Моисей Альперович – Испанская Америка в борьбе за независимость (страница 29)
Колониальные власти теперь не пользовались поддержкой ни высшего духовенства, ни помещиков, ни купечества, ни большей части бюрократического аппарата. В армии, большинство которой составляли мексиканцы, преобладали антииспанские настроения.
При таких условиях «армия трех гарантий», созданная для осуществления указанных трех принципов и других положений «плана Игуала», не встречая серьезного сопротивления, заняла в течение нескольких месяцев почти все крупные города. 27 сентября, после эвакуации испанского гарнизона, она вступила в Мехико. На следующий день в столице была образована правительственная хунта под председательством Итурбиде, которая опубликовала декларацию о независимости «Мексиканской империи» от Испании.
С освобождением от испанского господства резко обострились противоречия между различными классами и социальными прослойками мексиканского общества. Крестьянство, городская беднота, мелкая буржуазия, представители местных торгово-промышленных кругов, низшее духовенство, либеральная интеллигенция, стремившиеся к проведению социально-экономических преобразований и демократизации политического строя, выступали за установление республиканской формы правления. Реакционные круги, связанные с привилегированной верхушкой, добиваясь консервации существующих порядков, настаивали на сохранении монархии. Креольские помещики, высшее духовенство и военщина хотели возвести на престол Итурбиде, в руках которого после провозглашения независимости была фактически сосредоточена вся власть в стране. Хотя эти планы весьма импонировали Итурбиде, он не решался открыто домогаться короны и, выжидая удобного момента, исподволь готовил почву.
В конце 1821 — начале 1822 г. состоялись выборы в национальный конгресс. Он открылся 24 февраля — в годовщину опубликования «плана Игуала». Конгресс провозгласил создание конституционной монархии, именуемой «Мексиканской империей», и вручил исполнительную власть регентскому совету во главе с Итурбиде. Но вскоре разгорелась борьба между депутатами-республиканцами и сторонниками Итурбиде. В конгрессе и в печати усиливались республиканские настроения. Они проникали даже в армию.
Император Агустин I
В создавшейся обстановке реакционные элементы, отражавшие интересы феодально-клерикальной верхушки господствующих классов, опираясь на поддержку большей части армии, решили произвести государственный переворот и установить открытую военно-монархическую диктатуру.
19 мая 1822 г. войска столичного гарнизона подняли мятеж, инспирированный самой правящей кликой. Когда мятежники с криками «Да здравствует Агустин I, император Мексики!» подошли к дому Итурбиде, тот вышел на балкон и, лицемерно разыгрывая неудовольствие, всем своим видом показывая, будто поступает вопреки собственному желанию, заявил, что «подчиняется» воле народа. В то же утро было созвано чрезвычайное заседание конгресса. Здание, в котором оно происходило, окружала неистовствовавшая и выкрикивавшая угрозы толпа сторонников Итурбиде. Они заполнили также зал заседаний и галереи для публики. Несмотря на отсутствие кворума, под прямым давлением Итурбиде конгресс принял постановление о провозглашении его императором под именем Агустина I.
Однако империя Итурбиде оказалась недолговечной. Вскоре широкие слои мексиканского общества убедились в неспособности нового правительства разрешить насущные проблемы. Страна находилась в крайне тяжелом экономическом положении, а ее финансовое состояние стало катастрофическим. Пытаясь изыскать новые источники дохода, правительство прибегало к контрибуциям и принудительным займам, запретило вывоз капиталов, поощряло импорт иностранных товаров. Подобные меры вызывали недовольство торгово-промышленных кругов. Трудящиеся массы города и деревни, мелкобуржуазные слои, зарождавшаяся буржуазия, либеральная интеллигенция испытывали разочарование в связи с тем, что за год с лишним существования мексиканского государства не было проведено никаких серьезных социально-экономических преобразований.
В результате обострения внутренних противоречий социальная база империи все больше сужалась, а оппозиция ей с каждым месяцем усиливалась. Правительство попыталось приостановить рост республиканского движения посредством массовых репрессий, а 31 октября разогнало конгресс. Но это лишь обострило кризис.
Понимая, что падение империи неминуемо, и опасаясь, что ее крах может привести к победе республиканцев, монархисты решили перехватить у последних инициативу. 1 февраля 1823 г. группа монархически настроенных офицеров выступила против режима Итурбиде и потребовала созвать при поддержке и под охраной армии новый национальный конгресс. С этим требованием солидаризировались противники империи в различных районах страны.
