Мию Логинова – Ведьмина Ласка (страница 17)

— У нас папа лучше любого УЗИ сработал.

Здорово, когда вот такая семья…

— Вася, — позвала Маша, передавая тарелку с румяными и очень аппетитными на вид пирожками, — поставь Яну поближе, пожалуйста, а вот эту, Тимофею.

— Я столько не съем, — сразу же отнекивается Лиходеев.

— Да ла-адно тебе, — отмахнулась Машенька, — я видела как в Костях солянку уплетал!

— Так то ж солянка. И в Костях…

— Моя точно не хуже будет! — подмигнула она ошалелому Тиму. — Приезжайте со Светославом в гости, в следующую субботу. У нас будет праздник вечером. И вы тоже, вдвоем, — развернулась к нам с Яном. Приедете?

— Обязательно, — под мой неуверенный кивок, ответил Ян.

— Отлично. Вы прям утром только. Пойдем в лес по грибы, правда их возле поселения чего-то нет. Как будто скосил кто. Но девки наши меня водят, там где растут, белые, вот такие, — Маша ладонями изобразила огромный гриб. — Здоровенные. Из одного можно и жаркое, и супчик приготовить.

— Любите готовить?

— Не особо, — призналась она. — Да и стряпня моя так себе, я знаю. Думаешь чего этот прохвост морщится? — кивнула на встрепенувшегося Тима.

— А я чо? — он схватил пирожок, демонстративно откусывая половину, и уже с набитым ртом, пробормотал, — я ничо. Жую… только это… мне б запить, больно уж… суховато.

— Так с вишнями же, — прищурившись, ответила Маша.

— Так это… я запивать привык.

В то же время к своей порции потянулся Ян. Прикусив щеку с внутренней стороны, уставилась на то, как он, вторая Лиходееву, куснул румяный бок и шустро жуя, сперва даже улыбнулся. Затем замер, посмотрел сперва на нее, затем на меня. Я едва заметно качнула головой.

— Ну? — с азартом в глазах спросила Машенька. — Как?

— Ф… — мои округлившиеся, в два блюдца, глаза становились все больше и больше аккурат как наворачивающиеся на глаза Яна слезы. — Фукуфно, как в детстфе, — пробормотал он, с трудом проглатывая. Прослезился аж, как вспомнил, — он закашлялся, а я уж не стала ждать, пока и этот представитель попросит воды.

— Так и знала! — в сердцах воскликнула Маша, бросая полотенце на лавку. — Опять напортачила! И ведь молчат, ироды! Представляешь? Что не приготовлю, как в том анекдоте: “Ёжики давились и плакали, но продолжали жрать кактус!”

— Совсем всё плохо что ли… — потянулась к пирожку, под синхронный рывок Яна и Тимофея.

— Не надо! — еще и заорали в один голос, прям дует!

— Я только попробую… — отломив кусочек, смело начала жевать, чтобы тут же выплюнуть кусок теста в ладошку.

— Так и знала, — совсем расстроившись, Машенька присела на лавку.

— Что ж… — как можно настолько испортить тесто я не знаю, конечно. Разве что положить и соль, и сахар, и соду разом… пачками. — Хочешь, могу попробовать научить? — предложение, спонтанное, но видимо крайне необходимое блогерше, парнями воспринялось по-разному. Ян фыркнул и покачал головой, словно дело это безнадежное, Тим же просто опустил голову на руки и начал то ли смеяться, то ли плакать.

— Да кто только не пробовал… — горестно вздохнула Машенька.

— А у меня выйдет! Тебя как ребенка учить надо, а не как взрослую, — авторитетно заявила я. — Кто ж ребенка сразу пироги печь учит.

— Ну-у, бутерброды делать и яичницу я умею…

— А картошку жаришь без пригорелого? Салат с заправкой летней?

— Да какая заправка, — вновь наморщила аккуратный носик Маша, — масло, соль, перец.

— Волшебная, подмигнула я. Все так — масло, соль и перец, но есть еще два секретных дополнения от которых аромат будет арче, а вкус сочнее.

— И что же это?

— А вот не скажу. Вместе сделаем и сама поймешь.

Тим

— Ну что, друг дорогой, — демонстративно хлопнул ладонью о колено, — пока девочки салаты готовят, да другие методы истязаний придумывают, предлагаю по хозяйству тоже пройтись, ты как на это смотришь?

— Уж на всех не наговаривай, — набычился мой новый знакомец. — Васька вкусно готовит, ты ж сам пробовал. А по хозяйству это запросто!

