Мия Флор – Каменная кровь (страница 2)

Я ощущаю, как мое тело трогают чьи-то холодные щупальца, но не в силах повернуться, чтобы рассмотреть. Мне страшно, хотя я понимаю, что если меня еще не убили, значит и не собираются.

– Хорошо, похоже на сильное сотрясение, позовите янтарщика, как освободится, пусть займется.

Меня убирают с кушетки и вновь куда-то несут. Затем, несколько рук бережно перекладывают меня на постель, по соседству с другими ранеными.

Однако, девушка с сапфировыми погонами все еще здесь, словно коршун, окидывает меня злостным взглядом и приближается ко мне. Знаю, она одна из каштоунов и убить меня ей не составит труда. Сердце сжимает паника, и мне горько от того, что я не состоянии сопротивляться. Когда я чувствую ее дыхание на моем лице, то перестаю дышать.

– Когда тебе станет лучше, ты пожалеешь, что не сдохла. – шипит, ее руки сжимают кушетку, я вижу, как все ее тело напряглось.

– Лейтенант Даларас, спокойнее, она не виновата в том, что произошло! – произносит парень в сером, чьи золотистые кудри почти достают до плеч.

Девушка окидывает его испепеляющим взглядом, ее ноздри яростно раздуваются.

– Если бы не она, Александр… – цедит сквозь зубы, а затем губа девушки дергается, глаза наполняются слезами. Каштоун отворачивается и пропадает из моего поля зрения.

Слышу, как рядом что-то громко брякнуло, словно кто-то кинул силой железное ведро об стенку.

– Лейтенант! Вы в больнице! Имейте совесть!

– Да пошли вы! – женский голос звучит уже издалека.

– Все в порядке, – мне в лицо заглядывает парень в белом, его светлые волосы мягко завиваются в короткие локоны, и кажется, будто голову обрамляет воздушное золотистое облако, – Меня зовут Макс, и здесь ты в полной безопасности. Моргни два раза, если ты меня слышишь.

Карие глаза медового оттенка смотрят в ожидании. Я моргаю, и чувствую, как скатываются слезы по лицу.

– Тебе больно?

Вновь моргаю.

– Сейчас придет янтарщик, он подлечит твою голову.

Мне все равно кто придет и когда. Закрываю глаза. Всплывает картина вихря, уносящего по кирпичикам мой дом вместе с моей семьей. Понятия не имею, где я сейчас. Что со мной будет. Зачем я здесь. Сердце лишь сжимается в маленькую точку, стремясь исчезнуть, выпрыгнуть из кошмара, в котором я застряла. Этого не может быть. Я все еще теплюсь надеждой что воронка на месте родного дома мне просто показалась.

Пусть девушка делает со мной все что захочет, лишь бы моя семья была в порядке.

– А вот и янтарщик. – Лицо Макса кажется спокойным и приветливым, это позволяет хоть на каплю убавить ужас внутри меня.

В поле зрения попадает лицо мужчины в очках, с седыми волосами, усталым лицом и в серой форме, вышитой золотистыми нитями.

– Что с ней случилось? – спрашивает он, и не теряя ни минуты, становится около кушетки со стороны головы. Я ощущаю как теплые руки касаются моих висков.

– Падение с высоты. – вводит в курс дела парень.

– Понятно. – Голос янтарщика приблизился к моим ушам, – Расслабься, дорогая, все будет хорошо.

Я начинаю ощущать теплую нарастающую вибрацию в местах, где пальцы янтарщика касаются моей кожи. Эта вибрация разрастается и проникает вглубь, вытесняя жуткую боль. Когда все проходит, я погружаюсь в сон.

***

Я открываю глаза. Чувствую тепло рядом стоящей свечи, лёгкое покалывание на коже, будто огонь касается меня даже на расстоянии. Следя за медленно стекающей каплей красного воска, я вдыхаю успокаивающий аромат с легкими ореховыми и травяными нотами. Он расслабляет, но ненадолго.

Я снова в зале лазарета. Вдоль стен тянутся кушетки, на которых лежат раненые. Иногда слышатся глухие стоны, но в остальном – тишина. За окнами темно. Значит, я спала долго.

