Мо Цзе – Легенда о Юньси (страница 42)

Наконец Лун Фэйе пролетел сквозь рой и оставил их позади. Только тогда Хань Юньси смогла снять капюшон и глубоко вздохнуть.

Словно поняв, что чужестранцы невосприимчивы к их яду, насекомые в оцепенении остановились.

– Кажется, будто у комаров тоже есть общий разум, – натянуто пошутила Хань Юньси.

Великий князь ничего не ответил, вновь приобнял ее и полетел на черный шар. Резко остановившись перед ним, он впервые воспользовался спреем и распылил средство на тучу мелких насекомых. Постепенно рой стал исчезать. Несколько сотен комаров по-прежнему висели в воздухе, не решаясь приблизиться к людям. Увидев это, принцесса смело двинулась вперед, распыляя новые струи зелья. Как только стало ясно, что опасность миновала, она достала из медицинской сумки второй баллончик и, словно супергерой с пистолетами в обеих руках, принялась убивать комаров – попав в облако средства, они мгновенно падали на землю. Черный туман, как когда-то назвал его Лун Фэйе, в одно мгновение растаял как дым.

– Вот это да! Прямо-таки убойный прием в корейском стиле! – весело выпалила Хань Юньси.

Лун Фэйе наклонил голову и пристально уставился на нее сверху вниз, будто разглядывал добычу. От такого внимания стало не по себе, и улыбка моментально исчезла с лица. Да, улыбаться человеку, неспособному ответить тем же, – абсолютно пустая трата времени и сил. Великий князь, не сказав ни слова, отвел взгляд.

Теперь путь был свободен. Когда туман рассеялся, а насекомые больше не представляли угрозы, всю пропасть, каждый камень в ней можно было окинуть взором. В этом безжизненном месте не росло ничего. Единственным вариантом, где мог прятаться шпион Северного Ли, оказалась низина ущелья.

Лун Фэйе вновь крепко обнял Хань Юньси и устремился туда. Приземлившись на возвышенности и продолжая придерживать супругу, он осматривал окрестности глубокими холодными глазами. Вдруг, словно из ниоткуда, на камне напротив возникла человеческая фигура – это и был шпион государства Северного Ли, за которым так долго охотился великий князь. Однако, к удивлению принцессы, им оказался не мужчина, а хрупкая девушка, мягкими изгибами тела и тонкими чертами лица способная соблазнить любого. При встрече с такой не только у мужчин, но даже у женщин возникло бы нестерпимое желание защитить ее любой ценой.

– Ваше высочество, я ошиблась, но этого никогда не повторится. Прошу, простите! Пощадите меня! Я сделаю что угодно! – взмолилась незнакомка.

Жаль, что она говорила с самым неприступным человеком на свете. Лун Фэйе молча отпустил Хань Юньси и достал из ножен меч.

Видя, что молить бесполезно, шпионка скинула маску дружелюбия, бросила злобный взгляд на спутницу врага и тоже выхватила оружие, готовясь защищаться.

Хань Юньси прошептала:

– Будь осторожен, ее клинок отравлен.

Лун Фэйе знал об этом не понаслышке. Никогда больше он не попадется в одну и ту же ловушку. Если бы тогда он предвидел, что шпионка может использовать яд, не был бы так беспечен.

– Я удивлена, что ты смог спуститься сюда. Но обещаю, живым уже не выберешься!

Вопреки ожиданиям, она не спешила нападать и, развернувшись, бросилась прочь. Но реакция великого князя была молниеносной. Он не дал шпионке уйти далеко и в одно мгновение оказался прямо перед ней. Ему не требовались слова, чтобы решить все здесь и сейчас. Лун Фэйе занес меч, но, прежде чем успел обрушить его на голову женщины, она увернулась и издала пронзительный свист, разнесшийся эхом по всей долине.

Глава 48

Все потому, что она хочет стать твоей женой

На зов откликнулся рой ядовитых комаров. Удивительно! Шпионка действительно могла управлять этими опасными созданиями! Неудивительно, что ей удалось ранить Лун Фэйе. Ее никак нельзя было назвать заурядной!

Женщина вновь свистнула, и черный туман двинулся на Хань Юньси.

– Если не хочешь, чтобы она умерла, тебе лучше сохранить мне жизнь! – пригрозила шпионка, отступая.

Живя в государстве Тяньнин под прикрытием, она никогда не видела, чтобы великий князь прикасался к женщине – не говоря уже о том, чтобы обнимать ее, – а его разговоры с ними ограничивались скупыми фразами. Сегодня же он прилетел сюда с этой незнакомкой и не выпускал ее из объятий. Даже на грани жизни и смерти шпионка не переставала задаваться одним и тем же вопросом: кто эта девушка? Какое место она занимала в сердце великого князя Цинь?

Видя, что тьма вот-вот поглотит ее, Хань Юньси взглянула на Лун Фэйе и крикнула:

– Мне страшно! Ваше высочество, спасите! Скорее! Молю!

