Мона Рэйн – Истинная хозяйка Драконьей усадьбы (страница 11)

Наутро все мышцы в теле ожидаемо болели. За завтраком пришлось признаться себе, что сегодня будет работать только магия. Никакого тяжёлого труда! Даже волосы не стала заплетать, буду ходить красивая. Насколько это возможно.

Прихватив кружку с ещё тёплым чаем, я вышла наружу, расслабленно радуясь новому дню и предвкушая увидеть результаты вчерашних трудов. Но от вида того, что творилось перед домом, кружка выпала у меня из рук.

Земля была размётана по газону, а сам газон перепахан и перемешан с землёй. По всему пространству раскидан садовый инвентарь: вилы, грабли, тяпки, лопаты, лейка. А у самого порога кто-то красноречиво воткнул в землю топор.

От ярости у меня зашумело в голове. Кажется, это война.

16

Я сделала несколько шагов вперёд, озираясь в поисках пакостника. Вот жеж! А мне было так спокойно здесь, казалось, что магия сама защищает от непрошенных гостей. Выходит, всё же надо навесить замок на ворота. И на садовый домик, когда уберу инструменты.

Я наклонилась, чтобы поднять с земли маленькие грабельки, как вдруг что-то пролетело мимо, выбивая их из рук. От неожиданности я не успела разобрать, что это было.

Поразмыслив секунду, я снова потянулась за инструментом, на этот раз внимательно наблюдая, что будет дальше.

Но атака последовала с другой стороны. Нечто с силой ударило меня в плечо, заставляя с криком сделать шаг назад, чтобы не упасть. Едва я успела поднять голову, как меня дёрнули сзади за волосы.

– Ай!

Снова тычок в плечо, на этот раз сзади. И всё, что я успевала рассмотреть – какие-то небольшие тени, мелькавшие вокруг.

– А ну перестаньте!

От очередного толчка я потеряла равновесие и упала коленями в землю. Мгновенно сориентировавшись, я дотянулась до лежавшей рядом лопаты и вскочила, замахиваясь ей.

– Ну-ка стоять!

Стремительно летевшая в мою сторону тень резко затормозила, оформляясь в полупрозрачную летучую мышь.

– Мышь! – завопила я от неожиданности. – Кыш, мышь! Ну-ка, убирайтесь туда, откуда пришли!

Не знаю, что сработало, приказ или угроза лопатой, но мой вопль как будто спугнул стаю птиц. Отовсюду – с дома и деревьев – хлопая крыльями, сорвались и полетели в сторону ворот летучие мыши, будто созданные из тени.

Я с удивлением, а потом с удовлетворением следила за тем, как они следуют на выход. Но неожиданно мерзкие мыши не полетели за ворота, а начали набиваться в скворечник!

– Что? Куда?!

Вскоре след поганцев растаял, а я так и осталась стоять с круглыми глазами и лопатой наперевес.

Получается, эти пакостники – часть усадьбы? Часть наследства, которое надо приручить. Вот повезло, конечно. И хоть бы кто предупредил.

Я опустила лопату и пошла по изуродованному газону, машинально собирая инструменты и вспоминая, что обычно едят летучие мыши. Фрукты или насекомых? Лучше бы фрукты, жуков я им ловить не стану.

Убрав инвентарь на место, я, вздыхая, зарастила тёмные пятна на газоне. Нет смысла тратить силы, пока не договорюсь с мерзопакостниками. Нервы были успокоены ромашковым чаем, а силы отданы на то, чтобы расчистить путь до построек, видневшихся за садом.

Там обнаружились загоны для скота, несколько сараев, конюшня и большой скотный двор. Видно, когда-то здесь было большое хозяйство. Правда, не похоже, что Селестия вообще сюда наведывалась. Вероятно, усадьба пришла в упадок ещё до неё.

Грустно было смотреть на пустые постройки, но пришлось признать, что большое хозяйство я одна не потяну. А было бы славно завести коровок. И лошадок. И овечек. Положим, с курами и одной коровой я управлюсь. Но для большего нужны люди: постоянные работники или члены семьи.

Мысли невольно свернули на мрачного дракона. Интересно, считается ли действительным наш брак, ведь я была под чужим именем? Разведут ли нас, если я подам прошение? И кому его вообще подавать? И как потом прятаться от разъярённого бывшего? В том, что он будет в ярости, я не сомневалась. Не очень-то такие брутальные мужчины умеют воспринимать отказы.