— Это да-а, это верно… вкусно-о, — протянул задумчиво, всматриваясь в незнакомое лицо.

То, что Изба Яги его за своего приняла, о многом говорило: передо мною сидел представитель навьего, но вот кто, понять не могу. У нас как-то не принято расспрашивать, кто ты, что ты… это как в исподнем копаться, честное слово! Вот кто бы меня в гневе увидел — Лихом Одноглазым, точно бы сон потерял на неделю, так и этот… хлыщ, вполне может оказаться не столь симпатичным даже по навьим меркам. Вот Киру свезло, полыхать алым взглядом, Светке тоже… когда летал, там мощь и красота-а была, а я… эх…

— Чего приуныл?

Видимо, последнее я выдал вслух.

— Да вот, — покрутил головой, раздумывая чего бы соврать. — О! Смотри! Сколько дров не рубленных скопилось!

— Угу, — Ян поморщился брезгливо, — хозяин здесь так себе, скажем честно.

— Это ты про Кира? — чуть не заржал в голос, представляя друга в брендовых шмотках та с магическими котлами на запястье, самозабвенно колющего дрова.

— Да понял уже — друган твой, но это не меняет того, что хозяин из него паршивый.

Вот тут уж я не сдержался. Смех вылился из меня раскатистым басом.

— Кир? Не хозяин? Да он всё Навье держит, смолоду причём. Пока ты штаны протирал на крылечках да по сеновалам баб портил, он Цепи принял!

— Цепи? — пробормотал странный навий.

— Ты откуда вынырнул, Ян? — все таки очень странный гость. — Неужто Кощей тебе недостаточно хозяин?

Пивший в это время компот Ян подавился, да так сильно, что пришлось с силой "похлопать" по спине. Тут же на звук, из окна кухни, выглянула обеспокоенная Вася.

— У вас всё хорошо? — перевела пытливый взгляд с меня на этого чудака. И я уж было хотел отмахнуться, но заметил: тепло и лучики эти, бабские, что в глазах пляшут чертяками. Ах вот оно что…

— Всё нормально, — буркнул парень, — подавился просто.

— Мы скоро закончим, — кивнула Василиса, — у Маши хорошо получается!

— Да ладно-о? — протянули мы одновременно.

— У вас прям синхронизация, — рассмеялась она. — Уже не первый раз подмечаю! А о Маше… да! Сама в шоке! Получается! Мы сделали салат и сейчас быстро приготовим отбивные, а к ним я уж и гречу поставила.

— Чудеса, — пробормотал Ян. — Спасительница прям.

— Кто? — переспросил, провожая исчезнувшую макушку Васи в окошке.

— Говорю, спасительница, Васька. Меня спасла от смерти. Марью, вот, готовить научила. Как эти, — он почесал затылок, явно силясь вспомнить, но видимо, так у него ничего и не вышло, — ну те, что исцеляют, делают добрые дела и исполняют желания?

— … странный навий ты однако. Изба тебя приняла, а говоришь и думаешь как не наш. Тут уж через одного тебе желание исполнят, чтоб ты знал. Только ценник… кто заломит до чертогов, а кто в залог возьмёт, да потом в сто раз больше стребует. Мало кто помогает бескорыстно. Пресловутые воины света, воины добра…

— Так в каждом и тьма, и свет есть, — задумчиво пробубнил мой новый знакомец. — Нельзя вот так мерить, кому чёрное, а кому только белое.

— Да ты философ!

— Нет, я профессию так и не успел освоить. — Задумчиво пробормотал Ян, явно думая о своём. — Всё мечтал в город, да вот, застрял здесь.

— Все мы здесь застряли, проклятущие, — ответил в тон, возвращаясь к мыслям о Милославе и нашем проклятье.

— Точно! Вот я тоже.

— Проклят что ль? — оживился я. Нас, таких “счастливчиков” умудрившихся разгневать богов — много. А что? Молодые, дурные, неопытные.

— Угу, то ли пятнадцать, то ли двадцать лет уж как, — неожиданно признался Ян.

— Ничего себе! — взглянул по-новому на парня. Молодой, здоровый мужик. И вот прям подмывает же спросить, что за проклятье на нём висит. Про условия снятия вряд ли он знает, а то уж давно бы сделал. Я вот своего не знаю. Знаю из-за кого, — дуры этой хвостатой попал, а как снять — не ведаю. И тоже ведь не первый год маюсь!

— Так что там дрова? — вставая с лавки, поторопил Ян. — Идём колоть? На спор?