Митрополит Иларион – Иисус Христос. Жизнь и учение. Книга I. Начало Евангелия (страница 67)

Евангелисты не скрывают от нас сложностей во взаимоотношениях Иисуса и учеников. Тем не менее при чтении Евангелий мы воспринимаем учеников Иисуса как единую и в целом сплоченную команду. Они многого не понимают из того, что Он говорит и делает, но продолжают оставаться с Ним, ходить за Ним, слушать и запоминать Его поучения и притчи. Какая-то сила удерживает их при Нем, несмотря на постоянную напряженность, происходящую оттого, что они живут на ином интеллектуальном и духовном уровне, чем их Учитель.

4. Иисус и Петр

Сила духовного притяжения, исходящая от Иисуса, проявляется в ряде эпизодов, в которых участвует Петр – наиболее часто упоминаемый из апостолов на страницах всех четырех Евангелий. В общей сложности он упоминается в Евангелиях под разными именами (Петр, Симон, Кифа) 110 раз, из них 75 – у синоптиков и 35 – у Иоанна[382].

Линия взаимоотношений между Иисусом и Петром проходит через все евангельские повествования: от первых рассказов о призвании учеников до истории отречения Петра и прощения его воскресшим Иисусом.

Мы помним, что Петр был призван одним из первых и возглавил список двенадцати. Имя Петр (Кифа) было дано ему Иисусом вместо его первоначального имени – Симон. Об этом Марк упоминает в связи с избранием двенадцати: Поставил Симона, нарекши ему имя Петр (Мк. 3:16). Согласно Иоанну, Иисус назвал Симона Петром при первой же встрече с ним (Ин. 1:42). Только Иоанн приводит арамейское имя Симона – Кифа (ХЭЮ – кёра), означающее и «камень», и «скалу». Греческое слово πέτρος, использованное для перевода арамейского Кифа, тоже имеет оба эти значения. В Новом Завете имя Кифа в его арамейском изводе помимо указанного места в Евангелии от Иоанна упоминается только в посланиях Павла (1 Кор. 1:12; 3:22; 9:5; 15:5; Гал. 2:9).

Призвание апостолов Петра и Андрея. Дуччо. 1308-1313 гг.

В библейской традиции перемена имени всегда имеет особый смысл. Когда Бог меняет человеку имя, это является знаком того, что человек становится рабом Бога, вступая с Ним в новые, более тесные отношения. Бог изменяет имя Своим избранникам – тем, кому Он оказал доверие, кому поручил какую-либо миссию, с кем заключил завет. Так, например, после того, как Бог заключил с Аврамом завет о рождении от него множества народов, Аврам становится Авраамом (Быт. 17:1–5), а его жена Сара – Саррой (Быт. 17:15); Иаков получает имя Израиль («богоборец», или, по другому толкованию, «боговидец») после того, как боролся с Богом и Бог благословил его (Быт. 32:27–28).

Апостол Петр. Фреска. XIV в.

Нарекая Петру новое имя, Иисус выделяет его из среды учеников. Другие ученики не удостоились этой чести за исключением Иоанна и Иакова, которым Иисус дал общее прозвище сынов громовых (Мф. 3:17). Для чего Иисус нарекает новые имена трем ученикам? «Он этим показывает, – отвечает Иоанн Златоуст, – что Он Тот Самый, Кто и Ветхий Завет дал, и тогда имена переменял, назвав Аврама Авраамом, Сару Саррой, Иакова Израилем»[383]. Именно те три ученика, которые получили от Иисуса новые имена – Петр, Иаков и Иоанн, были в течение Его земной жизни наиболее приближены к Нему.

Однако Петр выделен не только из числа двенадцати, но также из группы троих. Во всех трех синоптических Евангелиях содержится рассказ о том, как Петр исповедал Иисуса Христом:

И пошел Иисус с учениками Своими в селения Кесарии Филипповой. Дорогою Он спрашивал учеников Своих: за кого почитают Меня люди? Они отвечали: за Иоанна Крестителя; другие же – за Илию; а иные – за одного из пророков. Он говорит им: а вы за кого почитаете Меня? Петр сказал Ему в ответ: Ты Христос (Мк. 8:27–29).

По версии Луки, Петр ответил: За Христа (Лк. 9:20). Матфей приводит наиболее полную версию ответа Петра: Ты – Христос, Сын Бога живаго (Мф. 16:16).

Почему только Петр отвечает Иисусу? Потому ли, что он реагировал быстрее, чем другие? Или потому, что он отвечал от имени всех? Или же тогда он был единственным учеником, оказавшимся способным твердо признать в Иисусе Христа? Повествования Марка и Луки не дают ответа. У Матфея же мы находим продолжение истории. Согласно Матфею, после того как Петр исповедал Иисуса Христом, Иисус выделяет его из среды учеников и отвечает уже не всем, а ему:

Блажен ты, Симон, сын Ионин, потому что не плоть и кровь открыли тебе это, но Отец Мой, Сущий на небесах; и Я говорю тебе: ты – Петр, и на сем камне Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее; и дам тебе ключи Царства Небесного: и чтó свяжешь на земле, тó будет связано на небесах, и чтó разрешишь на земле, тó будет разрешено на небесах (Мф. 16:17–19).

