Митрополит Иларион – Иисус Христос. Жизнь и учение. Книга I. Начало Евангелия (страница 82)

В средневековой Европе получило широкое распространение апокрифическое «Послание Лентула»[463], в котором об Иисусе сообщается следующее:

Христос перед Каиафой. Г. ван Хонтхорст. XVII в.

Он – человек высокого роста и благородной наружности; вид Его важен и выразителен, так что, смотря на Него, нельзя не любить и вместе с тем не бояться Его. Волосы у Него волнистые и вьющиеся, немного потемнее и сильно блестящие там, где они спадают на плечи. Они разделяются на две стороны по обычаю назореев. Чело у Него гладкое и чудесно спокойное; на лице Его нет ни морщин, ни каких-либо пятен, а румянец делает Его щеки прекрасными. Нос и уста Его совершенны. Он имеет густую коричневатую бороду в цвет Его волос, не длинную, но разделенную надвое. Глаза у Него – яркие и как бы имеют различный цвет в различное время. Он страшен в Своих угрозах, спокоен в Своих увещаниях, Человек любящий и любимый, бодрый, но постоянно серьезный. Никогда никто не видел Его смеющимся, но часто видели плачущим. Руки и другие члены тела Его совершенны. Речь Его ровна и важна. Он смирен и кроток, прекраснейший из сынов человеческих[464].

Если раннехристианские представления о невзрачной внешности Иисуса основывались на буквальном прочтении пророчеств Исаии, то более поздние представления о том, что Иисус обладал прекрасной и привлекательной внешностью, опираются, вероятно, на иконографическую традицию.

Туринская плащаница

Сама эта традиция, однако, развилась не только на почве человеческой фантазии. Как мы указывали в другом месте[465], появление иконописных изображений лика Иисуса Христа в массовых количествах датируется V–VI веками. Именно к этому времени относится история обретения Нерукотворного образа Иисуса Христа, который может быть отождествлен с полотном, известным сегодня под именем Туринской плащаницы.

На плащанице отобразилась фигура мужчины средних лет, ростом около 170 см, с лицом удлиненной формы, длинными волосами, расчесанными на прямой пробор, усами и бородой. Именно таким Иисус изображается на большинстве канонических икон. Многочисленные следы крови, оставленные на плащанице, свидетельствуют о том, что в нее был завернут человек, подвергнутый бичеванию, а затем распятый на кресте.

Единого мнения о том, как на плащанице появилось изображение, между учеными нет. Одни считают, что оно появилось в результате испарения влаги с тела умершего, другие – что оно стало следствием радиоактивного излучения, третьи – что оно появилось под воздействием солнечных лучей. Как бы там ни было, исследования плащаницы показали, что на ней нет следов краски, а никаких иных способов создания живописных образов, кроме как при помощи пигментов, не было ни в древности, ни в Средневековье. Поэтому плащаница, во всяком случае, не является изображением, изготовленным человеческими руками.

Фото Туринской плащаницы

Спас Нерукотворный. Икона. XII в.

Приведенные выше текстуальные свидетельства о внешности Иисуса находятся за пределами канонического текста четырех Евангелий, представляющих для нас основной источник сведений о Его жизни и учении. Что же касается Туринской плащаницы, то в случае признания ее подлинности она обретает статус важнейшего документального свидетельства о том, как выглядел Иисус и какие страдания Он перенес перед смертью. Не случайно те, кто верит в подлинность плащаницы, называют ее «пятым Евангелием».

2. Дистанции

Согласно Евангелиям, Иисус и Его ученики почти постоянно находились в движении. Они ходили из города в город, из селения в селение, преодолевая пешком значительные расстояния. Выражение «дневной путь», употребляемое и в Ветхом, и в Новом Завете (Быт. 30:36; Исх. 3:18; 8:27; Чис. 10:33; Лк. 2:44), указывает на дистанцию от 20 до 40 км; в зависимости от физического состояния человека, его возраста и пола, цели путешествия и скорости эта дистанция может быть увеличена или уменьшена. Судя по всему, Иисус и ученики ходили достаточно быстро, когда надо было перейти из одного города в другой. Внутри города или селения они, естественно, передвигались медленнее.

Расстояния между галилейскими городами по современным меркам не очень значительны. Так, например, дистанция между Назаретом и Капернаумом составляет около 50 км: при быстрой ходьбе такое расстояние можно преодолеть за один день.

Более значительной была дистанция между Галилеей и Иудеей: в зависимости от пунктов отправления и назначения она могла составлять от 100 до 200 и более км. Расстояние от Иерусалима до Назарета сегодня составляет от 130 до 150 км. Учитывая состояние дорог в I веке, можно предположить, что в те времена путь из Иерусалима в Назарет занимал несколько дней. С остановками он мог занимать несколько недель.

