Мию Логинова – Академия Малхэм Мур. Мой сводный враг (страница 5)

“Ага. Вот прям сейчас растекусь лужицей и поверю во все басни сразу”.

Не верю я в белых и пушистых котиков в их зубастом мире. Не верю. И пусть этот Макс невообразимо мил, но… нет.

Мы проходим ворота академии, и у меня перехватывает дыхание, несмотря на то, что я видела фото Малхэм Мура. Когда я гуглила своё новое семейство, конечно же, наткнулась и на информацию о Муре. Журнал “Форбс” постоянно работает над созданием различных рейтингов и списков. Не так давно был создан рейтинг самых лучших и востребованных высших учебных заведений в мире. И эта академия занимает почётное место в десятке, рядом с самыми известными вузами-тяжеловесами Англии.

Войдя в ворота, мы медленно идём по аккуратной мощёной аллее. Мой новый знакомый по ходу пути рассказывает о том, что где находится и куда мне стоит пойти первым делом.

Я внимательно слушаю и не сразу замечаю, как дорогу нам перекрывает… фея. Голубые глаза, аккуратный носик, пухлые, едва подведённые блеском губы и блондинистые густые, длинные волосы, что уложены в две французские косы, мягко обрамляющие кукольное личико. Такая же, как и на мне, форма смотрится на ней очень сексуально! Но стоит этой “фее” открыть рот, как я понимаю, что весь её образ – броня, с маскировочными качествами наивысшего уровня. Фея – здороваясь, Макс назвал её Мирандой – в одно мгновение превращается в очковую кобру. А когда к нашей компании присоединяется Эйдан, подкидывая в общий, напряжённый градус беседы дров, я и вовсе глохну от их слов. Они все неприятно цепляют. Пока парни перебрасываются понятными только им подколками, Миранда надменно меня оглядывает.

“Да, красотка, тебе не о чем беспокоиться, – расцениваю её кривую улыбку по-своему, – на твоём фоне я выгляжу той самой неудавшейся косплеершей”.

Интуиция вопит, что отчего-то я ей не понравилась. Вот прям сразу.

Возможно, у неё есть виды на Макса, и наше появление вдвоём разозлило. Хотя нет, сводный говорит о какой-то Эбби.

– Слышал, в вашем доме тоже наконец сняли траурные накидки. Газеты трезвонят о радостных новостях. – Последняя реплика Макса звучит одновременно с грохочущим в небе громом.

Воцаряется тишина, и я кожей чувствую, что придушить меня хотят в этой компании уже двое – “очковая” и сводный.

И я, не придумав ничего другого, совершенно некультурно обрываю беседу:

– Люка! – Хлопаю ресницами, протягивая змее руку. Сама же попросила представиться. – Приятно познакомиться. А вы? – Перевожу взгляд с неё на сводного, ожидая ответ. Ну а как мне ещё дать понять этому идиоту, что я не проболталась?

6.1

Эйдан отводит взгляд, словно не услышал вопрос.

– А его здесь знают все, – щебечет птичкой змея Миранда. – Ты не просто новенькая, из другой страны приехала, да?

Неопределённо пожимаю плечами.

– По правую руку от тебя – Максимилиан Латимер, представитель древнейшего дворянского рода, наследник не только титула барона, но и половины земель Англии, учитывая равную долю этой академии, а это, – она собственническим жестом обхватывает ладонь Эйдана и под мой, совершенно неконтролируемый, удивлённый взгляд переплетает их пальцы, – Эйдан Мортимер, второй “принц” Малхэм Мура и мой жених. Синие кристаллы, естественно.

– Рад слышать, что даже твоя невеста, Дан, считает тебя вторым, – тут же подхватывает Макс, мягко посмеиваясь.

– Блеск… – тяну я, не придумав ничего более умного. – Не буду теперь мыть руку. – Развернувшись к Максу, мягко улыбаюсь, хотя даётся мне эта улыбка с большим трудом. – Это надо же, половина Англии в этих руках… Что ж, пожалуй, прислушаюсь вашего совета, “Ваше Высочество”, пойду заселяться в общежитие.

Макс нехотя отпускает мою руку, с лёгким прищуром наблюдая за сменой эмоций на моём лице.

– Было… приятно познакомиться. – Бросаю мимолётный взгляд на парочку.

Обхожу их по дуге, направляясь в ту сторону, куда указал Макс.

– Это кто? – слышу недовольный голос Миранды. Она и не думает сбавить обороты, говорить тише.

– Очевидно, что никто. – Голос сводного летит в спину стрелой. – Свежачок для “охотников” разве что.

– Н-да? – тянет змея с подозрением в голосе.

Щёки опаляет краской стыда, спиной чувствую оценивающие взгляды странной троицы. Ускоряю шаг, лишь бы не слышать, как они меня без стеснения обсуждают.

