Мия Аморе – Плохая девочка для профессора (страница 1)
Мия Аморе
Плохая девочка для профессора
Глава 1
Аудитория шумит, как улей.
Студенты – молодые, дерзкие и самоуверенные. У них всё впереди, а у меня за плечами уже две диссертации, работа в банке, парочка исследовательских проектов, из-за которых меня пригласили в возглавить отдел в силовом ведомстве по расследованию финансовых преступлений, и десятки часов бессонных ночей.
Я иду к кафедре, и шум стихает.
Я здесь не по призванию. Мне никогда не хотелось стоять за кафедрой и объяснять азы экономики и финансовой аналитики тем, кто ещё вчера сдавал школьную математику. Но так сложились обстоятельства.
Полгода назад старого профессора, легенду кафедры, увели на заслуженную пенсию. Университет встал перед выбором – срочно искать замену или потерять аккредитацию программы. А мне позвонил один знакомый, которому я обязан. Когда-то он прикрыл меня в ситуации, где я рисковал карьерой. Его дочь училась здесь, и он попросил меня хотя бы на время занять должность профессора.
«Это всего на год. Пока найдём постоянного человека», – сказал он.
Я согласился. Слишком уж дорого мне стоило бы отказать.
– Доброе утро, – голос мой разрезает тишину, и десятки глаз устремляются на меня. – Меня зовут Данил Аркадьевич Мединцев. В ближайшие месяцы я буду вести у вас курс по кибербезопасности и финансовым махинациям.
Тишина длится секунду. Потом кто-то шепчет, кто-то хихикает. Сдержанный смех катится по рядам.
Я знал, что так и будет, и готов к этому. Всегда найдётся парочка, кто решит, что профессор слишком молод, чтобы быть профессором. Или слишком строг, чтобы ему улыбаться.
– Я не собираюсь читать вам учебник. Его вы и сами открыть можете. Моя задача – показать вам, как экономика работает в реальной жизни. Если вам это неинтересно – дверь там, – я киваю на выход.
Пара студентов сразу переглядываются и вжимают головы в плечи. Остальные притихают.
– А если нам интересно только сдать экзамен? – внезапно разрешает тишину аудитории насмешливый женский голос.
Обвожу взглядом студентов и останавливаюсь на блондинке в третьем ряду, ближе к окну. Высокий хвост, насмешливый прищур, руки скрещены на груди. Смотрит прямо на меня – дерзко и вызывающе. Улыбка-оскал, как у человека, который заранее готов защищаться.
Ну что ж – по классике жанра именно в первый день я и должен был познакомиться с главным нарушителем дисциплины. Только я не ожидал, что это будет единственная девушка в группе.
В классе раздается дружный смешок. Несколько студентов хлопают ладонями по столу, поддерживая её.
Ясно – воздыхатели, которых она шлет лесом.
– В таком случае у вас будут проблемы, – отвечаю спокойно.
– Почему? – Она даже не моргнула. – Вы же должны заинтересовать студентов, разве нет?
– Я никому ничего не должен, – говорю жестко. – Моя задача – дать знания. Ваша – взять их. Всё остальное – ваше личное дело.
Она улыбается шире.
И мне вдруг становится ясно: именно эта девчонка будет проверять меня на прочность.
– Представьтесь, – говорю я и придвигаю к себе журнал. Нет, я и не думаю, отмечать отсутствующих, просто интересно, какая у нее фамилия.
Она лениво откидывается на спинку стула.
– Ася.
Без фамилии.
Она словно нарочно оставляет недосказанность, бросает вызов.
– Начнем занятие, Ася, – я позволяю себе усмешку.
Смех в аудитории стихает. Ребята уловили напряжение и поняли, что шутки кончились.
Я начинаю лекцию. Говорю о рыночных дисбалансах, о реальных кейсах компаний, которые взлетели и рухнули. Студенты пишут, кто-то слушает вполуха. Но Ася не отводит взгляда. Она не пишет. Она будто впивается глазами в каждое моё слово, готовая спорить, искать слабину.
