Мия Нуар – Хозяйка усадьбы в долине драконов (страница 53)

— В моём доме такой тон непозволителен! Собирай вещи и живо отсюда!

— А если все начнут становиться драконами? Не останется людей… Будет хаос, — Аделина Адосская растирала виски. — Это должно остаться тайной. Как и было много лет.

— Вы пожалеете много раз, что… не услышали меня, — пробурчал барон Гепарди, прежде чем решительным шагом покинул столовую и направился к выходу.

— Что это с ним? — озадаченно спросил Мариз.

— Когда непомерные желания застилают глаза и всё вокруг. Но, сколько я знаю Фредерика, я никогда не видела его таким.

— Кому-то очень хочется стать драконом, — усмехнулся Мариз.

— Это только догадки, Мариз… Чтобы окончательно убедиться в этом, нужно провести множество экспериментов, рассмотреть образцы тканей. Вообще, кажется, Вишер писал об опасности, что несёт это растение. Я его даже руками не трогала, — Аделина бросила взгляд на корзину, которая стояла посреди столовой.

— Дорогая, прошу тебя. Если оно так опасно, убери его из нашего дома.

— Если тебе будет так спокойнее, я его уберу, — успокоила мужа Адель.

Гепарди появился на пороге баронов на следующее утро. Осторожно потоптавшись на пороге, Фредерик виновато улыбнулся.

— Мариз, Адель, прошу прощения за своё неразумное поведение, — Фредерик прокашлялся. — Не знаю, что нашло на меня… — Гепарди протянул своей двоюродной сестре пакет со сладостями из лавки десертов.

Через день после визита барона Гепарди Мариз слёг с болезнью. Аделина не отходила от кровати своего мужа, а через четыре дня, совсем обессиленная, слегла сама.

— Пить, — прервав повествование, Эхнарь Ливара попросила воды. Я поднесла стакан, и женщина жадно припала к воде.

— Эхнарь, откуда у тебя на шее шрам? — спрашиваю настойчивым голосом, сжимая пустой стакан в руках.

Барон Гепарди уже после похорон баронессы Адосской уволил всех слуг, оставив в доме только кухарку, а во дворе — садовника Зейна Викендоста.

Фредерик расположился в одной из комнат дома баронов и с усердием пересматривал книги баронессы, которые подносил помощник барона. Затем Роланд и Фредерик переместились в помещение, где хранились засушенные травы. Эхнарь догадывалась, что искали мужчины. Женщина очень боялась и самого барона, а больше — его помощника, у которого в глазах не было ничего, кроме холодной злости. И только из-за маленькой баронессы Эхнарь Ливара не могла покинуть усадьбу и оставить Эльнару с двумя взрослыми мужчинами.

Эхнарь вздрагивала и обнимала девочку, когда барон, не найдя то, что он так упорно искал, начал громить кабинет Аделины.

— Ты! — Гепарди, преодолев детскую комнату, ухватил кухарку за ворот. — Ты же была с ней! Вы вернулись вместе! — глаза мужчины сузились.

— Откуда, господин? — со страхом произнесла кухарка.

— Где она? — барон с силой тряхнул кухарку за ворот, так что он разорвался.

— Я не понимаю вас, мистер Гепарди.

— Сейчас всё поймешь, — барон выволок Эхнарь на улицу и украдкой огляделся. Дотащив женщину до кареты, с силой затолкал внутрь.

Подозвав Роланда жестом, процедил сквозь зубы:

— Немедленно к горе! — дал указание севшим голосом.

Эхнарь всё время озиралась по сторонам, понимая, что её вряд ли оставят живой.

— Это здесь, — испуганно проблеяла Эхнарь, уставившись невидящим взглядом на валун конусной формы у входа в пещеру.

— Точно? — рявкнул барон.

Женщина утвердительно махнула головой.

Барон быстро скрылся в пещере, но через время вышел со сверкающим и гневным взглядом.

— Неужели ты думаешь, что меня можно обмануть? — тон у барона был зловещий, а лицо…

Всю свою злость барон выплеснул на Эхнарь Ливари. Когда женщина замолчала, вытерев руки об лацканы камзола, тыльной стороной ладони прочертил по горлу.

— Чтобы наверняка, — обратился к Роланду, а эхо подхватило фразу и разнесло вдоль склонов драконьей горы.

