Молка Лазарева – Воля и разум (СИ) (страница 10)

Зато на кухонном столе я обнаружила стопку оладушек и записку: «Ешь, а то худая как щепка».

Какая же она хорошая! Словно родная бабушка!

Вот как благодарить человека за такую заботу? Идей не было. Что можно предложить ведьме, у которой за плечами вековой опыт и обладание силами, которые превышают твои в десятки раз. Но я знала, у кого можно спросить.

Мобильные телефоны в Шкрябинке не работали, по причине отсутствия сотовых вышек. Наверняка в деревне, у кого‒ то были обычные проводные телефоны, но на поиски аппарата у меня не было времени. У меня был свой, более надежный, способ связи. Чему‒ то я все же в своем университете научилась. Телепатический вызов по зеркалу. Срабатывал, только если по другую сторону был такой же маг. Сил требовал неимоверно много, но должна же я как‒ то поддерживать связь с родителями. Жуя оладушек, и глядя в зеркало, я торопливо настраивалась на своего отца. Сказки не врут, «свет мой зеркальце скажи» действительно могло быть реальным вызовом мага средней руки.

Для нашей связи с отцом даже активатор был не нужен, родная кровь работала лучше любых заклинаний. Чистая сила. Главное, чтобы я не отвлекла папу от чего‒ нибудь очень важного. И мне повезло. Через пару мгновений, отражение отца появилось в зеркале. Как всегда очень уставшего и не выспавшегося. Круги под глазами стали еще больше. Седых волос прибавилось.

‒ Привет, пап. Не отвлекаю?

‒ Привет. Нет, конечно. У меня сейчас обед, ты как раз вовремя, ‒ Вот я тетеря, совсем забыла про разницу часовых поясов. Изображение отца было смазанным и не четким.

‒ Папа, а ты перед зеркалом? ‒ уточнила я. Вопрос был закономерен в этой ситуации.

‒ Нет. Ты не поверишь, по подносу с едой говорю. Чистая полированная нержавейка. Я рассмеялась. Все же папа очень сильный волшебник, и ему все равно, какая поверхность перед ним. Лишь бы отражение было.

‒ Как ты там? ‒ спросил он.

‒ Не плохо. Добрались хорошо. Но с приключениями.

‒ Добрались? Ты там, не одна что ли?

Теперь историю с ошибочным вызовом и раздвоенной заявкой на практику, пришлось пересказывать еще и папе. Он слушал внимательно, временами уточняя какие‒ то мелочи. Мой папа мудрый человек, многое повидал в этой жизни, поэтому лукавить или не договаривать я не собиралась, себе дороже выйдет. К его советам я всегда старалась прислушиваться. С высоты опыта всегда виднее, то, что никогда не увижу я, с точки моего двадцатилетнего возраста.

‒ Вообще странно, ‒ подвел итог отец, ‒ Сама знаешь, не принято магами разбрасываться на гражданские должности. И меня удивляет, как минимум, равнодушие твоего деканата, по этому поводу. Ты им уже сообщила?

‒ Думаю, не стоит этого делать. Еще отзовут обратно. И тогда, практику придется проходить где‒ то еще. Я только, на дорогу обратно потеряю неделю. Лучше, здесь месяц отработать. Тем более что начальник у меня адекватный, пообещал, хорошую характеристику.

‒ Лисса, ты помнишь, о чем мы говорили? ‒ намекал на давнишний разговор отец. ‒ Может быть, не стоит сильно напрягаться ради оценки.

Удивительно, слышать от родителя совет учиться похуже, и завалить практику. Вообще после этой фразы, папа напрягся. На лице читалось беспокойство за меня. В такие моменты сразу становилось понятно, папа далеко не юный мальчик.

В детстве, он всегда казался мне оплотом стабильности и спокойствия ‒ молодой, сильный, нерушимый. Но сейчас взрослея, я стала замечать, и седину, пробивавшуюся на его темных волосах, и взгляд усталых глаз, и множество морщин на лице. Возраст и нервы начинали брать своё.

‒ Может и не стоит, ‒ согласилась я. ‒ Как там мама?

‒ Вчера общались по телефону, ты же знаешь, у меня нет, возможности съездить домой, ‒ словно оправдываясь, сказал он. ‒ Она очень переживает за тебя. Просит тепло одеваться, и не прыгать по горам в поисках приключений.

‒ Ахах, я что в городе, так часто в поисках приключений прыгала? ‒ усмехнулась я. Вот за чем‒ чем, а в этом занятии меня еще никто не обвинял.

‒ Она волнуется, и этим все сказано. Ты ребенок самостоятельный, подкованный, закаленный, стрессоустойчивый, но мать есть мать. Так, что за себя, тоже попрошу, не влипать ни в какие истории.

Можно, подумать я собираюсь.

‒ Папа, я честно обещаю вести себя ответственно. Тем более, меня здесь приютила очень хорошая женщина. Она довольно строгая. Так что стоять на голове мне точно не позволят. Кстати, я хотела с тобой посоветоваться, ‒ настало время спросить главный вопрос, ‒ Чем можно отблагодарить человека, у которого, наверное, все есть?

‒ Ну, ты, дочь, спросила. В сказках задания легче. Пойди, туда не знаю куда, принеси то, не знаю что. Ты хоть расскажи, мне об этом человеке. А я подумаю.

