Моника Маккарти – Дочь моего врага - Моника Маккарти (страница 24)

Осознав, что ничего не ел с утра, Артур вытащил из сумки кусок вяленой говядины и овсяную лепешку, съел их и запил водой из ручья, которую набрал в свою кожаную бутыль. С отсутствующим видом он оглядывал поросший травой холм. И вдруг его сердце сделало бешеный скачок. На мгновение он оцепенел. В душе возникло столь сильное томление, что ему стало даже трудно дышать. Как умирающий от голода смотрит на еду, он смотрел на девушку, о которой грезил всю прошлую неделю, будто она материализовалась из его снов. Хотя она была еще далеко и на ней был плащ с капюшоном, наброшенным поверх золотых волос, он ее узнал. И ощутил ее близость всем своим существом.

Нервы его были напряжены, пока он смотрел, как Анна выходит из лодочки и поднимается по травянистому склону от пристани к монастырю.

Он пытался разглядеть ее лицо в угасающем свете дня. Потребность ее видеть, уверял он себя, означала, что он хотел убедиться, что с ней все в порядке, и из-за этого он чуть было не забыл, где находится. Прежде чем осознать, что делает, он шагнул вперед.

И тотчас же с бранью спрятался за дерево, прежде чем кто-нибудь его заметил.

Что, черт возьми, она здесь делает?

При ней была ее обычная корзинка, и снова ее сопровождал всего один телохранитель. У Анны было удивительное свойство появляться не в то время и не в том месте. Точно так же, как возле церкви Эйр…

Он замер. Правда внезапно поразила его, как удар в лицо.

Нет, это невозможно!

Однако он не верил в совпадения. Или Анна Макдугалл обладала столь таинственным и опасным свойством появляться именно там, где не должна была быть, или она и была гонцом.

Она посланница Макдугалла!

И письма его были в ее корзинке под пирогами или где-то под ее одеждой.

Артур вспомнил, как она занервничала в деревне. Как сунула ему в руки младенца и унесла на кухню свою корзинку. Как побледнела, когда он упомянул, что аромат ее булочек напомнил ему о голоде.

И она же должна была взять серебро в церкви Эйра.

Все это время правда была совсем рядом, под самым носом. Как он мог быть так слеп?

Он сурово сжал губы. Теперь ему стало ясно, почему это произошло: он ее недооценивал. И это произошло дважды. Потому что она была хорошенькой, юной и невинной, потому что она казалась такой уязвимой и нежной, потому что она была девушкой, он так и не задался вопросом, почему она была там в ту ночь, даже после того, как понял, что она следит за ним.

Черт возьми, это было блестяще задумано! Использовать женщин в качестве курьеров. Он вспомнил о женщинах, сновавших к церкви. И ни разу не задумался о том, что Анна посредница.

Они ловко проскальзывали сквозь расставленную им сеть.

Он бы восхитился этим, если б его не потрясла более ужасная мысль. И кровь застыла у него в жилах, когда это пришло ему в голову, а по шее потекли струйки холодного пота.

Страсти Господни! Как отец мог ее использовать таким образом? Как он мог подвергать дочь такой опасности! Разве он не понимал, что могло произойти в ту ночь, когда только чудо спасло ее от смерти? Ведь ее сто раз могли убить! Сердце его яростно застучало, когда Анна приблизилась к двери. Он сжал кулаки, сдерживаясь, чтобы не броситься к ней из-за дерева, не перекинуть через плечо и не унести отсюда. Он испытывал первобытную потребность спрятать, укрыть ее в каком-нибудь безопасном месте, где он мог бы запереть ее и защитить.

«Это не твое дело, не твоя забота. Не твоя!»

На лбу Артура выступил холодный пот, когда он подумал об опасности, которой подвергается Анна. А поняв причину этого страха, содрогнулся.

Анна постучала в дверь. Минутой позже появился монах. Хотя Артур напрягал слух, он не мог расслышать, о чем они говорят, потому что они переговаривались тихо. Но, судя по смущенному и извиняющемуся выражению лица монаха, Артур понял, что тот сообщал ей, что у него ничего нет. Ему показалось, что ее плечи поникли. Они обменялись еще несколькими словами, и Анна поспешила вернуться к лодке и сесть в нее.

Артур смотрел, как она удаляется, и понимал, что теперь его задача многократно усложнилась.

Черт возьми, ну почему она?!

Все в нем противилось его задаче. Однако держаться теперь в стороне от Анны Макдугалл он не сможет. Он должен узнать о планах Макдугалла.

Скоро начнутся военные действия, и впервые Артур спрашивал себя, удастся ли ему остаться живым.

Глава 11

Войдя в солар отца, Анна откинула назад капюшон. Поставив на стол корзинку, она подошла к камину, в котором слабо потрескивал горящий торф. Даже летом от каменных стен замка веяло холодом, а внутри гуляли сквозняки.