На сторону восставших один за другим переходили гарнизоны городов. Многие солдаты и офицеры правительственных войск дезертировали, иногда целыми подразделениями. Оказавшись в полной изоляции, Итурбиде отрекся от престола.
В конце марта конгресс возобновил свою деятельность. Считая провозглашение Итурбиде императором незаконным, он аннулировал изданные им правительственные акты. Конгресс принял также решение о высылке Итурбиде за пределы Мексики.
7 ноября открылся учредительный конгресс, который 31 января 1824 г. одобрил Основной закон, подтверждавший, что «мексиканская нация навсегда свободна и независима от Испании или какой бы то ни было другой державы»{73}. В связи с подготовкой Итурбиде к восстановлению своей власти в Мексике декрет от 28 апреля объявлял бывшего императора врагом государства и вне закона, если он появится на территории страны.
Несмотря на это, Итурбиде в середине июля высадился на восточном побережье Мексики, но его немедленно арестовали и расстреляли.
После длительного обсуждения конгресс утвердил конституцию Мексиканских Соединенных Штатов, обнародованную 4 октября 1824 г. Она декларировала полную независимость Мексики, закрепила республиканский строй и федеративную систему, установленные еще Основным законом. Конституция предусматривала упразднение инквизиции, запрещение пыток и произвола в судопроизводстве, лишение церкви монополии в области народного образования, отмену подушной подати. Провозглашались равенство всех граждан перед законом, свобода печати, поощрение государством развития торговли, науки, просвещения{74}. Хотя конституция почти не затронула социально-экономических основ существовавшего в Мексике строя и намечала лишь некоторые политические преобразования, она несомненно оказала положительное влияние на дальнейшее развитие страны.
Соединенные провинции Центральной Америки
После установления независимости в ряде испанских колоний (в частности, в Мексике) вновь активизировалось освободительное движение в генерал-капитанстве Гватемала. Особенно широкий размах оно приобрело в западной провинции Чиапас, граничившей с мексиканской провинцией Оахака. Наиболее активно участвовали в этом движении индейцы.
В конце августа — начале сентября 1821 г. Чиапас провозгласил свою независимость от Испании и заявил о присоединении к Мексике. 15 сентября собрание представителей населения столицы генерал-капитанства приняло декларацию о независимости. Оно объявило также о предстоящем созыве конгресса всех провинций Центральной Америки, который должен решить, быть ли Гватемале суверенным государством или войти в состав Мексиканской империи{75}. По этому вопросу возникли серьезные разногласия.
Консервативные круги, представлявшие латифундистов, высшее духовенство и военно-бюрократическую верхушку, во главе с бывшим генерал-капитаном Габино Гаинсой, продолжавшим осуществлять высшую гражданскую и военную власть, добивались присоединения к Мексике.
Либерально настроенные прогрессивные силы под руководством Педро Молины выступали за полную государственную самостоятельность, принятие демократической конституции и проведение социально-экономических преобразований. Вторую точку зрения разделяли и патриоты Сальвадора, возглавлявшиеся священником Хосе Матиасом Дельгадо. Гондурас и Никарагуа разделились на два лагеря. Коста-Рика отказалась поддержать как ту, так и другую позицию и 29 октября провозгласила свою независимость.
В октябре 1821 г. Итурбиде дважды обращался к Гаинсе с предложением о присоединении управляемой им территории бывшего генерал-капитанства к Мексике. Однако гватемальское правительство не решилось тогда уступить этому требованию. 30 ноября Гаинса предписал провинциальным властям провести на местах публичное обсуждение и выявить «желание» народа, причем подчеркивал, что сам ой является сторонником присоединения к Мексике. К началу 1822 г. стало ясно, что большинство муниципалитетов занимает промексиканскую позицию. 5 января Гаинса официально объявил о присоединении Гватемалы к Мексиканской империи. Но уже через несколько дней «провинциальная депутация» Сальвадора во главе с Дельгадо заявила об отделении этой провинции от Гватемалы и предстоящем созыве конгресса, где будет рассмотрен вопрос о присоединении к Мексике.
Поскольку, несмотря на заявление Гаинсы, аннексионистские планы Итурбиде встретили в Центральной Америке сильное сопротивление, сюда под предлогом «зашиты» населения были направлены мексиканские войска под командованием личного друга Итурбиде полковника Филисолы. Они заняли Чиапас и в мае вступили в Гватемалу.