Мия Лавьер – Лед нашей любви (страница 22)

Нападающего «Барсов» отвлек наш новый тафгай Эндрюс, которого взяли в этом наборе вместе с братом Евы.

Я увидел шанс и рванул вперед. Моя клюшка словно молния, Чарли помог отобрать шайбу у нападающего соперника, и я устремился к воротам «Барсов».

Два их защитника попытались меня остановить, но мне на помощь пришел Саммерс, блокируя их.

Я взмахнул своей клюшкой и, практически на последних секундах, точным ударом отправил шайбу в ворота «Барсов».

На табло загорается счет один – ноль в нашу пользу.

Наши болельщики вопят в экстазе под финальную сирену матча.

Судьи выстроили наши команды в линию для рукопожатий. Когда официальная часть закончилась, Ева вместе с «Лисичками» выехала на лед, чтобы нас поздравить.

Конечно же, первым делом она оказалась возле брата. Понимаю, что глупо, но я начинаю к нему ревновать.

– Стеф, ты был неотразим! – они с Риверс с двух сторон обняли парня.

– Я болела за тебя всей душой! – сияющими глазами смотрит на него Лив.

Ева заметила их взгляды и отъехала немного назад.

Недалеко…

Ее спина врезалась в мою грудь, и я с большим наслаждением обхватил ее талию руками. Правда, дурацкая защита мешала прижать ее к себе так, как мне того хотелось.

– Ты уже решила, какое платье наденешь на наше первое не свидание?

Ева слегка крутанулась на коньках, чтобы оказаться ко мне лицом.

И да, я все еще продолжал обнимать ее.

– У меня есть пара вариантов.

– Прекрасно, но сегодня я хочу, чтоб на тебе было вот это.

Я указал себе на грудь, где поверх джерси и защиты на мне была майка с номером тринадцать и фамилией Фостер.

– Если ты думаешь, что я надену твою мокрую майку, то ты сильно ошибаешься.

Я рассмеялся и слегка щелкнул Еву по носу.

– У меня есть запасная, милая. Хочу, чтобы сегодня вечером на тебе была майка с моим номером и фамилией, – озвучил я свое желание.

С того момента, как я увидел сегодня Еву в форме «Лисичек», которая ей так шла, это стало моей навязчивой идеей. Пусть все видят, чья она девушка. Даже если сама Ева еще не осознает всю серьезность наших отношений.

Тело Евы задрожало в моих руках. Оно всегда знало, кому принадлежит. Сколько бы она ни сопротивлялась, ее тело мгновенно отвечало на мои прикосновения.

– Эй, голубки, – это был Джереми. – Снимите номер и имейте уважение к другим. У меня секса не было уже два дня, а они тут обжимаются.

Стефан по-дружески пихнул Джера в плечо.

Перед тем как последовать за своей командой, я, не в силах больше сдерживаться, нежно поцеловал Еву в висок. За две недели это был первый поцелуй.

Ева

В этот раз мы договорились встретиться с Миком сразу в доме у Джереми.

Сегодня празднования проходили по всему кампусу и даже кое-где в городе. Особенно активно этот день отмечал хозяин бара «Никки», наливая пиво всем посетителям за свой счет.

Нашим командам хотелось отметить победу в кругу приглашенных гостей.

Несмотря на то, что вечеринка была, как обычно, закрытой, народа была уйма. Многих я видела впервые.

Перед тем как мы разъехались по общежитиям, Микаэль все же впихнул мне свою запасную спортивную майку.

Когда я дома надела ее вместе с черными обтягивающими кожаными штанами, это казалось мне даже симпатичным, сейчас же я почему-то просто сгорала от смущения. Словно Мик оставил свое клеймо, чтобы все знали, кому именно я принадлежу.

И у меня появилось искушение вернуться и переодеться.

– Не дергайся, я считаю это очень крутым и милым, – пыталась успокоить меня Лив. – К тому же фамилия Фостер тебе очень идет.

– Предательница! – я шутливо слегка толкнула ее в бок.

– Да ладно тебе, увидишь, как умрут от зависти «хоккейные зайки», правда, есть риск, что они сорвут с тебя эту майку как трофей. У тебя под ней красивое белье?

– Не думаю, что они настолько одержимые.

– Когда дело касается Фостера, они готовы на многое. Был случай, когда одна из девушек пробралась к нему в квартиру и дожидалась его там голышом.

Какого хрена!

Я чуть не споткнулась, представив себе эту картину.

– И что Мик? – мой голос был слишком заинтересованным.

– Как истинный джентльмен, попросил даму одеться и покинуть его квартиру.

Я недоверчиво выгнула бровь:

– Неужели ему никогда не хотелось развлечься ни с одной из них? Они же сами себя предлагают, – сразу вспомнилось, как я назвала его геем в первый день нашего знакомства.

Я густо покраснела.

Надо же было такое ляпнуть?

– Пойми, Мик из другого теста. Ему не нравятся доступные. Ему нужна особенная.

– И когда ты сделалась таким экспертом по Фостеру? – мы остались на лужайке перед домом, так как внутри было очень шумно.

– Просто я хорошо разбираюсь в людях. Вот взять, например, тебя…

– И что я? – краешки моих губ изогнулись в легкую улыбку.

– Тебе безумно нравится Микаэль, но ты упорно пытаешься этому сопротивляться. Я понимаю, что у тебя был травмирующий предыдущий опыт, но невозможно закрыться от всего, Ева. Ты сколько угодно можешь сидеть в своем панцире, но не сделаешь этим хуже никому, кроме себя.

– Ого! И правда круто, только ты ошиблась. Я не без ума от Мика, но, возможно, он мне нравится. Совсем чуть-чуть.

– Как я и говорила, – Лив щелкнула пальцами. – Отрицаешь очевидное. Психология – мой профиль.

– Ладно-ладно, сдаюсь под напором твоего психоанализа, – я зашагала в сторону дома.

Там как раз раздались первые ноты песни Daddy Yankee «Gasolina». Мне нравилась эта песня. Интересно, как отреагирует Мик, если увидит, как я танцую под нее в его майке?

Перед глазами сразу замелькали картинки поцелуя. Как он наматывает мои волосы на руку и тянет вниз…

Очень опасно думать об этом. Мне пришлось призвать всю силу воли, чтобы перестать думать о губах Микаэля.

Учитывая нашу разницу в росте, майка Фостера слегка прикрывала мне ягодицы.

Мы с Лив протиснулись в гостиную, которая служила сегодня танцполом.

На одном из диванов у стены сидел Мик и о чем-то увлеченно разговаривал с Чарли и Стефаном.

– Кажется, мальчикам интересно и без нас, – слегка обиженно заметила Лив.

– Предлагаю это исправить.

Я утянула ее в центр комнаты, чтобы нас точно заметили.