Мать подняла глаза от нового шелкового знамени, которое вышивала, и хмуро посмотрела на дочь:

— Где ты была, Анни, любовь моя? Уже поздно.

Анна поцеловала ее.

— Относила пироги монахам в приорат.

Она встретила взгляд отца. Его лицо потемнело. Легкий наклон ее головы был ответом на незаданный вопрос.

— Ты наказала приготовить отвар из новой целебной травы, который порекомендовал мне отец Гилберт для лечения? — спросил отец, обращаясь к матери.

— Ох, совсем забыла! — воскликнула она и вскочила со своего кресла. — Сейчас же попрошу кухарку приготовить его.

Как только дверь за ней закрылась, отец повернулся к Анне:

— Король Эдуард не ответил?

Анна покачала головой:

— Иначе мы бы давно получили от него ответ.

Отец встал и принялся расхаживать по комнате, и с каждым шагом гнев его разгорался сильнее.

— Чертовы разбойники Брюса, должно быть, перехватили его письмо. Похоже, что больше половины наших писем не доходят до адресата, даже если нам помогают женщины. Но, раз мы не слышим ни слова о том, что солдаты уже на марше, думаю, можно считать, пока нам ничто не угрожает. Молодой Эдуард слишком занят, пытаясь спусти свою шкуру, и совершенно не думает о том, что нам нужна помощь.

После всего, что ее отец сделал для короля Эдуарда I, Анна не могла поверить, что новый король оставил его.

— Может, отправить еще одно послание?

— На это не остается времени, — раздраженно ответил отец. — Англичане действуют медленно. Они везут с собой весь свой скарб, включая посуду и мебель, и потому потратят недели на то, чтобы добраться до севера. Даже если бы Эдуард передумал, ему потребовалось бы время, чтобы поднять своих людей. Брюс и его свирепая банда мародеров будут здесь раньше, чем англичане погрузят свое добро на телеги.

Анна пыталась не принимать гнев отца на свой счет. У него были все основания для недовольства. Их враг насту пал на них, а на помощь им не спешил никто. Как и король Эдуард, граф Росс пока что не ответил на их мольбу о помощи и о том, чтобы объединить силы.

Становилось до боли ясно, что они один на один будут сражаться с Брюсом. И их будет восемьсот человек против трех тысяч.

От страха у Алны сдавило горло. Макдугаллы были отчаянными воинами, а ее отец одним из лучших полководцев в Шотландии, но смогут ли они победить врага при таком численном перевесе?

Их положение было мрачным, даже отчаянным. Но был способ, которым она могла хоть сколько-нибудь поправить дело.

Анна сжала складки плаща, будто цеплялась за канат, чтобы удержаться на ногах.

— А как насчет Росса? — спросила она тихо. — Еще есть время, чтобы он прибыл.

Отец бросил на нее пронизывающий взгляд.

— Да, но, как я уже сказал, он не появится.

Прочла ли она в его взгляде упрек? Сожалел ли он теперь, что предоставил ей право выбора?

Анна вздохнула, пытаясь унять бешеное сердцебиение. На ее коже выступили бисеринки холодного пота. Грудь ее так сильно сдавило, что ей стало трудно дышать. Все инстинкты восставали против того, что она собиралась предложить, но выбора не было. Муж был самой малой ценой за выживание клана. Если бы понадобилось, ради этого она вышла бы и за самого дьявола.

— Что, если я дам ему основание пересмотреть свои позиции?

Отец взглянул на нее. По задумчивому блеску его глаз она догадалась, что он и сам собирался предложить ей это.

— Может, мне лично обратиться к графу? — Анна помолчала, продолжая отчаянно сжимать край плаща, так, что кровь отхлынула от кончиков пальцев. В ушах у нее стучало. Она слышала бешеное биение своего сердца.

«Все будет хорошо. Я сделаю все, как надо».

Сэр Артур был высоким, мускулистым и по-своему мрачно-красивым, но возле него она не испытывала нервной дрожи. Возможно, она преодолела свою неприязнь к воинам.

Сэр Артур. Ее сердце сжалось. Перед глазами мелькнуло его лицо, но Анна постаралась изгнать этот образ. Он ничего для нее не значит. Если на мгновение при воспоминании о нем сердце ее затрепетало, то она могла его успокоить. Даже если бы все сложилось по-другому, сэр Артур довольно ясно сообщил ей о своих чувствах, точнее, об их отсутствии.

Но ей придется потратить всю жизнь на то, чтобы забыть его поцелуй.

Отец ждал, что она скажет дальше, однако слова не шли.

— Что, если… — Она замолчала и силой заставила свои губы разжаться: — Если сэр Хью все еще хочет жениться на мне, тогда я согласна принять его предложение. А в ответ, возможно, граф окажет нам милость и присоединится к нам.

С минуту отец ничего не говорил и только внимательно смотрел на нее. Под его взглядом она почувствовала беспокойство.

— Думаешь, он все еще захочет на тебе жениться? Его не обрадовал твой отказ.