Вот как кратенько рассказать папе, о бабе Матрене? Про таких можно пятитомники, в тысячу страниц каждый, писать. Ну, вот кто она? Боевая по характеру женщина, с несчастной судьбой? Пережившая дочку и внучку? Ведьма‒ травница, которой некому передать знания, потому что у нее из родных остался только правнук? И тот, мало того, что холостой, так еще и с почками больными.

‒ СТОП! ‒ остановил меня папа. ‒ Поподробнее про почки.

‒ Вообще, я точного диагноза не знаю. Матрена Ивановна, сказала, что наследственная болезнь от отца. Недостаточность ‒ кажется. Она его травами, какими‒ то поит. На том и держится. А к врачу, как я поняла, он либо сам идти не хочет, либо возможностей нет финансовых.

‒ О, боги, вот она великая сила самолечения. Какие травы, с таким диагнозами. Ему срочно надо в клинику, я вообще удивлен, такой беспечности.

‒ И что ты предлагаешь?

‒ Узнаю насчет бесплатных мест в клинике. Руководство вполне может пойти на такой шаг. Взять обычного человека из глубинки. Они любят рекламу такого плана. А дальше портал провесим, ты и твоя бабушка Матрена поможете с наведением. Только не обещай пока ничего. Не давай ложной надежды. Как только у меня будет точный ответ, я с тобой сразу свяжусь.

‒ Спасибо, ‒ у меня замечательный отец. Вот бы все получилось. Очень хотелось мне помочь и Сергею Павловичу и Матрене. И тут я вспомнила, про еще одного человека. ‒ Папа, ты можешь, сделать еще одно доброе дело?

На меня вопросительно, посмотрели.

‒ Даша ‒ девушка, которая приехала на практику вместе со мной. Она, в одном из разговоров, упомянула о матери с раком мозга...

‒ Лисcа, ты же знаешь, я не могу помочь всем. Очень хочу, но ...‒ развел руками папа.

‒ Подожди, я не договорила. Эта Даша, она какая‒ то странная. Находясь рядом с ней, я чувствую неправильность, она либо врет мне, либо не договаривает. У тебя же много друзей, ты много кому помог. Можешь узнать, о ней больше информации. Просто я вообще не уверена, что вся ее история, правда.

‒ Кажется, ты заразилась от меня паранойей. ‒ Поставили мне диагноз. ‒ Но, чтобы тебе было спокойнее, постараюсь все узнать.

‒ Ты лучший.

‒ Это, то не многое, что я могу сделать для тебя на таком расстоянии.

‒ Пап, спасибо тебе еще раз, ‒ и тут мой взгляд упал на часы. ‒ Вот черт! Папа, я опаздываю на практику! Заболталась совсем.

Минутная стрелка показывала мне без десяти минут девять. А еще пол деревни надо пробежать до здания администрации. Опоздать в первый день ‒ это сильное начало!

‒ Ты маме передай, чтобы она не беспокоилась. Я честно буду паинькой! ‒ заверила я.

‒ Я все передам, будь осторожна. Не скучай там, ‒ сказал родитель и отключил связь.

Вот и поговорили. Отличный у меня папа. Понимающий. Жаль с мамой я таким способом не могу связаться. Надо, обязательно, найти в деревне обычный проводной телефон и позвонить ей.

С такими мыслями я вылетела из дома и бегом побежала к администрации. Если так задуматься, что может быть лучше, для завала практики, чем опоздание в первый же день. Но я успела. К ветхому дому я прибежала ровно в назначенное время. Вот это пунктуальность. Но, даже не смотря на это, на растрепанную и запыхавшуюся меня, взглянули не очень одобрительно.

Особенно укоризненный взгляд изобразила Даша.

Чтож, подруг из нас явно, с таким отношением, не выйдет. Максимум товарищи по несчастью, и то с огромной натяжкой.

‒ Здравствуйте, ‒ громко объявила я всем собравшимся. А именно председателю, участковому и практикантке‒ секретарю.

‒ И тебе не хворать, ‒ улыбаясь, ответил мне Терентьев. Участковый ограничился простым кивком.

Не многословный дядя, сразу видно. У Даши, внезапно случилась неожиданная смена настроения, теперь она мне приветливо улыбалась, источая яркие лучи добра и позитива. Она, вообще нормальная? Может у нее раздвоение личности или другое психическое заболевание. Пусть определиться, что ли с линией поведения. Ей богу, девушка‒ загадка. И как с ней себя вести, не понимаю. Вот пойдешь с такой в разведку, у нее случится очередная смена душевного равновесия, и что она мне, ножом в спину ударит?

Пока я разгадывала, тайну этой странной личности, участковый что‒ то начал нам объяснять. Причем, начало этого инструктажа, я успешно прохлопала ушами.

‒ Дом старый, поэтому электричеством пользоваться с осторожностью. Никаких чайников, обогревателей и прочих пожароопасных приборов. Не дай бог, что ‒ вспыхнет как спичка. Дом поделен на две части, в одной архив, во второй наши, с Сергеем Павловичем кабинеты, ‒ поучал участковый.

Это, конечно очень «полезная» информация, у меня же полные карманы кипятильников и сварочных аппаратов, и я испытываю срочную необходимость подключить их к розетке. А еще архив перепутать с кабинетами, они наверняка очень похожи. Полезное, хоть что‒ нибудь будет? Или мы еще пол дня на улице, инструктируясь, простоим? Здесь не жарко, между прочим.