Мон Ре Ми – Наследница тёмного мага. В объятиях тьмы (страница 1)
Мон Ре Ми
Наследница тёмного мага. В объятиях тьмы
Пролог.
Наслаждаясь приветливым солнышком, Элгианта закинула голову на встречу лучам. Лёгкий ветер шуршал ветвями вишен, покачивал макушки леса. Неподалёку, на лужайке, играли в догонялки её муж, Авандер, и дочка Мусони. Малышка заразительно смеялась, и от этого губы Элгианты невольно растянулись в грустной улыбке. Три года пролетели как незаметно, и она только свыклась с новой ролью. Добрина села рядом со снохой, прищурившись от солнца.
– Ты хотела что-то обсудить со мной?
Кивнув, Элгианта перестала улыбаться и прикусила нижнюю губу. Вид её тут же сменился с безмятежного на обеспокоенный. Она долго собиралась поговорить со свекровью, ведь разговор требовал решительности и дальнейших действий.
– Не знаю с чего начать…
– С главного. Нам с тобой не в первый раз распутывать нити запутанных задачек.
Добрина улыбнулась нежной материнской улыбкой, и всё её лицо покрыли мелкие морщинки. Она – сам свет, но Элгианта не могла улыбаться в ответ, её тяготило решение, что принято, вне зависимости от слов свекрови.
– Я всё пыталась понять, когда произойдёт непоправимое, но будущее постоянно меняется. Обсуждала увиденное с пифиями и оракулами, но они не могут дать чёткого ответа. Ко всему они не видят так далеко.
– Тогда, если эти события ещё не завтра, почему ты так взволнована? Может, правильно будет успокоиться и не терзать тебя некоторое время? – улыбнулась Добрина, по-матерински взяв в ладонь руки Элгианты. – Посмотри на дочь. Она в безопасности только рядом с вами. Магия не угрожает ей, если, конечно, и я не растеряла навык. Впрочем, судя по Авандеру, остатки моих сил ещё работают на качество.
Заставив себя грустно улыбнуться, как обычно делают, прощаясь, Элагианта удержала руку Добрины в своих и серьёзно посмотрела ей прямо в глаза, и это действие привело пожилую женщину в волнение.
– Хорошо, что на Мусони наложена ваша печать, это даёт нам гарантию безопасности, и я могу быть уверена, что тот
Добрина вздохнула, предчувствуя бурю и посмотрела на сына и внучку. В них хоть и текла магическая кровь, но они об этом не догадывались. Магия, порталы, печати и пророчества – всё это для них тайна, которую в полной мере знают лишь Добрина и Элгианта. Как старые друзья, они много лет прячут маленький секрет в запертом ящике, поклявшись, что родные никогда не ступят на этот путь.
Любовь слепа, но порой она раскрывает перед сердцем новые горизонты. Решаясь на новое откровение, Элгианта прикусила нижнюю губу:
– Я не стала держать от него в секрете шаг, на которой должна пойти. Авандер всё узнал.
– Но зачем?! – округлила глаза Добрина.
– Он умен, наблюдателен и давно подозревал. Мои постоянные отсутствия и передвижения магическими каналами… в общем, я была не осторожна. Авандер с легкостью и пониманием отнёсся к этой новости.
– Но, надеюсь, ты не рассказала о моей связи с магией?
– Конечно нет. Только о себе. Добрина, всё в порядке, я справлюсь.
Снаружи она выглядела решительно, но голос выдавал волнение, руки холодели, несмотря на прекрасную погоду. Добрина читала её сомнения, и сама начинала переживать.
– Тогда почему ты встревожена?
– Решение… Необходимо запереть сестру, на срок, пока не пройдёт опасный период. Мусони останется с вами, а после мы заберём её.
– Авандер, разумеется, отказался отпустить тебя одну? – догадалась Добрина, вздохнув.
Прикусив нижнюю губу в беззвучном сомнении, Элгианта осторожно кивнула.
– Можно пожилой женщине дать тебе мудрый совет?
Снова кивнув, Элгианта внимательно посмотрела в голубые глаза Добрины – в них читался опыт прожитых лет и безграничная доброта.
– Не стоит недооценивать Кейлис. Возможно, твоя сестра и не столь одарённая, но от природы ей досталось ровно столько же, сколько и тебе. Попытайся поговорить с ней. Договориться. Применение силы, к тому же, магии – ответственный шаг. Делая его, нужно помнить о тех, кто любит тебя и ждёт дома.
Она погладила Элгианту по пепельно-русым волосам и нежно обняла. В своё время, Добрине пришлось сделать похожий поступок, пойти против своей крови, но отголоски того решения ещё много лет будут её спутниками.
Глава 1. Обитель спокойствия.
