Моника Хессе – Девушка в голубом пальто (страница 26)

– Но, Олли, а вдруг в театре не она?

– Ханнеке, мне бы хотелось, чтобы это была не она. Но это не так.

– Нет, послушай! М. Родвелдт? Может быть, это другое имя. Марго, или Мориц, или… Олли, множество имен начинается с «М». Есть ли в театре кто-нибудь, кто видел ее или говорил с ней? Кто-то, кто может сказать наверняка?

– Я не могу выяснить это, не задав вопросов, которые выдадут нас. Мы приняли решение сделать паузу и перегруппироваться. Это необходимо теперь, когда нацисты депортируют семьи членов совета.

Думай, говорю я себе, думай как следует. Если в театр не попасть, как еще я могу получить информацию?

– Может быть, мне удастся найти кого-нибудь, кто живет через дорогу или работает поблизости. А вдруг они видели, как она вошла в театр?

Олли открывает рот, но тут же закрывает.

– Что?

– Ничего, – отвечает он. Но я вижу, что он хотел что-то добавить.

– Олли, в чем дело? Ты знаешь кого-то, кто мог что-то видеть?

– Я не могу тебе сказать, – упорствует он. – Это против правил.

– К черту правила! Просто скажи: кто-нибудь что-то видел? Пожалуйста, Олли.

– Ханнеке, у нас существуют правила, потому что мы должны думать о более важных вещах.

Но я чувствую, что он начинает сдаваться.

– Я знаю эти ваши «более важные вещи», Олли. Но если они не могут спасти пятнадцатилетнюю девочку, то какой в них смысл? Кого именно вы пытаетесь спасти?

В конце концов он сердито вздыхает.

– Мы не станем вытаскивать Мириам из театра, – говорит он. – Потому что не можем. Но я сделаю одну вещь – всего одну, – чтобы проверить, действительно ли это она. Иначе ты до самого конца войны не будешь знать наверняка. И я делаю это для того, чтобы ты не расспрашивала окружающих, не видели ли они ее… Это навлечет опасность на всех нас.

Я глубоко вздыхаю от облегчения.

– Спасибо, Олли. Спасибо тебе.

– Я сделаю это, но не проси больше ничего.

Он оглядывается, чтобы убедиться, что за нами никто не наблюдает. Потом вынимает из кармана клочок бумаги и что-то пишет. Это адрес.

– Запомни его и уничтожь, – говорит Олли. – Это место, где прячется Мина. Возможно, она смогла бы помочь.

– Почему Мина…

Олли бросает взгляд на часы.

– Мне пора. Я должен проводить Юдит в тайное убежище, и нельзя опаздывать. Я встречусь с тобой, когда смогу.

– Но…

– Позже, Ханнеке. – Он уже жалеет о том, что решил помочь. Я пытаюсь улыбнуться, чтобы показать, как благодарна ему.

После того как Олли уходит, я направляюсь в глухой проулок. Я хочу в укромном месте изучить адрес и запомнить его, как велел Олли. Но, увидев записку, я сразу же понимаю, что Олли ошибся. Этого не может быть! Я бывала там раньше. Бываю каждую неделю.

Глава 19

Я звоню, но никто не идет открывать дверь. Кажется, никого нет дома. Но я прижимаю ухо к двери и слышу какие-то звуки: словно стулья отодвигают от стола. В конце концов кто-то приоткрывает дверь и накидывает цепочку. В щели появляется голубой глаз.

– Фру де Врис, – начинаю я.

– Ханнеке? – Она поднимает бровь. – Но я же ничего не заказывала. Я вас не ждала.

– Я не с заказом, а по другому поводу. Может быть, вы меня впустите? Нужно поговорить.

– Нет, сейчас неподходящее время.

Она смотрит с подозрением, явно желая, чтобы я ушла. И тут до меня доходит, в каком я виде: блузка и юбка, совершенно не подходящие по цвету, растрепанные волосы и спустившаяся петля на чулке.