Глава 66

Глава 66

Я осторожно подтянула одеяло до подбородка женщины. Эхнарь спала глубоким сном, а я… Вряд ли смогу теперь уснуть.

Голова пылала от ярости. Теперь понятны причины, по которым барон Гепарди расправился с моими родителями. Большое и яростное желание Гепарди обладать магическим растением. Но вот только дает ли чезер возможность стать драконом?

Что дальше? Поднять повторное расследование?

В суде слова пожилой женщины вряд ли можно противопоставить словам королевского травника. Выход я видела только один — обратиться к Дариану и показать письмо Аделины. Но и в письме мать не назвала конкретного имени. Фразы были общими…

Почему?

Даже к разгадкам вела тонкими намеками в виде записей на полях своей большой книги рецептов.

В самом сердце долины — гора, в которой зародился черный зверь…

Гора Чес была местом, где растет растение. Как ни удивительно, а долина Сэлл — местом, где зародились эти магические существа.

Мне не мешало бы самой прогуляться по окрестностям в поисках заветной пещеры с голубым озером и черным растением округлой формы. И очень хотелось взять на прогулку с собой Эхнарь, но сможет ли женщина осилить путь к той пещере, где все началось?

Тучи закрыли Юданию, и в доме сразу же стало темно. Я щелкнула хамматом и зажгла свечи в гостиной и столовой. На кухне Дария готовила ужин, тихонько помешивая в котелке овощи с мелко нарезанным сушеным мясом. А на сковороде поджаривалась рыба, которую Диз приносил, выловив ее в пруду недалеко от усадьбы.

— Эхнарь проспит до утра, — произнесла уставшим голосом. — Накрывай на стол, — дала указание Дарии.

— Она что-то рассказала вам? — спросила осторожно горничная, покосившись на моё лицо.

— Рассказала… — тяжело выдохнула. — Но у меня нет прямых доказательств, что барон Гепарди отравил моих родителей. — Дело всё в том, что цукаты, которые он принес в последнюю встречу с моими родителями, он тоже ел.

— А если откусил всего лишь маленький кусочек? — предположила Дария.

Я пожала плечами.

— Эхнарь сама лично подавала чай в гостиную для родителей и Фредерика. И подтвердила, что цукаты пробовали все, в том числе Гепарди, — я спрятала лицо в ладонях.

У меня и ответы уже есть, а доказательств нет.

— Вы будете поднимать спор по делу ваших родителей? — робко спросила Дария.

— Как ты думаешь, кому поверят в суде? Мне с воспоминаниями пожилой кухарки, потихоньку выживающей из ума, или королевскому травнику?

Дария поставила передо мной тарелку с наваристым овощным супом и нарезала хлеб, который Эхнарь испекла ещё с утра.

— А шрам, который на шее? — Дария провела указательным пальцем по шее с той стороны, где у кухарки остался длинный грубый след, как оказалось, от лезвия ножа.

— Барон Гепарди знал, с кем моя мать попала в драконью пещеру. Он вывез Эхнарь в горы и там избил её, когда в пещере не обнаружил чезер. А потом… — мой голос осёкся, — помощник барона перерезал ей горло.

— Но она же… жива, — дрожащим голосом произнесла горничная.

— Кому не суждено умереть, тот… не умрёт, Дария. Даже если кому-то очень хочется этого. Боги Драконьей горы сохранили жизнь Эхнарь и хранили ещё одиннадцать лет скитаний по долине.

Я отодвинула тарелку. Еда была аппетитной и вкусной, но едва я смогла проглотить пару ложек. Внутри разъедала тоска… По короткому счастливому прошлому. Оно могло продлиться дальше. Счастье в обнимку с любимыми родителями, но кто-то вероломно их отнял в угоду своим разыгравшимся амбициям.

Хотел стать драконом⁈ Но Адель не позволила это сделать. Монстр не может стать ещё большим монстром.

Дария налила чай в кружки и поставила ближе тарелку с кофьлите. Дроблёный орех, кусочки фруктов в тягучей карамели — любимое лакомство. Но я с трудом смогла сделать только несколько глотков горячего напитка.

— Мисс Эльнара, вы бледная. Отдохнули бы, — беспокойно произнесла горничная.

— Ты права, — я поднялась из-за стола. — Прогуляюсь по двору.

— И не мешало бы допить чашку чая, — настойчиво сказала Дария. — Я отнесу всё в сад, мисс Эльнара.

— Хорошо, — согласилась с горничной.