Мод Анкауа – Нулевой километр. Путь к счастью (страница 6)

– Посмотрите, наверху, на квадратном основании шпиля, на всех четырех сторонах изображены глаза Будды. Его взгляд обращен на все четыре стороны света, это символизирует присутствие Будды в жизни буддистов, они не должны забывать об этом. Верхняя часть храма в виде вытянутой пирамиды состоит из тринадцати ступеней. Вон там, видите? Они отделяют купол от вершины шпиля и обозначают путь к пробуждению, тринадцать стадий, ведущих к совершенному знанию: «Бодхи», или «Будда», отсюда и название «Боднатх».

Майя взяла меня за руку и потащила за собой в какое-то здание с узкой дверью.

– Идем выпьем имбирного чая.

Быстрым шагом мы поднялись по высоким ступеням, выложенным белой плиткой, на террасу, окруженную туями. За столиками сидели посетители самого разного вида. Тут недавно сделали ремонт, пахло краской. На левой стене между двумя большими бамбуками красовалась карта города Катманду и долины, в которой он лежал. Майя показала на ней, где мы сейчас находимся.

– Еще одно, последнее усилие! Пойдем, нам сюда!

И она устремилась к лестнице в правом углу террасы, а потом проворно поднялась по ней. Я с трудом шла наверх следом, и тут же меня пригвоздили к месту глаза Будды, которые были прямо передо мной. Меня поразила мудрость этого торжествующего взгляда. Белую поверхность храма заходящее солнце окрашивало оранжевыми отблесками. Я подошла к краю террасы и посмотрела вниз на крошечных паломников.

Майя пригласила меня сесть за столик, стоявший ближе всех к доброжелательным глазам колосса. К нам тут же подошла официантка и почтительно поклонилась. Майя попросила чай. Мне вдруг показалось, что мы попали в какое-то сказочное место, время на мгновение замерло.

– Ты давно здесь живешь?

– Вот уже двадцать лет. Я родилась в Индии, в Дармсале. Провела там детство, а потом вышла замуж. Салах купил дом в Катманду, поэтому мы туда переехали. Это позволило мне основать ассоциацию, которая помогает тибетским женщинам интегрироваться в общество.

Она замолчала, разглядывая ступу. Я проверила доступность мобильной сети. По-прежнему ничего. Я выключила и снова включила телефон, чтобы соединение восстановилось, но ничего не вышло.

– А как ты, Маэль?

– Я? У меня все хорошо…

– Я не из вежливости спрашиваю. Хочу знать, как ты на самом деле.

Я удивилась ее настойчивости. Не помню, когда еще так всерьез кто-то интересовался, как я, требуя от меня честного ответа. Ее забота обезоружила меня.

– У меня все хорошо, Майя. Только немного устала после долгой дороги.

– Я вижу, что тебя как-то очень беспокоит твой телефон.

– Не могу подключиться к сети с тех пор, как приехала. Телефон не работает.

– Тебе так необходимо, чтобы он сейчас работал?

– Да, конечно. Мне нужно знать, все ли в порядке на работе. Я много чего не успела доделать перед отъездом.

– Ты настолько незаменима? Коллеги не справятся, если тебя не будет несколько дней? В вашей компании так организована работа, что вся ответственность на твоих плечах?

Я не могла понять: это наивность или насмешка. Но по ее взгляду и интонации стало ясно, что верен, скорее всего, второй вариант, и мне это не понравилось.

– Я руковожу компанией, в которой работает триста человек. Через несколько дней должна состояться крупная сделка. Мое отсутствие – это проблема, на карту поставлено несколько миллионов евро.

– Зачем же тогда ты приехала?

– Ради Ромэн, конечно. Я должна отвезти ей эту несчастную рукопись, которую она так ждет. Бессмысленный вопрос!

Ее вопросы меня раздражали. Кто она такая, чтобы судить меня?

– Маэль, если твой разум и сердце не здесь, как же ты сумеешь мирно пережить свое путешествие? Найти в нем счастье?

– Майя, очнись! Я здесь не для того, чтобы развлекаться, я не в отпуске! Я приехала за вещью, которую подруга попросила меня привезти, а потом я вернусь во Францию к своей работе. Это не выбор, это обязанность, понимаешь?

– Хочешь сказать, что тебя заставили сюда приехать?

Я шумно вздохнула.

– Майя, ты ведь все понимаешь на самом деле. Ромэн серьезно больна, и если эта рукопись как-то ей поможет, я должна ее привезти.

– Да, конечно. Но раз ты уже здесь, раз ты сделала этот выбор, почему бы не пережить опыт радости? Зачем сопротивляться ему?

– О какой радости ты говоришь? Не хочу тебя обидеть, но оглянись вокруг! Здесь сплошная нищета, холод, грязь. Нет ни интернета, ни нормального электричества, перебои с водой. Когда я увидела номер в гостинице, мне показалось, что я перенеслась на несколько столетий назад!

– Ты права, условия жизни здесь совсем не такие, как на Западе, но, думаю, тебе не по себе не только от этого.

– Отчего же еще, интересно? Похоже, ты знаешь лучше.