По крайней мере, в некоторые дни Иисусу и Его ученикам приходилось преодолевать расстояния, превышающие стандартную длину «дневного пути». Так, например, на другой день после встречи с Иоанном Предтечей на берегах Иордана Иисус восхотел идти в Галилею (Ин. 1:43). Он находит Филиппа, а Филипп находит Нафанаила, который был из Вифсаиды Галилейской (Ин. 1:43–44). Встреча Иисуса с Нафанаилом (Ин. 1:47–51) происходит где-то на пути из Иудеи в Галилею. На третий день Иисус с несколькими учениками уже оказывается на браке в Кане Галилейской (Ин. 2:1), отстоящей от места, где крестил Предтеча, на 150–200 км. Текст не указывает, по отношению к какому событию этот день является третьим: ко дню последней встречи Иисуса с Предтечей или ко дню, в который произошла Его встреча с Нафанаилом. В первом случае дистанцию от Вифавары до Каны Иисус должен был преодолеть за два неполных дня, что не очень реально. Во втором случае у Него было три полных или четыре неполных дня на преодоление этого расстояния, что реально, но все же предполагает длительные переходы в течение каждого дня.

Основную часть времени Иисус проводил в Галилее. Однако Евангелие от Иоанна отмечает несколько путешествий Иисуса в Иерусалим – на праздники пасхи, поставления кущей и обновления храма. Помимо Иерусалима Он эпизодически путешествовал и в другие города и области за пределами Галилеи. В частности, Он посещал Вифсаиду, которая была частью тетрархии Филиппа, но находилась настолько близко от Галилеи, что воспринималась как ее часть[466]. Иисус посещал Заиорданье (Мф. 19:1; Мк. 10:1); регион Кесарии Филипповой (Мф. 16:13; Мк. 8:27); страны Тирские и Сидонские (Мф. 15:21; ср. Мк. 7:24).

При этом, по крайней мере однажды, Он шел из стран Тирских и Сидонских к морю Галилейскому не напрямую, а через Десятиградие (Мк. 7:31). Такой маршрут многим исследователям кажется неправдоподобным (по своей траектории он напоминает путешествие из Москвы в Санкт-Петербург через Казань, хотя, конечно, дистанции были значительно меньшими). Однако Иисус совсем не обязательно должен был избирать самый короткий путь из одного пункта в другой. В данном случае Он мог отправиться длинным путем, чтобы охватить Своей проповедью преимущественно языческие области[467].

Термином «Десятиградие» обозначался регион к востоку от Иордана, где располагались десять городов, отмеченных сильным влиянием греческой и римской культуры. Один из этих городов, Гадара, дал название Гадаринской области (Мк. 5:1; Лк. 8:26, 36). У Матфея эта область названа страной Гергесинской (Мф. 8:28).

Как уже говорилось, эпизодически Иисус бывал в Самарии, однако лишь на пути из Галилеи в Иерусалим и обратно.

Для того чтобы постоянно ходить пешком, в том числе на далекие расстояния, нужно быть в хорошей физической форме. У нас есть все основания полагать, что такой формой обладали и ученики Иисуса, и Он Сам. В отличие от наших современников, большинство из которых должны заниматься спортом, чтобы поддерживать здоровье, современники Иисуса в этом не нуждались: сам их образ жизни был достаточно здоровым и спортивным. Благотворное влияние оказывал свежий воздух и простая пища, которой питалось большинство населения Палестины.

Образ жизни странствующего проповедника был сознательно избран Иисусом. Его слова о том, что лисицы имеют норы и птицы небесные – гнезда, а Сын Человеческий не имеет, где приклонить голову (Мф. 8:19–20), можно понять как обобщенное указание на такой образ жизни. Но их можно понять и как вполне конкретную информацию о том, что у Иисуса не было дома – ни в Капернауме, где были произнесены эти слова, ни в каком-либо ином месте. Комментируя повествование синоптиков о том, как Иисус послал учеников в город приготовить пасхальную вечерю (Мф. 26:17–19; Мк. 14:12–16; Лк. 22:7–13), Иоанн Златоуст отмечает: «И отсюда, между прочим, видно, что у Иисуса не было дома, не было постоянного местопребывания»[468].

На этой земле Сын Божий был бездомным. Когда Он родился, Ему, еще Младенцу, не нашлось места в гостинице (Лк. 2:7). Из родного Назарета Его выгнали (Лк. 4:29). Иногда Он останавливался у учеников – и не только для того, «чтобы через это почтить их и сделать более усердными»[469], а скорее именно потому, что больше Ему негде было приклонить голову. Такой страннический, бездомный образ жизни был для Него делом сознательного выбора, а не просто следствием стечения обстоятельств.

Галилея во времена Иисуса Христа