Мия Мара – Огненный стяг. Дом Земли (страница 6)

– Что? Почему? – Лина решительно ничего не понимала.

– Вылезай! – с улыбкой велела мать. – Сейчас сама всё увидишь. И не забудь свои вещи.

Выбравшись из машины, Лина принялась разминать спину. Маргарита тем временем выпустила Тори, и та, радостно помахивая длинным хвостом, побежала в ближайшие кусты.

Кругом не было ни души, деревня спала, погружённая в волшебный сон. Всё вокруг замерло в вязком, как глицерин, безвременье. Лина почувствовала, что ею тоже овладевает апатия.

Сзади раздались тяжелые шаги. Лина вздрогнула от неожиданности и обернулась. К ним быстро приближался какой-то огромный бородатый мужик.

– Дядя Миша! – закричала Маргарита, и к удивлению дочери бросилась к нему на шею.

– Здравствуй, дочка! – пробасил тот в ответ и неуклюже обнял гостью.

Это был немолодой великан двухметрового роста с широкими плечами и огромными ручищами. Он напомнил Лине медведя – такой же крепкий и могучий. Тёмная короткая борода с серебряными нитями седины и низкий голос только усиливали сходство. Если бы не радость в его светло-карих, почти жёлтых глазах, Лина непременно бы испугалась.

Тори никогда не видела таких огромных людей и на мгновение замерла в нерешительности. А потом, к обоюдному удивлению обеих хозяек, не стала радостно прыгать, а, склонив голову, доверительно потёрлась о колени нового знакомого. В ответ мужчина одобрительно похлопал её по лоснящейся спине.

– Чудеса, – прошептала Лина.

– Это Полина, моя дочь. – Мать потянула её за рукав. – Лина, знакомься, это Михаил Захарович.

– Здравствуйте! – пробормотала девочка и поёжилась под цепким взглядом из-под мохнатых бровей.

Великан явно не был любителем поболтать. Не успела Маргарита открыть багажник, как дядя Миша, не обращая внимания на протесты, с лёгкостью вытащил тяжеленный чемодан и куда-то его потащил. Лина с мамой поспешили следом. Очень скоро они вышли к реке. Лина ожидала увидеть хоть какой-нибудь ветхий мост, но его не оказалось.

– Нам туда? – Она с тревогой всмотрелась в противоположный берег. Отсюда крутой белый склон, поросший сверху высокой травой и напоминающий нахмуренный лоб затонувшего исполина, выглядел не слишком гостеприимно.

Маргарита кивнула.

В животе у Лины похолодело. Куда её всё-таки везут? Река представилась вдруг непреодолимым рвом, а высокий берег на противоположной стороне – крепостью. Захочешь – не сбежишь.

Их молчаливый проводник тем временем подтянул к берегу лодку.

– А другие как доберутся? – спросила Маргарита.

– В камышах есть ещё одна.

– Надеюсь, девочки не забыли про твои тайники.

Лина слушала и думала о том, что совсем ничего не знает о собственной матери. А та как ни в чём не бывало достала резиновые сапоги и велела дочери переобуться. Вскоре лодка плавно отчалила от берега. Перед этим Тори не упустила возможность плюхнуться в воду и теперь сидела перед Михаилом Захаровичем мокрая, но абсолютно счастливая.

Неспешное течение реки, ленивое покачивание лодки, тишина, нарушаемая лишь всплеском вёсел, и безмятежная красота вокруг неожиданно подействовали на Лину исцеляюще. Такой глуши она и представить не могла. Казалось, что лодка скользит прямо по небу: пушистые облака, отражаясь в спокойной глади воды, были сверху и снизу. Ну точно край света!

Наконец лодка уткнулась в илистое дно. Вблизи отвесный склон выглядел уже не так пугающе. Великан помог спутницам выбраться на берег, а сам оттащил лодку в заросли, подступающие к самой воде.

Извилистая тропа повела их вверх по крутому склону, потом через залитый солнцем луг, пока не вывела к небольшому двухэтажному дому.

Михаил Захарович шёл впереди, стараясь не наступить на путающуюся под ногами Тори. Маргарита выглядела взволнованной. Она явно уже здесь бывала.

Поначалу Лину удивило отсутствие какой-либо ограды – от этого дом казался уязвимым. Однако высокий берег надёжно скрывал его от любопытных взглядов со стороны деревни, а сзади почти вплотную подступал лес.

Это строение совсем не походило на полуразрушенные лачуги, которые Лина видела в Тутове. Старое, но крепкое здание из светлого кирпича отдалённо напоминало средневековый замок или усадьбу – конечно, без башен, колонн и крепостных стен.

За домом явно следили заботливые и умелые руки. Деревянные рамы на окнах белели свежей краской. Широкое крыльцо и козырёк над массивной дверью живописно обвивал усыпанный фиолетовыми цветочками клематис. А напротив входа красовалась клумба, источавшая сладкий аромат распустившихся пионов.

Территория вокруг также была ухожена. Трава на лужайке скошена. Справа, словно гриб, возвышался колодезный домик, вокруг которого на ровных грядках росли клубника и овощи. Слева сад – несколько яблонек, кусты смородины и вишни.