– Ты заведомо отрицательно относишься ко всему, что здесь видишь.

Что ж, это правда. Подобное отношение действительно мешало мне проникнуться симпатией к этому месту, в котором Майя, похоже, видела что-то недоступное моему взору. Официантка поставила на стол два стакана с дымящимся напитком, потом поклонилась нам и исчезла.

– Сегодня суббота, твои сотрудники наверняка не настроены работать. Забудь про телефон, сегодня он тебе не пригодится. Лучше подставь лицо лучам заходящего солнца и наслаждайся теплом и покоем.

Я глотнула обжигающей жидкости из стакана. В одном Майя права: в парижский офис звонить уже поздно. Я подчинилась ее воле и отдалась теплу приятного вечера, убаюканная монотонными мантрами, доносившимися снизу из роящегося муравейника паломников. В нескольких метрах от нас на небольшом деревце, в тени которого прятался наш столик, в унисон с молитвами щебетали птицы.

Я глубоко вздохнула, и все мои мысли и тревоги вдруг улетучились. Мне стало хорошо. Через несколько минут я открыла глаза и замерла, потрясенная великолепным зрелищем: уже почти спрятавшийся за горизонт огненный шар солнца окрасил Боднатх в ярко-оранжевый. Я допивала чай и любовалась великолепным спектаклем солнечного света. Сладкий напиток заставил меня улыбнуться. Он преуспел в этом лучше, чем Майя, которая только что объяснила мне, что надо радоваться жизни. Необычное спокойствие вдруг снизошло на меня. Мы в молчании созерцали волшебство, творимое природой.

– Я хотела еще кое-что сказать перед тем, как ты встретишься с Шанти. Каждое мгновение, которое ты тратишь на то, чтобы быть несчастной, никогда не вернется к тебе. Ты знаешь, когда началась твоя жизнь, но тебе неизвестно, когда она закончится. Каждая секунда жизни – это подарок, с которым мы должны обращаться бережно. Счастье происходит в данное мгновение. Если ты считаешь, что тебе пришлось приехать сюда по обязанности, то следующие несколько часов тебе придется нелегко, потому что гора – это огромное зеркало. Она отражает то, что у тебя на душе… Отражает твое состояние. Ты можешь воспользоваться этой возможностью, отправиться в путешествие и не думать постоянно о том, кто ты такая, из какой ты культуры и какой комфорт тебе необходим. Если ты согласишься не судить, а наблюдать, смотреть свежим, не замутненным прошлым опытом взглядом, ты откроешь для себя новый удивительный мир, хоть он и будет совсем не похож на тот, к которому ты привыкла. И в этом мире ты сможешь обрести радость, о существовании которой ты раньше даже не подозревала. Цель состоит не в том, чтобы переехать в Непал, а в том, чтобы попробовать что-то новое. Ты готова принять вызов?

Я только что пережила редкий чувственный и зрительный опыт, и потому предложение Майи показалось мне интересным. Почему бы не попробовать? Это как увлекательная игра! Раз я уже здесь, стоит рискнуть.

– Я люблю, когда жизнь бросает мне вызов.

– Тогда тебе понравится путешествие.

– Что нужно сделать?

– Позабудь обо всем, что знаешь, и смотри вокруг глазами ребенка, глазами младенца, только что появившегося на свет, который удивляется каждой мелочи.

– Мне кажется, у меня получится.

Майя улыбнулась и взглянула на часы. Пора было возвращаться обратно, Шанти уже должен был прийти.

Когда мы обошли вокруг ступы, Майя предложила мне одно упражнение:

– Проверь свою способность чувствовать, прислушайся к звучанию жизни.

Она замолчала и огляделась. А я посмотрела на яркие цвета вокруг, почувствовала, как благовония проникают в мои ноздри, прислушалась к паломникам, каждый из которых бормотал свою молитву. Возникло какое-то новое необычное самоощущение. Я улыбнулась. Все вокруг будто обновилось. Обстановка и обычаи не имели ничего общего с привычной мне жизнью, поэтому легко было смотреть на это удивленными глазами ребенка. Я действительно видела все это в первый раз!

Майя с нежностью смотрела на меня. Смутившись, я поспешила задать ей вопрос:

– Они молятся всю ночь, в темноте, без освещения?

– Ну вот, ты опять пытаешься встроить происходящее в привычную картину мира. Забудь ты об этом освещении. Представь себе птицу, которая прилетает на новое место. Стала бы она интересоваться каким-то освещением? Нет, она живет моментом. Наблюдай, смотри на мир так, как смотрел бы на него человек, не знакомый ни с цивилизацией, ни с науками. Человек с девственным сознанием. Наблюдай, но не размышляй.

Я начала догадываться, что игра эта не так проста, как мне показалось вначале. Каждый раз, когда какая-то мысль приходила мне в голову, она несла на себе отпечаток знаний, культуры, сложившихся убеждений. Я подавила в себе несколько вопросов, потому что все они уводили меня от того момента, в котором я находилась, но я была не в силах отделить настоящее, происходившее со мной, от моих воспоминаний, от всей моей прошлой жизни.