Мона Рэйн – Льдинка для огненного дракона (страница 19)

— Мариан сделала свой выбор. Она нужна крепости. Вы что, не видите, как у неё получается? Не хуже, чем у вас.

Я ускорила шаг, взлетая по лестнице наверх.

— Я нисколько не умаляю важности вашей миссии, — судя по голосу, Кьяр едва сдерживал ярость, — но мы не можем рисковать последним в империи магом льда. Я приказываю сообщить, где она.

— А я напомню, — понизив голос, перебил его рыжий, — что Север никогда не присягал вам, Кьяр Сальгардо. Мариан — одна из нас. Она свободный человек и вправе вашими приказами…

Его речь прервалась. Я с силой толкнула дверь и вовремя. Кьяр держал Мораса за горло. Тот яростно сверлил его своими голубыми глазами. При виде меня император опустил руку, мужчины разошлись в стороны.

— Оставьте нас, — скомандовал дракон.

Двое его соратников сразу направились к выходу. Морас и ещё трое северян вопросительно поглядели на меня и ушли, только дождавшись моего кивка. Мы с Кьяром остались одни под порывами ветра на верхушке стены.

Глава 16

Сначала мне было трудно взглянуть в глаза Кьяру. Я смогла сделать это только после того, как он шагнул ближе и накинул капюшон на мою голову. Правда, необходимость в нём сразу же отпала, потому что близость дракона, как всегда, прогнала из моего тела всякий холод.

С минуту мы смотрели друг на друга. Порывистый ветер трепал волосы Кьяра. Так и хотелось пригладить их, убрать со лба, чтобы не мешали разглядывать лицо императора. Пришлось сжать руки в кулаки, чтобы они не вздумали своевольничать.

— Мариан, — выдохнул дракон, — почему?

Я пожала плечами. Глупый вопрос.

— Потому что мы опасны друг для друга? Потому что твой дар, как и мой, важен для империи? Потому что моё место здесь?

— Империя стояла без нас и будет стоять дальше. Я готов рискнуть.

Он придвинулся совсем близко, так что края нашей одежды соприкоснулись. Я ни секунды не сомневалась в правильности своего решения, но тело предательски подалось навстречу. Пришлось сделать шаг назад.

— Нет, Кьяр. Я не готова.

Он устало потёр глаза.

— Эти северяне уже убедили тебя в твоей избранности? Конечно, ты исключительная! Ты одна такая. Но они погубят тебя, невзирая ни на что! Погубят ради своих амбиций!

Я вспыхнула.

— По-твоему лучше оставаться во дворце? Зная, что тут гибнут люди? Что я могу хотя бы попытаться всё исправить?

Ветер взвился вокруг нас, загудел, окружая снежным вихрем, скинув мой капюшон и развевая волосы.

— Как ты не понимаешь, что моё место здесь? — взмахивая руками, я пыталась перекричать ветер. — Даже если мы будем вместе, что дальше? Я потеряю дар и буду всю жизнь знать, что могла помочь, но не стала. Или ты лишишься магии, и что? Будешь удерживать меня на Юге, подальше от опасности?

Кьяр молчал. Я не сразу заметила, что от бури моих эмоций пол и стены вокруг нас начали покрываться ледяной глазурью. Только когда попыталась уйти и поскользнулась.

Дракон среагировал мгновенно. Сильные руки бережно подхватили меня, прижав к телу, такому горячему, что я ощущала жар через несколько слоёв нашей одежды. Его глаза были так близко, что я видела — все мои разумные доводы разбиваются о то, что происходит в его сердце. Горячие губы уткнулись в моё ухо, обжигая шёпотом.

— Я думаю, на один из этих вопросов легко узнать ответ. Можем проверить, чья магия сильнее, прямо сейчас.

Я не успела запаниковать, его губы накрыли мои. Сначала я старалась не отвечать, но постепенно руки, упиравшиеся в грудь дракона, ослабли. Волны жара, исходящего от Кьяра, растекались по телу, и казалось, будто моя кожа совсем не сдерживает их, отдавая тепло наружу. Ветер вокруг нас стих, как и моя ярость. Теперь мне хотелось, чтобы время остановилось, и мы навсегда остались в объятиях друг друга. Но чуда не случилось.

Когда наши губы разомкнулись, Кьяр нежно улыбнулся, оглядываясь вокруг. Я проследила за его взглядом.

Весь лёд, что появился вокруг нас во время моей пламенной речи, растаял. И это сделала не я.

Дракон ласково поглядел на меня, погладил волосы.

— Мой огонь победил. Возвращаемся во дворец, Мариан. Отбор ещё не закончен и не будет закончен без тебя.

Меня разрывали противоречия.

— Почему я? — голос не слушался и вопрос прозвучал тихо, как выдох.

Кьяр взял мое лицо в ладони, провел большим пальцем по губам.

— Сердцу императора не может приказывать никто, даже сам император.