Мона Рэйн – Мой истинный враг, или Приманка для ледяного дракона (страница 27)

Аксел начертил пальцем на камне символ, и тот, внезапно, стал издавать зловещее красноватое сияние.

Парень нахмурился. Держа камень перед собой, быстрым шагом прошёлся по комнате, затем выглянул за дверь. Каждый раз, как он удалялся от меня, сияние как будто затухало.

В конце концов Аксел вернулся и поднял на меня неверящий потрясённый взгляд.

— Ты… ты…

Прода 42

Эйвин

Я выставила руки перед собой. Кто знает, что предпримет Аксел, когда пройдёт первый шок. Пока что парень продолжал заикаться.

— Ты… ты…

Как бы уговорить его не рассказывать всем, что я дракон? Может, согласится хранить это в секрете по старой дружбе?

— Ты беременна от дракона?! — наконец выпалил Аксел.

Я вытаращила глаза.

— Что?!

— А как ещё это объяснить? — он кивнул на светящийся артефакт. — Ты связалась с тем белоголовым, да? И теперь носишь его дитя.

Он потрясённо опустился на кресло и обхватил голову руками, роняя артефакт на пол. Мне пришлось приложить усилия, чтобы не рассмеяться. Ну конечно! Мы с Акселом знакомы с детства. Ему даже в голову не пришло, что я и есть дракон.

Парень взглянул на меня сначала с ненавистью, потом с жалостью.

— Я не виню тебя, — расстроенно сказал он. — Виню себя, что не уберёг. Мало кто может устоять перед богатством и властью.

Я притворно вздохнула и положила руку на живот.

— Теперь я должен убить его! — Аксел вскочил с места.

— Кого?

— Этого мерзавца дракона! Всех драконов! — он перевёл дух. — Нашу с тобой любовь не вернёшь, но я отомщу за неё!

— А ребёнка ты тоже убьёшь?

— Что?

Аксел выглядел обескураженным.

— Моего ребёнка. Он ведь тоже будет драконом.

Парень понурился, глядя перед собой. Может он и ненавидел драконов, но не был злодеем, это я знала.

— Нет, — тихо сказал он.

Я подошла и положила руку ему на плечо.

— Драконы всегда будут среди нас, рядом с нами. Они — часть этого мира и нашей жизни. Некоторых мы будем ненавидеть, других — любить. Но мы не сможем совсем от них избавиться, понимаешь?

Аксел шмыгнул носом.

— Мы можем выгнать их со своей земли, — упрямо ответил он.

— Меня ты тоже выгонишь?

Он отвёл взгляд.

— Нет, Эйя. Только если ты сама захочешь уйти.

Аксел неловко потоптался, затем пошёл к выходу. Уже у двери он обернулся.

— Прости, Эйя, но я должен усилить охрану у вашего дома. На случай, если вернётся… — он мотнул головой, глядя на мой живот. — Что бы там ни было между вами, он враг Миината.

Я грустно усмехнулась. Знал бы Аксел, как Исангер старается, чтобы дело не дошло до крови, его мир бы перевернулся.

После его ухода я брезгливо взяла двумя пальцами оставленную им удавку. Где теперь хранить эту гадость? Может, рядом с камешком, который нейтрализует её неприятный фон?

С трудом найдя тот самый камешек, я провела эксперимент. Действительно, опасное оружие рядом с ним не досаждало. Настолько, что я просто сунула его в карман, когда мама позвала ужинать, и благополучно о нём забыла.

До вечера меня не покидала одна мысль. Если бы только люди знали, что не все драконы — зло… А ближе к ночи меня осенило.

Я достала рассованные по комнате картон, нож, бумагу, чернила. Отыскала в кладовке губку. На этот раз никаких рисунков, только слова.

Листовки сохли половину ночи, которую я провела в попытках овладеть скрывающими чарами. Получалось через раз, но я как будто ухватила основной принцип. Собрав листки бумаги в корзинку, я надела тёмное пальто с капюшоном и активировала заклинание. Если что-то пойдёт не так, меня укроет ночь.

Горе-охрана храпела в палатке на заднем дворе. Боец, поставленный в караул, сидел на ступеньках и тоже посапывал. Мимо него удалось прокрасться без особого труда.

Через пару часов листовки были везде, где ещё бывали скопления людей: у вокзала, университета, больницы, магазинов. Особенно много — в рабочем квартале.

Текст начинался большим красным заголовком "Драконы среди нас!" Мне пришлось поломать голову над тем, чтобы в паре абзацев рассказать, что без драконов и короля Миинат уязвим перед другими странами. И что повстанцы в первую очередь обязаны своим успехом дракону.

Ноги гудели, но я была довольна собой. От стопки бумаги осталось ещё немного, но я чувствовала какую-то слабость. Видимо, с непривычки держать так долго скрывающие чары оказалось тяжело. На полпути к дому заклинание пришлось снять. Теперь я скрытно пробиралась по пустым улицам, стараясь держаться в тени. Но меня всё равно заметили.

Крылатая тень тихо спланировала надо мной. Путь преградила знакомая мужская фигура.

Это был Исангер. И он был ужасно зол.

— Тебя нельзя оставить ни на минуту, чтобы ты чего-то не выкинула? — тихо рыкнул он, хватая меня за руку.

Я сначала испугалась, но страх уступил место восхищению. Эти сверкающие стальные глаза больше завораживали, чем пугали. Я погладила пальчиком нахмуренные брови, с восторгом глядя, как расправляется гневная складка между ними.

— Как ты нашёл меня?

Меня обняли, укутывая в тепло и безопасность.

— Проверял, всё ли спокойно в городе, и почувствовал тебя. Что ты задумала, Эйвин?

Я показала дракону листовку. Он хмыкнул.

— Это не остановит войну.

— Но может остановить ненависть.

Я прижалась к нему щекой и зажмурилась, чувствуя, как сердце в его груди начинает стучать быстрее от моей близости.

— Можешь разбросать это над лагерем? Я уверена, кто-нибудь полюбопытствует проверить Рогана его же артефактом.

Я хихикнула, представив себе эту сцену. Исангер вздохнул, уткнувшись в мои волосы.

— Хорошо. Но сначала отведу тебя домой.

Это оказалось не так-то просто. С каждым разом расставание давалось нам всё труднее. Только близившийся рассвет заставил нас разорвать прощальный поцелуй. Прикрыв меня чарами, Исангер удостоверился, что я вошла в дом, и улетел.

Но оказалось, что мои листовки привлекли внимание не только людей. Утром мне сообщили, что в гостиной меня ждёт Алвар Одарслейв.

Когда я спускалась к нему, страха не было. В кармане платья лежала удавка. Пусть только посмеет протянуть ко мне лапы, сразу узнает каково это — иметь в своём распоряжении лишь слабое человеческое тело.

— Эйвин Линнфро, — мрачно констатировал белоголовый вместо приветствия. — Я догадывался, что ты вернулась. Листовки — твоих рук дело, так? Видишь ли, в Миинате не так много людей, сочувствующих драконам, и при этом близких к "Чёрному братству" достаточно для того, чтобы использовать их язык и их методы.

Он подошёл ближе.

— В прошлый раз мы с тобой не договорили. Прежние вопросы оставим на потом. Сейчас меня интересует, как тебе удалось выйти из дома, чтобы расклеить листовки?