Этот рассказ можно интерпретировать в том смысле, что Иисус дает Петру новое имя в ответ на его исповедание. Но если учитывать, что, согласно Марку и Иоанну, перемена имени состоялась ранее, рассказ Матфея можно интерпретировать как напоминание Петру об этой перемене: сначала Иисус называет его прежним именем (Симон, сын Ионин), а потом новым (Петр).

Приведенный рассказ – одно из двух мест во всем корпусе Четвероевангелия, где использовано слово «Церковь» (другое место – Мф. 18:17). В дальнейшем, начиная с Деяний и апостольских посланий, это слово (греч. εκκληυια) превратится в основное обозначение общины последователей Иисуса как во вселенском масштабе[384], так и на местном уровне[385] и даже на уровне одной семьи[386]. То, что обетование Иисуса об основании Церкви связано с исповеданием Петра и что Петр объявляется камнем, на котором Церковь будет создана, придает этому апостолу особую значимость, несопоставимую с значением других апостолов.

Данный текст из Евангелия от Матфея сыграл важнейшую роль в становлении христианского учения о Церкви, однако он получил разное толкование на Востоке и Западе. На Западе подчеркивалась роль Петра как главы апостольской общины, передавшего свое первенство епископам Рима. С течением веков эта традиция привела к формированию догмата о папе Римском как преемнике апостола Петра и наместнике Христа на земле, обладающем абсолютной властью в Церкви по всей вселенной. На Востоке получило распространение иное толкование, согласно которому Церковь основана не на Петре, а на вере в Божество Иисуса Христа, исповеданием которой были слова Петра[387].

Сам апостол Петр настаивает на том, что краеугольным камнем Церкви является Христос:

Приступая к Нему, камню живому, человеками отверженному, но Богом избранному, драгоценному, и сами, как живые камни, устрояйте из себя дом духовный, священство святое, чтобы приносить духовные жертвы, благоприятные Богу Иисусом Христом. Ибо сказано в Писании: вот, Я полагаю в Сионе камень краеугольный, избранный, драгоценный; и верующий в Него не постыдится. Итак, Он для вас, верующих, драгоценность, а для неверующих камень, который отвергли строители, но который сделался главою угла, камень претыкания и камень соблазна, о который они претыкаются, не покоряясь слову, на что они и оставлены (1 Пет. 2:4–8).

Эти слова Петра являются его собственной интерпретацией слов Иисуса, некогда обращенных к нему[388]. Он подчеркивает, что краеугольным камнем, положенным в основание Церкви, является не он, Петр, а Христос. При этом Петр цитирует те же самые слова из Ветхого Завета (Пс. 117:22–23), которые цитировал Иисус, завершая притчу о работниках в винограднике (Мф. 21:42).

В Евангелии от Иоанна приводится эпизод, имеющий определенное сходство с эпизодом, приведенным у синоптиков. Здесь тоже Петр исповедует Иисуса Христом, Сыном Божиим. Однако действие происходит не в Кесарии Филипповой, а в Капернауме, и есть все основания считать, что речь идет о двух разных эпизодах. Повествуя о том, как многие из учеников Иисуса отошли от Него после того, как Он изложил им учение о хлебе, сходящем с неба, евангелист продолжает: Тогда Иисус сказал двенадцати: не хотите ли и вы отойти? Симон Петр отвечал Ему: Господи! к кому нам идти? Ты имеешь глаголы вечной жизни: и мы уверовали и познали, что Ты Христос, Сын Бога живаго (Ин. 6:67-69)[389].

Петр бросается в воду. Л. Борасса. XV в.

Петр быстрее, чем другие ученики, реагирует на слова и действия Иисуса. Мы только что видели, как он раньше других учеников назвал Иисуса Христом. Петр – единственный из учеников, кто, увидев Иисуса идущим по морю, бросается Ему навстречу, тогда как другие ожидают Иисуса в лодке (Мф. 14:28). Подобным же образом, уже после воскресения Иисуса, увидев Его стоящим на берегу, Петр бросится к Нему вплавь, тогда как другие доберутся до берега на лодке (Ин. 21:7–8). Горячность Петра, его готовность немедленно броситься навстречу Учителю контрастирует с поведением прочих учеников. Создается впечатление, что он раньше других принимает ответственные решения и делает важные открытия.

Отречение Петра. К. Блох XIX в.

Евангелист Марк рассказывает о том, как Иисус, идя по дороге в селения Кесарии Филипповой, начал учить их, что Сыну Человеческому много должно пострадать, быть отвержену старейшинами, первосвященниками и книжниками, и быть убиту, и в третий день воск реснуть. И говорил о сем открыто. Петр же, отозвав Его в сторону, начал прекословить Ему. Иисус, обратившись и взглянув на учеников Своих, воспретил Петру, сказав: отойди от Меня, сатана, потому что ты думаешь не о том, что Божие, но что человеческое. И, подозвав народ с учениками Своими, сказал им: кто хочет идти за Мною, отверг нись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною (Мк. 8:31–34). Мы видим, что Петр начинает спорить с Иисусом, отведя Его в сторону, но Иисус отвечает ему так, чтобы слышали другие ученики. Вероятно, Петр своими словами выражал общее недоумение всей группы, потому все и должны были услышать резкий ответ Иисуса.