Сквозь оглушающую тишину пробивались едва слышимые звуки, похожие на стук. Очнувшись от бесконечного сна, Мусони ещё какое-то время лежала с закрытыми глазами и прислушивалась. Она медленно открыла глаза, озираясь вокруг – ничего из окружающей обстановки не было ей знакомо. Она на кровати в полукруглой комнате с куполообразным потолком, который венчалет огромная золотая люстра. Иссиня-фиолетовые стены богато украшены золотыми сводами и колоннами, с узорами и завитками. Они мягко мерцают в свете люстры и свечей, обильно расставленных на длинном декоративном столе. Убранство комнаты роскошно, может ли это значить, что это дворц короля? Только вот как путь сюда не оставил следов в её памяти? Убедившись, что рядом никого нет, Мусони осторожно спустилась с кровати и, босая, подошла к высокому остроконечному окну. Сквозь вечерние сумерки просматривался незнакомый пейзаж и всё вокруг укрыто хорошим слоем снега. Еще недавно шел проливной дождь, превращая всё в кашу из грязи и месива, и когда погода успела смениться на зимнюю?
Нахмурившись, Мусони потерла кончиками пальцев переносицу, стараясь восстановить последние события. Неожиданно подсознание выдало странный фрагмент.
Сон, в котором Лорд Обелиск пытался выяснить информацию о воре, затем разрушение лаборатории… Однако к ним подмешано какое-то иное, расплывчатое воспоминание, которое не хотело смешиваться, и вспышками мелькало в сознании.
Откуда-то взялся гул криков, шум и треск пылающего огня, и едкий запах дыма как будто все ещё комом стоит в горле… Не понимая, она нахмурилась ещё сильнее, эти ощущения слишком яркие для сна. Продолжая копаться в своей голове, внезапно что-то больно кольнуло изнутри, заставив ссутулить спину, а тревога душила, не давая кислорода лёгким.
– Оскар…
…Огонь, крики и взрывы, а среди всего безумия его лицо…
Руки её затряслись, а горло сводило – в поисках воды она осмотрела комнату ещё раз и быстро подошла к столику с графином, залпом осушив стакан. Висевшее напротив зеркало отражало её озабоченное лицо: на бледной, почти прозрачной коже не видно даже губ, которые обычно краснели насыщенно алым, а потухший взгляд дополнен серыми ореолами. Телесное платье-комбинация добавляла образу нотку сумасшествия. Болезненный вид своего лица Мусони не тревожил так сильно, как воспоминания, в котором Оскар в смертельной опасности.
– Нет, это просто сон…
Ей срочно необходимо доказательство, что Оскар жив.
Откуда-то из-за закрытой массивной двери, обильно украшенной золотом, по-прежнему монотонно раздается стук. Легонько коснувшись ручки, Мусони медленно раскрыла её, благодарная свыше, что та не скрипела.
Широкий коридор пустовал, и слабо освещался голубоватыми настенными огнями. Противоположная стена сплошь витражное окно, за которым метель танцевала с ветром, красиво освещаясь фонарями снизу. Здесь значительно холоднее, чем в комнате, и кожа Мусони мгновенно отреагировала ордой мурашек – тонкое платье на бретелях совсем не греет.
Здесь никого нет, абсолютная тишина, нарушаемая стуком откуда-то слева. Мусони не спеша пошла на звук, беззвучно ступая босыми ногами по ковру. Извиваясь дугой, коридор вливался в просторный круглый зал с двумя изогнутыми лестницами. Подойдя к перилам, она огляделась – никого, только несколько глубоких кресел и круглый стол, стены с арочными углублениями, в каждой из которых резная дверь.
Неужели дворцы настолько безлюдны? По меньшей мере, хоть где-то должна стоять охрана.
Стук отчетлив, он исходит от одной из дверей. Сложа руки на предплечьях, чтобы хоть немного унять дрожь, Мусони спустилась по лестнице – здесь оказалось ещё холоднее, чем наверху. Окна и двери заперты, но откуда-то сильно сквозит морозным воздухом, и судя по свисту ветра, от одной из арочных дверей. Ни одна из них не поддалась – заперто.
Находясь так близко, слышно, что этот звук создан чем то, что висит по ту сторону двери и бьётся от порывов ледяного ветра, который сквозит из всех щелей.
Вдруг, откуда-то сверху раздался отдалённый крик, или, вернее сказать вопль, что-то среднее между ними. Непонятный возглас, издаваемый то ли человеком, то ли зверем, но настолько пронзительный, что волосы на голове зашевелились и Мусони напряглась. Нарушая тишину, кто-то спешил по коридору, и шаги его отражались эхом. Стараясь остаться незамеченной, она спряталась за одной из колонн и в тот же момент по лестнице быстрым уверенным шагом пробежал высокий мужчина. Он не заметил Мусони, зато она узнала его, и страх осознания ломал изнутри.
В том мужчине она узнала правую руку и верного спутника – Мордред.
Стены вокруг превратились в мрачную и давящую клетку, а воздух стал плотным и удушливым. Она не в замке короля – это резиденция Лорда Обелиск.
К их последней встрече во сне, цеплялись неясные образы. Лорд нес её на руках, среди огня и дыма, среди криков, а мимо мелькали вспышки искр, всполохи языков пламени, среди которых пропал образ Оскара. Как ни пыталась, дальше воспоминания обрывались.