Метка была почти не видна на ладони, потемневшей от земли и травы. Я вздохнула. Почему-то стало жаль, что всё не сложилось, как в сказке.

Но долго раскисать мне не дали. Возвращаясь, я издалека заметила несколько теней, не очень слаженно тащивших моё уже высохшее платье.

– А ну стоять! – завопила я издалека, подбирая юбку и бросаясь вслед за ними. – Убирайтесь к чёрту в своё дупло!

Клянусь, я почти слышала злорадное хихиканье, всё то время, что мыши тащили моё платье на крышу и вешали на одну из печных труб, как флаг. Выругавшись сквозь зубы, я похвалила себя за то, что нижнее бельё всё-таки оставила сушиться в доме.

Злобно рыча, я решительно зашагала к домику, готовая залепить его круглую дверку грязью и вырастить вокруг колючки. Но осуществить план мне помешал неожиданный визит Лютца Хартманна.

– Доброго д… Пресветлый, Эва, у вас что-то случилось?

Я вдруг осознала, как выгляжу. Платье в земле после стычки с мышами. Волосы растрёпаны. Я с достоинством достала травинку из пряди и отбросила подальше.

– У меня тут… завелись…

И махнула рукой в сторону скворечника. Лютц с улыбкой кивнул.

– Гардокрылы. Я всё гадал, проснутся ли они. В последние годы их было не видать.

– Могли бы и предупредить, – буркнула я, впуская старика.

– Да как-то не пришлось к слову. Я это… принёс тебе чай. Сам собирал и сушил, Селестии очень нравилось.

Моя обида на Хартманна мгновенно растаяла. Так приятно, когда в незнакомом и не очень дружелюбном мире кто-то заботится о тебе.

– Спасибо! Давайте, я заварю, а вы расскажете мне всё, что знаете, об этих… тварекрылах?

В присутствии гостя теневые мыши предпочитали не показываться. Так что нам удалось спокойно посидеть на террасе с видом на деревья в саду и половину огромного участка, всё ещё заросшего травой.

Как рассказал Лютц, мыши были порождением местной магии, что-то вроде фамильяров-помощников, охранявших усадьбу. С чужими они не церемонились, поэтому в деревне уже давно никому не приходило в голову пробраться за ограду. Даже проказливым детишкам.

– А чем они питаются?

– Не думаю, что им нужна еда, – Лютц отпил ароматного чая из старинной фарфоровой чашки. – Но Селестия шутила, что гардокрылы – лучшее средство против медведки. Полагаю, у них есть пристрастие к этим насекомым.

Я поморщилась. Значит, у них тут, помимо тварерылов, ещё и медведки водятся. Что дальше? Тля? Колорадский жук?

– Медведка портила её любимые розы, – продолжал Хартманн, глядя куда-то в собственные воспоминания.

Я решила воспользоваться моментом и расспросить старика о том, как жила тётка, но мне помешал стук копыт и шум колёс, затихшие где-то совсем близко. Вероятнее всего, у ворот усадьбы.

– Кто-то приехал.

Я пошла к воротам, и Лютц поспешил следом, тяжело опираясь на трость.

У ворот действительно стояла карета. Сквозь изящно изогнутые прутья решётки был виден щегольской костюм барона Ланвера. И форма сопровождавшего его человека, по которой в любом мире однозначно распознали бы полицейского.

Я приблизилась к ним с нехорошими предчувствиями.

– Добрый день! Чем обязана?

Барон скользнул по мне презрительным взглядом. А ведь я уже привела себя в порядок.

Полицейский шагнул к воротам.

– К нам в Розбар поступила жалоба на самовольный захват частной собственности неустановленным лицом. Не волнуйтесь, это пустая формальность. Вы позволите взглянуть на ваши документы?

17

Документы!

Кровь отлила от моего лица. Ну вот и всё. Без бумажки ты букашка – в любом мире.

Хартманн со своей тростью подошёл к воротам.

– А что, собственно, происходит?

Он знал, что я приехала без документов, и дал мне время собраться с мыслями.

– Просто формальность, – повторил полицейский. – Нам нужно удостовериться, что наследством занимается кровная родственница почившей.

Лютц усмехнулся.

– Это уже подтвердил родовой источник магии, разве не видно? Попробуйте войти в усадьбу без разрешения хозяйки и всё поймёте.

Полицейский отчего-то не спешил пробовать. Даже наоборот, отступил подальше.