Митрополит Иларион – Тайна Богоматери. Истоки и история почитания Приснодевы Марии в первом тысячелетии (страница 66)

Евагрий Схоластик, автор «Церковной истории», охватывающей время с 431 по 594 годы, приводит несколько свидетельств о молитве к Богородице и о чудесах, совершавшихся по Ее предстательству. Он рассказывает, в частности, о полководце армянского происхождения Нарзесе (Нерсесе), который жил во времена Юстиниана, правившего Римской империей с 527 по 565 годы: «…говорят, что он так почитал Бога молитвами и другими благочестивыми делами, прославляя надлежащим образом и Деву Богородицу, что Она открыто ему указывала время, когда следует сражаться, и он не приступал к делу, пока не получал от Нее знака»[778].

Император Юстиниан I. Мозаика. VI в. Равенна, Италия

Другое свидетельство относится ко временам императора Тиберия II (578–582). В городе Феополис[779] жил некий Анатолий, пробившийся из низов и достигший высоких правительственных должностей. Он дружил с местным епископом Георгием, но однажды был обнаружен участвующим в языческих жертвоприношениях «и, привлеченный к ответу, он был изобличен как ужасный [преступник], колдун и участник бесчисленных пакостей». Подозрение пало и на епископа, и Тиберий захотел допросить Анатолия, для чего того должны были доставить в Константинополь. И вот что произошло дальше:

Узнав об этом, Анатолий, подбежав к иконе Богоматери, висящей в тюрьме на веревке, и с руками, связанными за спиной, стал изображать из себя молящегося и просящего. Она же, содрогнувшись от ужаса и с презрением отвергнув этого проклятого и ненавистного Богу [человека], полностью отвернулась к стене — чудо, приводящее в трепет и достойное вечной памяти. Об этом [чуде], поскольку его увидели все заключенные и те, кому была доверена охрана [Анатолия] и его соратников, стало известно повсюду. [Богородица] явилась также наяву и некоторым верующим, возбуждая их против этого губителя и говоря, что Анатолий нанес оскорбление Ее Сыну[780].

В этой истории, отражающей нравы того времени, нас интересует прежде всего то, что сказано Евагрием о Богородице: к Ней обращаются в молитве, Она видимым образом показывает Свою волю, Она является людям во сне и наяву.

Еще одно свидетельство относится к будущему императору Маврикию, который позднее сменил Тиберия на престоле:

Случились также и божественные знамения, предвещавшие [Маврикию] царскую власть. Так, глухой ночью, когда он воскурял фимиам в святилище церкви Всесвятой Девы и Богородицы Марии, которую феополиты называют [церковью] Юстиниана, парапетасма[781] у святого алтаря предстала перед ним охваченная пламенем, так что Маврикий пришел в изумление и в ужас и устрашился этого видения; находившийся с ним Григорий, архиерей города [Антиохии], сказал, что это божественное знамение и оно предвещает ему нечто величайшее и выдающееся. Ему также явился наяву, когда он был на Востоке, Христос Бог, потребовавший защиты, что прямо указывало на царскую власть…[782]

Важные свидетельства о молитве к Богородице, о почитании Богородицы и о Ее явлениях собраны в «Луге духовном» блаженного Иоанна Мосха, жившего во второй половине VI — начале VII века. Произведение представляет собой сборник рассказов автора о благочестивых людях и подвижниках своего и предшествующего времени. Эти рассказы автор слышал либо от самих участников событий, либо от живых свидетелей, что придает им особую ценность.

Монета с изображением императора Тиберия. VI в.

Монета с изображением императора Маврикия. VI в.

Однажды к старцу Кириаку, жившему в лавре Каламонской около Иордана, пришел некий брат, находившийся в общении с несторианами. Услышав имя Нестория, старец стал умолять брата оставить ересь и присоединиться к Церкви. «Невозможно спастись, если не будешь право мыслить и веровать, что Пресвятая Дева Мария есть истинная Богородица», — сказал старец. Но брат просил, чтобы старец умолил Бога показать ему, какая вера истинная. Старец начал молиться о брате. И на следующий день некто явился к брату и отвел его «в место мрачное, смрадное и испускающее пламя», где в пламени мучились еретики. И сказал: «Вот это место уготовано еретикам, и тем, кто нечестиво учит о Пресвятой Богородице, равно как и тем, кто следуют их учению. Если тебе нравится это место, оставайся при своем учении. Если же не желаешь вкусить такого наказания, обратись к святой кафолической Церкви, к которой принадлежит и наставлявший тебя старец». Брат рассказал о своем видении старцу и вскоре присоединился к Церкви[783].