Головная боль исчезла – янтарщик был прав. Я слышала о таких каштоунах: в их крови течёт янтарная сыворотка, дарующая способность лечить. Иногда они появлялись в нашем городе, помогая людям за определённую плату и практикуясь в лечении простых людей. Но я и подумать не могла, что они способны снять даже ту боль, которую я ощущала.

Но теперь приходит другая боль – жестокая, душащая, сжимающая сердце.

Перед глазами вспыхивает картина: мой дом. Затем – ослепительный свет, крики, удар по земле. Я моргаю, но изображение не исчезает, напротив, собирается пазлом, становясь всё отчётливее.

Ещё мгновение – и лёгкие отказываются принимать воздух. Я задыхаюсь.

Я поворачиваюсь на бок, тело требует движения. Бежать. Искать родных. Глаза застилают слёзы. Я резко встаю, но тут же запинаюсь о подол длинной сорочки, и больно падаю на пол.

Резкий укол боли в колене на секунду заглушает другую, душевную, и я, стиснув зубы, пытаюсь мыслить разумно. Я нахожусь в Каменном войске. Не понимаю, что со мной происходит. Нужно поговорить с кем-то, кто знает.

Я поднимаю голову и замечаю парня в сером халате, который приближается ко мне быстрым шагом.

Макс. Я узнаю его золотистые локоны.

– Спокойно, всё в порядке, ты в безопасности, – его голос звучит ровно, уверенно. Он наклоняется и осторожно помогает мне снова сесть на кровать. – Дыши. Всё будет хорошо.

Он смотрит мне прямо в глаза, делает глубокий вдох, а затем поднимает руку, приглашая повторить за ним.

Я, повинуясь, втягиваю воздух, и вдруг понимаю: его прикосновение странно успокаивает.

– Сколько пальцев? – Он поднимает два.

– Два.

– Отлично. А теперь скажи, как тебя зовут?

Я зажмуриваюсь. Простая, элементарная вещь ускользает от меня. В голове пустота, мысли разлетаются. После мучительной паузы я выдавливаю:

– Анна.

– Фамилия?

Тело бросает в жар. Мысли спутываются, и я с ужасом осознаю, что не помню.

Я качаю головой. Чувствую, как слёзы снова обжигают лицо.

– Спокойно, – Макс достаёт салфетку и осторожно вытирает мои щеки. Но от этого слёзы только льются сильнее.

Я пытаюсь вспомнить… Маму. Брата. Сестёр. Но перед глазами – только размытые лица, словно затянутые густым туманом.

– Дай себе время, ты всё вспомнишь, – тихо говорит он.

Я всхлипываю. Настолько плохо, что падаю лицом ему в плечо. Он медлит, затем аккуратно обнимает меня, его рука мягко двигается по моей спине. От этого я действительно начинаю успокаиваться.

– Сейчас я измерю твои параметры.

Макс отходит, возвращаясь через несколько минут с маленьким чемоданчиком, наполненным приборами. Я наблюдаю за плавными движениями его рук. Они уверенные, размеренные, внушающие доверие.

– Я хочу знать, что случилось, – прерываю молчание.

Он тяжело вздыхает, его челюсть напряжённо сжимается.

– Я не могу пока ничего сказать, Анна. Сначала нужно выздороветь. Янтарщик сделал своё дело, но результат нужно закрепить.

Я вглядываюсь в его лицо, пытаясь уловить хоть намёк, но Макс отводит глаза. Я могу только смотреть на его заострившиеся скулы.

– Однако, твое состояние значительно улучшилось за последние сорок восемь часов. Ты проснулась и вспо…

– Что? Сорок восемь? – мой голос хрипит. Макс растерянно приоткрывает рот.

– Ох. Да, это было необходимо для восстановления.

Он аккуратно складывает приборы в чемоданчик и что-то записывает в тетради.

– Сейчас важно сохранять спокойствие. Тогда ты быстрее придёшь в себя. Если ночь пройдёт хорошо, возможно, завтра тебе разрешат выйти на прогулку.

Он резко оборачивается на стон пациента, лежащего в конце холла.

– Мне пора.

Встаёт, но перед тем, как уйти, оборачивается:

– Если завтра тебе станет лучше, ты узнаешь больше о том, что произошло. Но пока – отдыхай.