Зайдя за поворот какого-то здания, воровато оглядываюсь, чтобы удостовериться, что “высочества” меня уже не видят.

– Уф, – перевожу облегчённо дух, но тут же подскакиваю на месте испуганной кошкой от звучащего над головой:

– Заблудилась?

– Зачем же так подкрадываться? – отвечаю с обидой в голосе, держась за бьющееся испуганной птичкой сердце.

– Ничего подобного, – отвечает девушка, показательно вертит в руках кристаллический смарт, такой же, как теперь и у меня, – отвечала на сообщение. Ты чуть на меня не налетела.

– Прощу прощения, – бормочу, вновь выглядывая за угол.

– Так что, заблудилась? Новенькая, что ли?

– На оба вопроса – да.

Она понятливо хмыкает, также повторяет за мной, с любопытством выглянув из-за здания. Мягкий взгляд вмиг наполняется сталью, а лоб прорезают неожиданно глубокие складки.

– Так что, занятия совсем скоро, тебе помочь?

– Буду признательна.

– Тогда пойдём, – она спешит, и мне отчего-то кажется, что совершенно не по причине скорых лекций, – тебе куда?

– В общежитие. Корпус три “б”.

– Проведу тайными тропами. Так будет быстрее и безопаснее. – Мы спешно покидаем мощёную дорожку, сворачивая на менее приметную.

Звучит о-очень странно.

– Кстати, я Бригитта Мелори, – представляется она, – второй курс, факультет международной журналистики. Знакомые зовут меня Бри. Я не против. А ты?

– Люка Гревье, первый курс, международно-правовой факультет, приятно познакомиться.

– Взаимно. – Мы обмениваемся смущёнными улыбками.

– Расскажи об академии?

– Оу, пожалуй, я не особо хороша в качестве гида. – Бри качает головой.

– Расскажи как можешь. Представь, что я совершенно не знающий, что здесь и как, человек. И, на самом деле, это совершенно недалеко от истины.

– Что ж… – Она машет рукой на следующий рукав аллеи, ещё менее приметный, чем первый. – Тогда мне тебя искренне жаль.

– Почему?

– Всё, что тебе стоит услышать и узнать, – Змеи и Дикие. Нет ничего более важного, поверь.

– Это ещё что?

– Да, – вздыхает она, – не будет рассказа о красотах Малхэм Мура, о её сети библиотек, хранящих тысячи различных произведений, в том числе рукописных, и не о показном студенческом досуге, том, что для прессы и перечислено во всех глянцевых буклетах. И даже не о парках, реках, музеях, грантах и клубных домах. Поверь, всё, что тебе стоит запомнить, – два противоборствующих, древних, жестоких, абсолютно мерзких клуба, что поделили между собой академию поровну: Змеи и Дикие. Ты либо с кем-то из них, автоматически подпадаешь под протекцию, получаешь защиту, привилегии, допуски на вечеринки, помощь старших, даже деньги из фонда, либо ты… отброс, и над тобой издеваются все кому не лень, с двух сторон причём.

– Это… ужасно! Почему руководство академии ничего с этим не сделает?

Бригитта невесело улыбается.

– Потому что сами соучредители Малхэм Мура их же и создали. Змеи подвластны Латимерам, а Дикие – Мортимерам. И да, я отброс, – звучит как контрольный в голову.

6.2

– Змеи подвластны Латимерам, а Дикие – Мортимерам. И да, я отброс, – звучит как контрольный в голову.

Я от этого заявления врастаю в землю, удивлённо на неё пялясь.

– Как это? Что за идиотское название? И самое странное, почему ты так просто об этом говоришь?!

Бри хохочет, тянет меня за руку, заставляя тем самым идти дальше.

– Если тебя освободят от первых двух лекций, это не значит, что и мне повезёт. Пойдём. В отбросы зачисляют всех, кто не проходит “Охоту” – считай, такой себе отбор. Он касается всех перваков, Люка, абсолютно всех. Нельзя от него отказаться.

– А то что? – возмущаюсь я. – Силком приведут?

– Именно. Или придумают намного сложнее испытания, чем будут для всех.

Мы проходим совершенно очаровательный скверик, с потрясающими локациями для обедов или чтения. Кусты оформлены садовником в невообразимые геометрические фигуры, и при взгляде на некоторые из них, создаётся та самая иллюзия кристаллической сети – самой желанной силы, о которой мечтают все.

В другой раз я бы с удовольствием остановилась понаблюдать за плавностью линий, как мастер оформил, казалось бы, совершенно негибкие, своенравные ветви в податливую лозу, изгибающуюся по его задумке и желанию. Чуть дальше, за зелёной поляной располагается совершенно киношный, как будто материализовавшийся из фэнтези…