Мия Лаврова – Дочь рыбака, или Бизнес по-деревенски (страница 8)

– Ну что же, иди, красавица, ещё встретимся, – голос Уви не сулил ничего хорошего: это плохо, такой враг был сейчас совсем некстати. Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления, а сейчас надо готовиться к завтрашнему дню.

Вернувшись домой, с гордостью продемонстрировала отцу свою добычу.

– Эми, не узнаю тебя, в последнее время ты сама на себя непохожа. Такая решительная, смекалистая, – изумлённо качая косматой головой, восхитился старик, но глаза как-то странно блесунли.

– Просто, я многое обдумала пока валялась в горячке, папа – интересно, какой на самом деле была дочка Петера, не хочется сильно шокировать бедного мужчину, для последних дней у него и так много потрясений, – между жизнью и смертью решила, что если Всевышний даст ещё один шанс, то хватит уже нам жить по старинке, надо выбираться из этой нищеты.

– Эх, так и матушка твоя говорила, всё старалась, корзины плела, рубашки расшивала, да только всё одно, ничего у нас не меняется, – папа горько вздохнул, – не тешь себя напрасными надеждами, дочь. Как бы ни пришлось об этом горько пожалеть потом.

Я смотрела, как он рассказывает мне о прошлом и грустно улыбается, вспоминая о жене. И попыталась поставить себя на его место. Если бы у меня была дочь, которая чуть не погибла и совершенно чудесным образом пошла на поправку, а итогом болезни стала потеря памяти, разве я не была бы столь же терпеливой и любящей, как этот седой мужичок, который вкладывает столько заботы и нежности, даже не зная, вернётся ли к дочке память о нём. Без сомнения – да, я проявлю максимальное внимание и сочувствие. И выберусь из этой нищеты, не только ради себя, но и ради него, того, кто дарит мне столько душевного тепла и доброты. Именно в этот момент я решила стать ему дочерью, в которой он так нуждался, которой он так дорожил. Я вольюсь, обрету новые воспоминания, буду заботиться о нём и о себе.

– Папочка, – я обняла старика, – не грусти и не переживай, на этот раз всё получится. Пусть мы и не заработаем гор златых, но жить достойно точно будем. Это не просто обещания, я твёрдо в это верю и не отступлюсь.

– Будь по-твоему, дочка, – старик смахнул скупую слезу, – будь по-твоему. Пусть всё сбудется. Он устало опустился на свою лавку, я подала ему горячего взвара и принялась готовить ужин.

Пища богов! Меня переполнял восторг, рыбное рагу с овощами получилось великолепным, папа доедал уже вторую тарелку, какая похвала для повара может быть лучше? Несмотря на отсутствие специй и приправ ужин удался на славу. После постной каши рыба казалась верхом блаженства.

– Спасибо, дочка, за ужин, давно я такого не ел! – отдуваясь, Петер поднялся из-за стола и направился к выходу.

– Ты куда собрался на ночь глядя? – вскинула брови я.

– Так надо рыбу засолить, да сушить развесить, портится она быстро, нельзя время терять.

Вот так-так… я не учла того, что холодильников здесь не было как таковых. Как же быть, жарить рыбу сейчас, а вдруг к утру она начнёт портиться? Задумав просто нажарить рыбы к завтрашнему дню, я и не подумала о том, что её просто негде хранить.

Срочно переходим к плану «Б», у-у, как не хотелось мне полночи возиться с тестом, а всё-таки придётся.

Пока отец разбирался с остатками нашего улова, я быстро нарезала рыбу, добавила в неё овощей и принялась за тесто. Жарка пирогов заняла почти полночи, да, Лариса Михайловна, это вам не ресторанная кухня, где половину работы выполняют блендеры, мясорубки, миксеры и другие незаменимые помощники современных поваров. Управившись с делами, устало повалилась на скамью и забылась сном.

Утром меня разбудил отец:

– Вставай, Эми, уже светает, так весь торг проспишь.

Глаза отказывались открываться, всё тело ломило от долгого стояния у очага, готовить на нём надо было, низко склонившись к сковороде, иначе можно сжечь пироги, спина мне этого не простила и ныла тупой болью в пояснице. Кое-как сползла с лавки, массируя на каждом шагу ноющую спину, пошла приводить себя в порядок.

Собирая пироги в корзину, продумывала свой бизнес-план, надо сначала отнести товар к колодцу, деревенские женщины уже подле него, попробую продать хоть пару пирогов и занесу к старосте, может, купит немного сдобы, покушать, да повкусней, как я заметила, он любит. А потом уж попытаю удачу у обоза.

Наскоро распрощалась с отцом и пошла воплощать в жизнь свои мечты.

Глава 8

Как и думала, возле колодца собрались почти все окрестные кумушки. При виде меня они притихли, разговоры прекратились. Так-так обсуждают нашу вчерашнюю встречу с Уви, не иначе.