– Пример с «НорденБанком» некорректен, – перебивает она на середине объяснения. – Вы же сами сказали, что в их случае большую роль сыграли не экономические факторы, а политические.
Ага. Попалась.
– Именно поэтому он и показателен, – спокойно отвечаю. – Иногда экономика рушится не из-за формул, а из-за людей, которые принимают решения. И в вашей будущей практике это будет встречаться куда чаще, чем чистые модели.
Она прикусывает губу. Я вижу – ей хочется спорить дальше, но доводы у меня сильнее.
– Продолжим? – я смотрю прямо на неё.
Ася только усмехается и делает вид, что что-то черкает в тетради. Но я знаю: она не сдастся.
Час пролетает незаметно. В конце я закрываю папку и говорю:
– На следующей неделе жду вас с эссе на тему «Провалы крупных компаний: вина моделей или вина людей?».
Аудитория дружно стонет.
– Пять страниц. Максимум.
Студенты собирают вещи. Шум возвращается.
Ася специально задерживается последней. Дерзкая блондинка подходит к кафедре и облокачивается на край стола.
– Вы правда думаете, что сможете нас чему-то научить? – в её голосе вызов.
Я приближаюсь и становлюсь почти вплотную. Она выше, чем я думал. Глаза – светлые, но колючие, как шипы терна. Эх, девочка, не знаешь, с кем хочешь тягаться. Обломаю твои зубки и ойкнуть не успеешь.
– Посмотрим, Ася, – произношу это тихо. – Главное, чтобы вы сами этого хотели.
Она улыбается.
И вдруг бросает:
– А может, это вы чему-нибудь научитесь.
И разворачивается, уходя прочь.
Я остаюсь у кафедры. И впервые за долгое время ловлю себя на том, что в груди – не привычная усталость, а странное чувство. Смесь раздражения, интереса и предвкушения.
Я не знаю ещё, кто она. Не знаю, как она окажется в моей жизни. Но чувствую – именно эта девчонка перевернёт всё.
И вот это уже по-настоящему опасно.
Глава 2
Коридоры университета всегда пахнут пылью, дешёвыми духами и чужой самоуверенностью. Здесь шумно, словно на базаре: кто-то обсуждает конспекты, кто-то – новые кроссовки, а кто-то – с кем переспал в прошлую пятницу. Я иду по этим коридорам как по сцене: высоко поднятая голова, усмешка, в глазах холод. Пусть думают, что я стерва. Пусть перешептываются за спиной и боятся лишний раз спросить, который час. Так безопаснее.
Я слишком давно поняла, что жалость унижает сильнее любого оскорбления. А я больше не позволю себе быть слабой.
Мама умерла, когда мне было пятнадцать. Сердце не выдержало – слишком много работы и слишком мало сил. Я тогда держала младшего брата за руку и смотрела, как врачи закрывают простыней её лицо. Отец в тот день даже не пришёл. Он пил где-то в подворотне и вспомнил о нас только через три дня, когда заявился с перегаром и криками, требуя денег. Я тогда впервые ударила его – кастрюлей по руке. Он понял, что со мной лучше не связываться, и просто жил с нами в одной квартире, как сосед по коммуналке.
Илья младше меня всего на два года,но я несу за него ответственность. И мне нельзя оступиться.
Я учусь на отлично, потому что хорошее образование и повышенная стипендия – единственный способ выжить. Я до сих пор не верю, что мне удалось поступить в этот ВУЗ, ведь здесь учатся одни мажоры.
Мне повезло – выиграть городскую олимпиаду по математике в выпускном классе, где главным призом было поступление на бюджет в этот университет.
Я знала, что будет тяжело. В этом мире у студентов нет недостатка в деньгах, поэтому мне нужно быть стервой в десятой степени.
Никто из студентов не верит, что я не вылетела отсюда исключительно благодаря своим мозгам. Им проще думать, что я выбиваю оценки скандалами и наглыми улыбками. Пусть думают. Им удобно – мне безопасно.