Она продолжала звать его и размахивать руками. Сперва озадаченный внезапной паникой принцессы, великий князь наконец понял ее план. Он и сам не заметил, как уголки его губ чуть дрогнули в легкой усмешке.

– Думаю, за всю жизнь ты повидал немало боев. И твоих людей часто отравляли прямо у тебя на глазах, не так ли?

– Ваше высочество, она угрожает вам! Как страшно!

В крупном сражении Лун Фэйе всегда бился быстро и убивал врагов без милосердия, но сейчас, столкнувшись со шпионкой из Северного Ли, был удивительно терпелив. Чем и ослабил ее бдительность.

– Если я умру, умрет и она. Ты никогда не сможешь покинуть это место, – уверенная в своем превосходстве, заявила женщина.

Но она просчиталась. Терпение никогда не было сильной стороной великого князя Цинь. На его красивом лице появилось выражение недовольства, и длинный меч в одно мгновение оказался у шеи шпионки.

– Ты! Хорошо все обдумал?

– Я позволю тебе умереть… с широко открытыми глазами! – наконец произнес Лун Фэйе холодно и безжалостно.

Как только эти слова слетели с его губ, Хань Юньси замолчала, остановилась и лукаво улыбнулась.

– Вы… Что вы…

Жаль, шпионка раскусила обман слишком поздно. Принцесса достала из сумки два баллончика и, как в сказке, грациозно закружилась на месте, распыляя вокруг себя зелье. Черный шар будто сжался и стал медленно таять в воздухе. Женщина с изумлением смотрела на нее, не в силах понять, что за предмет она держит. Не обращая внимание на меч, приставленный к горлу, она все с большим упорством призывала насекомых повиноваться, но они не желали умирать. Свистнув еще несколько раз, шпионка в конце концов сдалась, с недоверием посмотрела на Хань Юньси и спросила:

– Что это?

Она слегка сощурилась и невинно улыбнулась.

– Великий князь сказал, ты должна умереть с открытыми глазами. Извини, я не могу раскрыть тебе эту тайну.

Лун Фэйе рассек шпионке горло, и она камнем повалилась на землю, глядя перед собой. Ей не суждено было узнать секрет старшей дочери из семьи Хань.

Присев на корточки и внимательно осмотрев меч, принцесса подтвердила догадку: яд на нем соответствовал тому, которым был отравлен великий князь. Видимо, поэтому он просил приготовить противоядие. Если все шпионы из Северного Ли владели мастерством отравления, то они действительно были непростыми противниками.

– Как ты поняла, что ее меч отравлен? – озадаченно спросил Лун Фэйе.

Долина кишела ядовитыми комарами, которые по-особому пахли. Невозможно представить, чтобы Хань Юньси смогла определить вид токсина с помощью обоняния. Однако, вопреки его ожиданиям, она поднялась и, небрежно отряхнув платье, непринужденно ответила:

– По запаху.

Великий князь был бы настоящим дураком, если бы поверил в ее отговорки. Он молча посмотрел на нее тяжелым испытующим взглядом, но принцесса не растерялась и, беспомощно пожав плечами, добавила:

– С самого детства я тонко чувствовала токсины. Жаль, отец и другие родственники не знали об этом. О, как было бы здорово, если бы матушка еще была жива.

Хань Юньси почувствовала неловкость от своих же слов. Возможно, это была непроизвольная реакция тела на упоминание о семье или потаенные желания о настоящей материнской любви, которой принцессе не удалось испытать. В прошлой жизни она ничего не знала о женщине, родившей ее на свет. Теперь, хотя матери нет в живых, она понимала, каким та была человеком. Время от времени молва доносила легенды о госпоже Тяньсинь. И одно это согревало Хань Юньси душу.

Заметив перемену в настроении принцессы, ее грустный, задумчивый взгляд, Лун Фэйе оставил расспросы и больше не возвращался к теме прошлого.

Солнце стояло уже высоко, когда чета вернулась в столицу. И первое, что сделал этот невыносимый парень по прибытии во дворец, – бросил Хань Юньси мешочек с серебром. Принцесса уже и забыла об их уговоре, однако, нисколько не смутившись, достала ровно триста лянов и довольно произнесла:

– Спасибочки! Точно, как в аптеке!

В привычной манере, не сказав ни слова, великий князь развернулся и пошел к главным воротам. Пока Хань Юньси следила за его удаляющуейся спиной, ее терзал единственный вопрос: ждать ли супруга сегодня? Или он снова пропадет неизвестно насколько?

Только бессознательно оправив плащ, она поняла, что не вернула его законному владельцу. Хань Юньси хотела побежать следом, окликнуть его, но, решив, что после сегодняшних приключений вещь было бы неплохо постирать и отдать чистой, остановилась и неспеша возвратилась в свой терем Свободных облаков.

Заприметив госпожу в мужском плаще, Чэньсян тотчас подбежала к ней и с волнением спросила:

– Принцесса, чей это плащ? Где вы были? Я нигде не могла вас найти в такую рань.

– Мне хотелось немного пройтись, – в хорошем настроении отмахнулась Хань Юньси.