Еще один рассказ связан с тем же аввой Кириаком и представляет собой его собственное воспоминание, которым он поделился с автором «Луга духовного»:

Однажды я видел во сне величественную Жену, облаченную в порфиру, и вместе с Ней двух мужей, сиявших святостью и достоинством. Все стояли вне моей кельи. Я понял, что это — Владычица наша Богородица, а два мужа — святой Иоанн Богослов и святой Иоанн Креститель. Выйдя из кельи, я просил войти и сотворить молитву в моей келье. Но Она не соизволила. Я не переставал умолять, говоря: «Да не буду я отвержен, унижен и посрамлен», и многое другое. Видя неотступность моей просьбы, Она сурово ответила мне: «У тебя в келье Мой враг. Как же ты желаешь, чтобы Я вошла?» Сказав это, удалилась. Я пробудился и начал глубоко скорбеть, вообразив себе, не согрешил ли я против Нее хотя бы помыслом, так как, кроме меня одного, никого в келье не было. После долгого испытания себя я не нашел в себе никакого прегрешения против Нее. Погруженный в печаль, я встал и взял книгу, чтобы чтением рассеять свою скорбь. У меня была в руках книга блаженного Исихия, пресвитера Иерусалимского. Развернув книгу, я нашел в самом конце ее два слова нечестивого Нестория, и тотчас сообразил, что он-то и есть враг Пресвятой Богородицы. Немедленно встав, я вышел и возвратил книгу тому, кто мне ее дал: «Возьми, брат, обратно свою книгу. Она принесла не столько пользы, сколько вреда». Он пожелал знать, в чем состоял вред. Я рассказал ему о своем сновидении. Исполнившись ревности, он немедленно вырезал из книги два слова Нестория и предал пламени. «Да не останется и в моей келье, — сказал он, — враг Владычицы нашей Пресвятой Богородицы и Приснодевы Марии!»[784]

Оба рассказа являются важным свидетельством того, что несторианские идеи и сочинения спустя долгое время после III Вселенского Собора все еще продолжали жить. Одновременно они показывают, насколько непримиримой была оппозиция этим идеям в монашеской среде и каким благоговейным почитанием в этой среде была окружена Богородица.

Не только Сама Пресвятая Дева почиталась монахами, но и Ее иконы. В «Луге духовном» рассказывается об одном монахе, который жил в затворе и с которым воевал демон блуда. Однажды, когда демон сильно нападал на него, старец сказал ему: «Доколе ты не уступишь мне? Удались наконец от меня, по крайней мере, в моей старости». Тогда демон предлагает ему своеобразную сделку: «Перестань поклоняться вот этому образу, и я прекращаю брань против тебя». А это была икона Богоматери с Младенцем. Монах идет к авве Феодору Илиотскому, который жил тогда в Фаранской лавре, и рассказывает о своем разговоре с бесом. Авва говорит ему: «Знай, что нет греха гибельнее и ужаснее, чем отречься от поклонения Господу нашему Иисусу Христу и Его Матери»[785].

Феофан Грек. Преподобный Макарий Египетский. Фреска. XIV в. Великий Новгород

Другой рассказ повествует о старце, который жил в пещере, и там у него стояла икона Богородицы с Младенцем на руках. Куда бы он ни отлучался, он зажигал перед иконой свечу и молился, взирая на икону: «Пресвятая Владычица Богородица, я ухожу в долгий путь, на много дней. Прими попечение о свече Твоей и сохрани ее, да не погаснет она пред Тобою до моего возвращения. Я же ухожу в надежде на помощь Твою во время путешествия». Только после этого он отправлялся в путь. После того, как, совершив путешествие, продолжавшееся иногда месяц, два и три, а то и пять или шесть месяцев, он возвращался в келью, он находил свечу горящей и «никогда не видел, чтобы она погасла сама собой — ни при пробуждении от сна, ни при возвращении из чужой страны или из пустыни»[786].

Хотя действие «Луга духовного» происходит главным образом в монашеской среде, некоторые описанные в нем чудеса Богородицы случаются с мирянами. Одно из них записано со слов пресвитера Анастасия, ризничего храма Воскресения Христова в Иерусалиме. По его словам, некая Космиана, жена патриция, пришла в храм, чтобы поклониться Гробу Господню. Она уже приблизилась к вратам алтаря, когда Ей явилась Богородица в сопровождении других женщин. «Ты не принадлежишь к нам, не наша, поэтому и не входи сюда», — сказала Она. А Космиана принадлежала к секте «Севера акефала». В ответ на настойчивые мольбы о дозволении войти, Богоматерь отвечала: «Поверь мне, женщина, что ты не войдешь сюда, если не присоединишься к нам». Тогда, поняв, что уклонение в ересь возбраняет ей доступ к святыне, пока она не присоединится к Церкви, она позвала диакона. Он пришел со Святой Чашей, она причастилась Тела и Крови Христа и после этого удостоилась беспрепятственно поклониться Гробу Господню[787].

Еще одно чудо происходит с комедиантом по имени Гаиан из ливанской Финикии. Надо полагать, что он был язычник. В театральном представлении Он оскорблял Богородицу. Она явилась ему во сне и сказала: «Какое зло Я причинила тебе? За что ты издеваешься и поносишь Меня?» Но комедиант не образумился и продолжал еще более поносить Ее. Еще дважды Она являлась ему с тем же вразумлением, но комедиант оказался неисправим. «Наконец, однажды во время полуденного отдыха Она явилась ему и, не сказав ни слова, одним только перстом провела черту по его рукам и ногам. Проснувшись, он почувствовал, что у него отнялись руки и ноги и лежали без движения, как бревна. Всем показывал себя несчастный, громко исповедуя свое нечестие, за которое получил достойное возмездие…»[788]