– Все в порядке, фру де Врис, – успокаиваю ее я. – Я знаю.

– Вы знаете? Что вы знаете?

Может быть, Олли все-таки дал неверный адрес? Фру де Врис надменна, как всегда. Не человек, а какая-то ледышка. Я понижаю голос до шепота:

– Я друг Мины.

В ее глазах появляется блеск, и она поправляет брошь.

– До свидания, Ханнеке. Мне ничего не нужно.

– Пожалуйста, впустите меня.

– Нет, это уж слишком, – шипит фру де Врис. – Я побеседую об этом с господином Крёком, когда увижу его в следующий раз.

– Мы можем позвонить ему прямо сейчас, если желаете. Но я собираюсь стоять здесь, пока вы меня не впустите. Буду здороваться со всеми вашими соседями.

В конце концов фру де Врис откидывает цепочку. Я сразу же вхожу в квартиру, пока она не передумала. На полу сидят близнецы, играя с игрушечными автомобилями. Все выглядит нормально, все как всегда. Никаких подозрительных звуков, ничего необычного.

Фру де Врис пристально смотрит на меня и достает сигарету. Она не предлагает мне снять пальто. Мы стоим в прихожей, не зная, что сказать друг другу.

– Я пришла повидать Мину, – наконец говорю я. – Где она? Это важно.

– Что-нибудь случилось? Полиция подозревает мою квартиру?

– Нет, это личное дело.

Фру де Врис выпускает струйку дыма, затем поворачивается ко мне спиной. Может быть, она все-таки хочет выставить меня из своего дома? Но потом я понимаю, что это просто знак следовать за ней. Меня никогда не приглашали дальше кухни. Я иду по длинному коридору, по обе стороны множество дверей. Семья де Врис еще богаче, чем я думала. Обстановка в комнатах, мимо которых мы проходим, изысканная. Роскошные обои, на стенах картины. Фру де Врис останавливается на пороге детской. В углу две лошадки-качалки, на полках полно книг и игрушек.

– Ханнеке, нужна помощь. – Подойдя к одной из полок, она с раздраженным видом оглядывается на меня. Она ждет, чтобы я помогла сдвинуть полку.

Я откатываю полку в сторону. За ней – стена, в которой имеется маленькая дверь шкафа. Через нее можно пролезть, но только на четвереньках. Фру де Врис кивает, разрешая мне открыть дверь, и я вижу пару оксфордских туфель. Мина быстро опускается на колени и высовывает голову.

– Ханнеке! Я узнала твой голос!

Выбравшись из шкафа, Мина обнимает меня.

– Я и не думала, что кого-нибудь здесь увижу. Юдит сказала, что это слишком опасно. Олли отвел ее в убежище? Что произошло с тех пор, как я здесь? Кажется, прошел целый год – а на самом деле всего один день.

Прежде чем я успеваю ответить хотя бы на один из ее вопросов, в убежище кто-то скребется. Мина тоже слышит этот звук.

– Все в порядке, – говорит она.

– Ты не одна? – вырывается у меня.

Там, откуда только что вылезла Мина, появляется пара ног в коричневых мужских туфлях. Они принадлежат пожилому мужчине с белой бородой, который быстро моргает от яркого света. За ним следует женщина с безупречной прической и макияжем. Она явно нервничает.

– Господин Кохен и фру Кохен, – поясняет Мина. Оба приветствуют меня, нерешительно кивнув. – Это моя подруга Ханнеке Баккер.

– Рада с вами познакомиться, – бормочу я. Почему же эта фамилия кажется мне знакомой?

– Все в порядке, Доротея? – спрашивает фру Кохен у фру де Врис. – Внутренние стены в этом здании всегда были такие тонкие, что мы невольно подслушали.

Я поворачиваюсь к фру де Врис.

– Кохены…

– Мои соседи. Да, они живут у меня уже несколько дней.