Но лес позади дома был как в сказках – тёмным и страшным. Деревья стояли стеной, точно армия великанов. Нависали кронами над крышей, тянулись длинными руками-ветками к окнам. Покачивали, будто переговариваясь, верхушками на ветру, а внизу у заросших ежевикой корней дышала мхом, прелой хвоей и сыростью и подглядывала из-за стволов густая мгла.

Лине стало жутко. Одно дело изредка в гости приехать и со стороны на такой лес посмотреть, и совсем другое – жить здесь, в тени его мрачных тайн.

Но тут дверь дома отворилась, и на крыльце появилась пожилая женщина. Её круглое лицо с крупными чертами и живыми карими глазами показалось Лине невероятно умным и обаятельным. Хозяйка спустилась и, еле заметно прихрамывая, направилась к гостям.

– Марго, девочка моя, как я рада тебя видеть! – произнесла она низким бархатным голосом.

– А я – вас, Елена Захаровна! – Голос матери дрожал от волнения, а глаза подозрительно покраснели.

Лина почувствовала укол ревности.

– Ну что ты, брось плакать. – Хозяйка заключила Маргариту в объятия, и только тогда заметила ещё одну гостью: – Кого это ты к нам привезла?

Карие глаза буквально впились в Лину. Под таким пристальным взглядом девочке стало неуютно.

– Это моя дочь Полина. – Маргарита украдкой вытерла непрошеные слёзы. – Можно просто Лина, так ей привычнее.

– Лина, значит, – задумчиво повторила женщина. – Это хорошо. Меня зовут Елена Захаровна.

Она протянула девочке руку, оказавшуюся на ощупь сухой и сильной, а потом уверенно заявила:

– Тебе здесь понравится!

Лина собралась что-то ответить, но вовремя одумалась. Новая знакомая производила впечатление человека доброго и при этом не терпящего возражений – да с ней и не хотелось спорить. Такие люди всё вокруг незаметно подчиняют своей воле.

– Ну, и чего мы здесь стоим? – спохватилась хозяйка. – Пойдёмте в дом. Миша, пожалуйста, отнеси вещи.

– Кто эти люди? – шёпотом спросила Лина, когда они с матерью поднялись на крыльцо.

– Моя двоюродная тётка и её брат.

– Они что, живут тут совсем одни?

– Почему одни? – удивилась мать. – Вдвоём… Тебе здесь не нравится?

– Да нет, прикольно, – оглядевшись, призналась девочка. – Но без компа я долго не протяну. Здесь хоть телевизор есть?

Мать обречённо подняла глаза к небу и шагнула в полумрак прихожей. Лина последовала за ней и, едва переступив порог, ощутила, как её обволакивает приятная прохлада.

В доме пахло свежим хлебом и сухими травами.

– Располагайтесь в гостиной, а я пока гляну, как дела на кухне, – захлопотала хозяйка и куда-то исчезла.

Внутри дом оказался больше, чем представлялось снаружи. Присев на деревянную скамеечку, чтобы стянуть сапоги, Лина с любопытством разглядывала новое место. Грубая циновка на деревянном полу, белёные стены, большое зеркало в резной раме – всё это нехитрое убранство было идеально чистым и создавало уют.

Прихожая примыкала к широкому прямоугольному коридору, который заканчивался лестницей с массивными деревянными ступенями. По обе стороны от неё тянулись двери, по три с каждой стороны. Все они, кроме одной, были закрыты. Лина на секунду замешкалась.

– Нам сюда. – Маргарита подтолкнула дочь к открытой двери.

В центре просторной комнаты стоял огромный обеденный стол, накрытый белоснежной льняной скатертью. Вокруг – десять одинаковых стульев. Лина даже удивилась: зачем такой большой стол и столько стульев в доме, где живут всего двое?

Стол располагался напротив большого двухстворчатого окна с переплётом, из которого открывался прекрасный вид на клумбу и луг. Справа, у стены, возвышался буфет со стеклянными дверцами. Рядом, важно поскрипывая, отсчитывали время настенные часы с боем.

Из противоположного угла выступал камин, облицованный изразцами. К нему жались два кресла с высокими спинками, потёртые от старости, но такие уютные, что Лине тут же захотелось свернуться калачиком на одном из них.

Дом и вся мебель были под стать хозяевам: массивными, добротными и основательными. Никаких тебе ДСП или пластика – всё из цельного дерева, натурального камня, да ещё ручной работы.

Гостиная оказалась проходной: справа от камина имелась ещё одна дверь. Она была открыта и, судя по доносящимся ароматам, вела на кухню.

Вокруг царило умиротворение, пропитанное шелестом листвы и пением птиц за окнами. И никакого намёка на телевизор.

– Ты уже бывала тут? – Лина посмотрела на мать.

– Да. – В голосе Маргариты послышались ностальгические нотки. – Первый раз меня привезла сюда мама, твоя бабушка. Мне тогда тоже было пятнадцать…

В этот момент в гостиную вернулась хозяйка.