя чувствовать так, словно вы ему должны. Вы сами сыграли не малую роль в своем возвращении, – говорит Шейла. Я бросаю на нее взгляд, но она совершенно непоколебима. – Возможно, вы даже переоцениваете его вклад.
– Возможно, я его недооцениваю. В этом все дело. Его имя почти нигде не всплывает из-за того, кто его отец. Но это нечестно. Он не выбирал себе семью. Не выбирал отца. Никто не должен в этом его винить. Он – герой.
Я кусаю губы, потому что явно не готова делиться с ней всеми этими соображениями. Например тем, что из-за встречи с Итаном я в последнее время все чаще думаю о Уилле. Они похожи друг на друга. Немного похожи чертами, хотя несильно. Уилл, насколько я помню, был среднего роста, тощий, с длинными черными волосами и пирсингом. С мрачным лицом и горящим взглядом. Таким, будто он все понимает и всех ненавидит. Мальчик без улыбки.
Мальчик, у которого нет причин для улыбки.
У Итана другое отношение к жизни, намного более оптимистичное. Но он тоже спасатель. Как и Уилл. Если Шейла когда-нибудь обнаружит, что я сравниваю этих двоих между собой, она попробует сделать новый анализ всей моей ситуации, и такое начнется – сам черт не разберет.
Я слышу, как она что-то быстро печатает в своем iPad’е, и уже сама не рада, что упомянула о Уилле. Он для меня – деликатный вопрос. И всегда будет таким.
Это плохо.
От накатившего чувства досады я с силой тяну талисман на браслете. Он поддается, и в следующую секунду ангел-хранитель, который только что висел на ободке, лежит оторванный у меня на ладони. Я беспомощно смотрю на него в отчаянии от того, что так просто сломала браслет после стольких лет. Нужно было подумать, позаботиться о нем. Ведь талисман с ангелом такой хрупкий.
Как мое сердце.
– Вы вообще разговаривали с ним?
– Уилл Монро без вести пропал. – Я все смотрю на ангела-хранителя, который столько для меня значил. Горькие слезы брызжут из глаз.
– Он дал мне это. – Я показываю доктору талисман. – А я только что сломала его.
Слова сами рвутся из меня, и теперь уже я сама чувствую себя сломанной. И плачу. Рыдаю, согнувшись пополам, слезы текут, что-то болит в груди, гудит в голове, и я сжимаю талисман так сильно, так что он впивается мне в ладонь.
Я плачу о себе, о своей семье, об этом глупом смешном человеке Итане, который не звонит и не заслуживает моих слез.
Но больше всего я плачу о Уилле Монро.
А он даже и не знает об этом.
Сейчас
Через три дня, будто из ниоткуда, приходит СМС.
Прикусив губу, я заношу пальцы над экраном телефона и не знаю, что ответить. Нужно бы написать ему, чтобы убирался к черту. Лучше всего вообще ничего не отвечать.
Но я не могу делать вид, что не испытала острое чувство тоски, увидев на экране его слова. Очевидно, я все же слабее, чем думала.
Моя слабость – Итан.
Он стремительно отвечает, и я улыбаюсь.
Абсолютно не мое. Я никогда не бывала на концертах. Мне может стать нехорошо в толпе. Все может закончиться полным провалом. Нужно отказаться.
Но я соглашаюсь.
Мои пальцы отвечают вместо меня.
Скажи «нет». Скажи, что у тебя другие планы. Скажи, что тебе неинтересно встречаться с парнем, который так переменчив. Ты заслуживаешь большего. Ты заслуживаешь лучшего. Ты можешь ему противостоять. Правда можешь.
Он отвечает через минуту. И от его ответа рот растягивается в широкой улыбке.
Вот почему я не могу ему противостоять. Вот почему позволяю ему, несмотря ни на что, играть моими чувствами. Он мне нравится. Мне не просто было пустить его в свою жизнь, и я не собираюсь отказываться от него только потому, что у него есть недостатки. Это же смешно.
Совершенно смешно.
Он заехал за мной, хотя и не должен был, и я это оценила. Но еще больше воодушевилась, увидев его на пороге своего дома. Он был в черной тенниске без воротника, с длинными рукавами, которая каким-то образом подчеркивала все мускулы на его груди и плечах. Темно-синие слегка мешковатые джинсы облегали его мощные бедра. Волосы подстрижены только по бокам. А на щеках по меньшей мере двухдневная щетина. Полное несоответствие.
Очень сексуальное несоответствие.