Поздоровавшись, предложила им пирожков, но все отказались, и тут до меня дошло: всяк здесь старался всё делать самостоятельно, экономя каждую копеечку. Жизнь, даже зажиточных, по деревенским меркам, крестьян, лёгкой не назовёшь. Баронские поборы едва ли оставляли хоть половину от заработанного. Детей, как правило, рождалось много, а прокормить, одеть, обуть, надо каждого, да ещё и женить повыгодней, а для всего этого тоже нужны деньги.

Я сглупила, торопилась и не продумала всё наперёд.

Ну, что ж, надеюсь, купцы будут более сговорчивы. Тут среди толпы женщин заметила, направлявшуюся ко мне Хелену, а этой, что от меня надо?

– Здравствуй, Эми, как твоё здоровье? – голос девушки был непривычно ласков. С чего бы это?

– Спасибо, Хелена, всё хорошо, извини, мне надо идти, – тратить время на пустую болтовню мне не хотелось.

– Я тоже собираюсь на торжище, говорят, купцы везут дорогие ткани, ленты и много всего, что надобно девушке для приданого, – Хелена кокетливо склонила голову, – вот папенька и дал мне денег, всё же свадьба скоро, готовиться надо. А купцам я подскажу, что пироги твои хороши, помогу тебе.

– Спасибо, Хелена, буду благодарна, – кивнула девушке и поспешила прочь. С чем связана столь разительная перемена в её настроении, гадала я. Или задумала пакость какую-то. Ждать добрых дел от таких двуличных особ я не привыкла и готовилась к худшему.

С этими мыслями пошла дальше, и как раз проходила мимо ворот старосты. Тут калитка отворилась и наружу вышла жена Осгода – Дорота. Склочная, вздорная тётка, под стать своему мужу. Заслышав её голос, резкий как визг бензопилы, жители деревни старались слиться с окружающим ландшафтом: Дорота цеплялась к каждому, норовя поскандалить с любым встречным. Сварливую женщину не любили, но боялись, статус жены старосты надёжно защищал её от народного гнева.

– Здравствуй, Дорота, – вежливо поздоровалась я и хотела поспешить дальше, но тётка резко меня окликнула:

– Чего у тебя там в корзине?

– Пирожки с рыбой, хочешь купить? – ну а что? Вдруг выгорит?

– Ха! Пирожки! – зашипела склочница, – вчера мужа моего облапошила, подсунула тухлую рыбёшку в обмен на целый мешок овощей! Сегодня пирожки притащила, поди с той же тухлятины!

– Так ты попробуй сначала, – миролюбиво предложила я, скандала с утра мне совсем не хотелось.

– Пошла прочь, прохиндейка! Только и шастаете тут, выискиваете как добрых людей обмануть, – завелась скандалистка, её голос, казалось, был слышен на другом конце деревни. Да, такая «реклама» мне совсем ни к чему, не ровен час, ещё кто из обоза в деревне окажется, плакала тогда моя торговля.

– Тише, Дорота, не шуми, – старалась я утихомирить склочную бабу.

– Ты ещё затыкать меня будешь?! Посмотрите на неё, люди добрые, нищета подзаборная, а всё туда же, мне – жене старосте, рот затыкает, мужа обманула, теперь и мне свои пирожки гнилые подсовывает, поди, вы туда лягушек напихали, все знают, что Петер – неудачник, ни одного доброго улова от него не дождёшься. Убирайся и уноси свои гнилушки. Прочь отсюда, голытьба!

А вот это уже слишком, гнев закипал во мне, обидно было слышать о простодушном Петере такие слова!

– Ты, Дорота, сильно не распаляйся, а то от твоих визгов точно вся еда в округе протухнет! – рявкнула я, как полковой генерал. Глаза мои зло сощурились, если она продолжит вякать, точно пару оплеух от меня получит!

От неожиданности баба вздрогнула и поперхнулась воздухом, лицо её побагровело. Я на секунду испугалась, как бы её удар не хватил ненароком, тем временем женщина мучительно хрипела, стараясь продышаться. Я не стала ждать, пока разразится фонтан её красноречия и поспешно ретировалась. Кумушки, одобрительно глядя мне вслед, откровенно смеялись над Доротой. Вот вам и враг номер два, такими темпами, Лариса Михайловна, вам скоро опасно на улице появляться будет. Всё-таки надо быть осторожней. И не поддаваться на провокации.

С этими невесёлыми мыслями вышла на окраину селения, где меня поджидала Марта.

– Эми, долго же ты собираешься. Купцы приехали ещё ночью, день отдохнут, да завтра с рассветом в Мэрсбург отправятся, времени мало, сейчас набегут селянки, не до твоих пирогов тогда будет.

– Что же, скупят все они, что ли?

– Купить, может, и не купят, а глазеть на товары полдня точно будут, поторопись, – Марта схватила меня за руку и потащила к видневшемуся неподалёку торговому каравану.

– Послушай, что со мной приключилось, – я подробно описала нашу встречу с Хеленой. Добрая тётушка, была отнюдь не глупа и чужие интриги чуяла за версту.

– Ах, это, – Марта рассмеялась, – так о том, как ты вчера Уви прогнала, разве что глухой с утра не услышал. Сменила Хеленка гнев на милость, да ты только сильно не обольщайся, у неё настроение, что погода весной.