Мия Флор – Миссия: вернуть истинную (страница 12)

Гвен моргает, её взгляд затуманен. Губы раскрываются так, словно вновь просят поцелуя.

От неё всё ещё исходит золотистая пыль — её много, и она выползает вдогонку за остальным светом.

— Солнце! Солнце! Солнце! — доносятся до нас крики с улицы.

Гвен поднимается на цыпочки и целует меня сама.

Не отпущу больше никогда!

После этого, точно не отпущу!

— Мой вахрин, — говорит она, и я чувствую своим телом ее трепет.

Мы сплетаем наши ладони и подходим к окну.

На небо возвращается яркое солнце.

— Гвен… Посмотри, что ты сделала, — говорю я ей, указывая на подобревших гномов и орков, дружно вывалившихся на улицу, чтобы поприветствовать вернувшееся солнце. Их клыки укорачиваются, и они становятся милыми, добрыми.

— Это невероятно, — завороженно шепчет Гвен.

— Ого, — восхищается Рудольф, тоже подошедший к окну. — Мам, даже не верится, что это сделала ты.

— Должно быть, всё дело в истинности… — задумчиво произносит Лиам, присоединившийся к нам.

И вероятно, он прав. Даже если об этом мире пока мало что понятно.

— Что с ним-то будем делать? — привлекает наше внимание Теренс, на всякий случай плотнее связывая мычащего Риарха.

— Мы передадим его сэру Грейморну, пусть изучит этот экземпляр. Подозреваю, что он не из этого мира, — отвечаю я. — Пусть подумает над своими поступками.

Дверь в комнату распахивается, заставляя каждого повернуться на звук.

В дверях оказывается Элайджа.

И он не один.

Повелитель стихии огня победно несёт на плече связанную Грисельду с кляпом во рту. Она тоже мычит, скорее всего проклятия в наш адрес.

— Я знал, что вы справитесь без меня, поэтому отправился попытать счастья с арахнидой, — Элайджа бросает мне в руки кулон Грисельды. — Вот. В этих камнях заключена их сила. Гвен оказалась права. Без кулона здесь они становятся простыми людьми, как и мы.

— Элайджа… Как тебе это удалось? — срывается с губ.

Я чувствую некое облегчение в теле от этой новости. Иметь Грисельду на хвосте нервировало…

— О… Я тебе не говорил, что Грисельда как-то предлагала мне встречаться просто чтобы позлить тебя, когда ты перестал обращать на неё внимание? Ах ну да, тебе было не до этого. Впрочем, она поймала меня, а я решил в отместку её поцеловать. Не ожидал, что поцелуй станет таким страстным, но в итоге мне удалось сорвать с неё кулон. А дальше… дальше у неё не было шансов, — победно сообщает Элайджа, под яростное мычание брыкающейся Грисельды.

Теренс сникает. Ещё бы — видеть свою мать злодейкой и пойманной не особо приятно.

Как же они различаются…

Подхожу к сыну.

— Не переживай, никто не причинит ей вреда, но она должна ответить за то, что сделала, — хлопаю его по плечу.

— Всё в порядке, — отвечает он, отмахиваясь и стараясь не смотреть в сторону матери.

Он рос один, в детском доме, и несмотря на все происки Грисельды, в его выражении я вижу сострадание и печаль.

В комнате начинает искрить. Вскоре пространство разрезает брешь и я вижу знакомые лица.

— Вы рановато, — говорю я Тарену Грейморну, выглядывающему из бреши.

Крепко прижимаю Гвен к себе. Понимаю, это странный момент, но хочется, чтобы он длился вечность… Мне страшно, что если мы вернемся обратно, Гвен вновь станет холодной…

— Мы не рано. Возможно у вас время течёт по-другому, — отвечает старший хранитель границ нашего мира. — Вижу, вы справились. Давайте их сюда. Только сначала обвяжите этим. — Тарен кидает нам верёвку, очевидно обладающую особым свойством, блокирующим силу. Всё, чтобы наши пленники не выскользнули вновь.

Когда все переправляются за пределы бреши, остаёмся только мы с Гвен.

Она не спешит. И я почему-то тоже.

— Вперёд, чего стоите? — сурово спрашивает Тарен.

Мы переглядываемся с Гвен.

— У них здесь только что появилось солнце… — произносит моя вахрисса. — Я хочу проследить за тем, чтобы всё было хорошо. И я не могу оставить их одних…

Я улыбаюсь в светящиеся глаза истинной.

Моя Гвен…

Она всегда чувствовала эту ответственность за других и необходимость помочь. Не зря она стала ректором академии.

Я поворачиваюсь в бреши.

— Вахрисса назвала меня своим вахрином, так что я тоже побуду с Гвен, — пожимаю я плечами.

— Вы не можете… — зло рычит Тарен Грейморн. — Вы понимаете, какой дисбаланс можете создать?

— Можете, не значит «создадите». — уточняю я.

— Наоборот, — протестует Гвен. — Видишь? — она загребает витающую в воздухе золотистую пыль руками. — Мы не иные в этом мире, Тарен. Этот мир ждал нас.

Элайджа закидывает Грисельду в брешь.

— Мам! — взволнованно кричит Рудольф Гвен.

— Рудольф, ты пока побудешь за меня в Академии. Ты молод, но годами следил за моей работой и всё прекрасно знаешь. Я очень давно не брала себе отпуск. Но если что, вы знаете, где и как меня найти, — Гвен подмигивает Вере, той самой девчонке с даром открытия брешей… Блондинка ей улыбается и подмигивает в ответ.

Отлично.

Гвен будет только для меня. Я люблю своих сыновей и люблю свой мир, но сейчас моим миром стала она.

Когда бы ещё у меня появилась возможность быть только с ней?

— Лиам, до моего возвращения ты остаёшься за Повелителя стихии воды. Теренс и Рудольф — вы на подмоге, если понадобится.

Сыновья одновременно кивают.

Грейморн зло скалится — ему не нравится идея оставить нас в этом мире. На его голове отрастают рога, но в итоге он ждёт, пока все зайдут в брешь, и подаёт знак Вере, чтобы та закрывала дверь между мирами.

Мы остаёмся с Гвен одни.

Я вдыхаю вкусный воздух.

Вахрисса опускает голову на мою грудь.

Казалось бы теперь мы можем насладиться друг другом, но нет…

Топот в коридоре нас настораживает.

— Гномы, — шепчу я.

— Прячься! — приказывает мне Гвен.

— Не буду я прятаться! — возмущаюсь я.

— Но…