Mister G. Lazy – Измени этот Магический мир! (страница 12)

– Я думал, что не стоит обсуждать твоего брата в таком ключе.

– Мне плевать, о чем там думает мой отец. Главное это то, что мой брат нашел свой путь.

"Вот как значит?" – сказал про себя Читор, после чего наступило небольшое молчание. Рин осмотрелся вокруг, оглянув на жителей города, что казались ему наивными и глупыми, словно дети. Их житейское веселье радовало парня, будто бы они были его родственниками.

– Читор… – обратился Рин. – Я давно хотел тебя спросить. Мы ведь отличаемся от людей…

– Можно и так сказать, – ответил наставник. – По своей сути мы, пользователи анимы, ближе к духам чем к простым обывателям.

– Но ведь у нас схожее тело, – продолжил Рин. – Мы живём также как и они, но что-то мне не даёт покоя, когда я смотрю в их сторону. Они так слабы, но их жизнь выглядит приятней.

– В нашем мире есть душа, тело и воля, – начал объяснять учитель. – Именно эти части делают нас такими, какие мы есть. Духи обладают развитой душей и волей, что проявляется в их запасах анимы и удивительных способностях, но они никогда не познают чувств прикосновений, наслаждения и так далее, ведь лишены тела. Люди же имеют слабое физическое тело, что не позволяет осознать суть анимы, невеликую душу и такую же слабую волю, но тем не менее они чувствуют себя свободно, за что духи хотят их истребить, считая дарованную им оболочку несправедливым подарком матери-природы. И мы пользователи анимы – на первый взгляд неотличимы от простых людей. Наше развитое тело, а точнее видоизменённый мозг, что позволяет нам понимать суть самой анимы, стоит на ступень выше человеческого. Обыкновенные люди могут увидеть действие наших способностей или узнать о структуре анимы, но вот воспользоваться они ей не могут.

– Я помню, что пропустил урок биологии по этой теме, – не раздумывая, произнёс Рин. – Тоесть мы можем её использовать из-за нашего развитого мозга?

– Именно так, но ещё наша душа и воля также сильно развиты, и только поэтому мы рождаемся такими отличными друг от друга, а наша сила является проявлением наших желаний и души внутри нас. Люди не имеют такой силы, а значит, мы должны…

– Их защищать… – тихо проговорил Рин. – От отца я слышал, что тот самый Мао, который был прошлой главой исследовательского отряда, хотел…

– Убить всех простых людей? – словил на лету Читор. – Мои наставники, включая твоего отца, остановили его, и большего я сказать не могу – в то время я был чересчур молод.

– Как ты думаешь? – начал вопрос Рин. – Почему?

– Я убежден в том, что и у него были свои на то причины, – ответил Читор, которому не сильно нравилась такая тема разговора. – но есть и те, кому ничего не нужно, чтобы творить ужасные вещи. Призмы, через которые мы видим наш мир, различны, и чьи-то способны пропускать лишь черный цвет.

К тому времени наставник уже притащил парня прямо к его дому.

– Ну что? Можешь встать?

– Думаю, что да, – сказал Рин, после чего аккуратно встал на ноги. – Удачи вам учитель!

– И тебе! – завершил Читор, мгновенно удалившийся после прощания.

Рин запомнил этот разговор, и он хотел узнать, через какую призму он видит этот мир.

Глава 9. Уход с поста.

Дом Аойя. Вечер.

– Все нормально, – заявила медик, собирая свою сумку. – Он поправиться. Главное, не переживайте! Парень всего лишь немного переусердствовал.

– Спасибо большое, – дрожащим голосом поблагодарила мать Аойя. – Чем я могу вас отблагодарить?!

– Госпожа Рия, вы ничем нам не обязаны – это наша работа, – мигом собрав вещи, медсестры последовали к выходу. – Мы уже уходим!

– Еще раз огромное вам спасибо! – окликнула мать Аойя на прощание.

Отряд первой помощи вскоре удалился. Аой что-то неразборчиво бурчал во сне. "З-зачем?!" – без перебоя мямлил он.

Вдруг в дверь постучались.

"Я сейчас!" – сообразила Рия, спеша открыть дверь.

– Добрый вечер, – начал Читор, лицо которого казалось лопнет от стыда и волнения.

– Привет Чи, – ответила смягченным она, заметив, что её старый знакомый не находит себе места. – Будь потише, Аой еще спит.

– Хорошо. Как он? – легким шопотом согласился Читор.

– С ним все в порядке, просто переусердствовал.

– Ты же предполагаешь, что я хочу от тебя узнать?

Оба отошли на кухню, где можно было разговаривать в полный голос. Рия усадила мужчину на стул, а сама оперлась на раму у выхода в коридор, одним глазом поглядывая на сына.

– Да, – напряженно, но четко сказала она.

– Так ответь, почему он использовал стихию молнии? У Филда была такая же, да вот только от родителей можно унаследовать лишь объем анимы, но никак не её тип. Лишь за редким исключением семьи могут передавать свои способности от рождения, но развитие стихии не может достаться по крови уж точно.

– Ты прав, – Рии до сих пор было тяжело говорить, что было видно по сипарине, появившейся у неё на лбу. – И я думаю, ты уже знаешь, что для того, чтобы развить стихию ветра в стихию молнии, нужно увидеть жестокую смерть близкого человека собственными глазами, и эта смерть должна сотрясать разум лишь при одной мысли о ней.

– И как же ребенок мог испытать что-то подобное? – промолвил Читор, вспоминая ученические годы Аойя. – И вижу, что он успел попрактиковаться в использовании этой самой молнии.

– От части я виновата в этом в большей мере, ведь он сам не знает, из-за чего эти силы появились, но, на всякий случай, я дала ему свиток со способностью его отца, может в этом я и ошиблась, – тяжелая слеза покатилась по красной щеке женщины, после чего она быстро вытерла её и продолжила разговор. – Я никогда не умела контролировать эмоции, за что меня называли плохим воином, но я уж точно неплохая мать. Ты понимаешь, почему я попыталась утаить правду о его силе, но вот сдерживать её я не могла. Иначе бы она разорвала его изнутри.

– Поздно жалеть о случившемся… – завершил рассказ Читор. – Я это понял уже давно. Но что стало катализатором развития стихии?

– Чтож, я расскажу, – медленно протянула Рия, будто ее что-то сильно терзало изнутри. – По соседству с нами жил рыбак, и Аой очень сильно к нему привязался еще в детстве. Они даже часто ходили в походы. Я доверяла ему, как родному брату! И во время одного из таких походов случилось страшное: рядом с местом, в которое они отправились, скрывались бандиты, поджидавшие карету с феодалом, чтобы его ограбить. И им подвернулась рыбацкая повозка, в которой был Аой и рыбак, – тянула слова Рия, ели сдерживая слезы. – И-и они убили его прямо у Аойя на глазах. Аой не помнит, что конкретно произошло, но вовремя подоспевшая карета с феодалом и его стражами обнаружила лишь двух бандитов в сознании, остальные были разбросаны по сторонам, а также на них обнаружили ожоги. На допросе они заявили, что лишь увидели молнии синего цвета и не более.

– Синего цвета? – озадаченно спросил Читор. – Насколько я понимаю, молнии такого цвета приближены к природным, а желтая, что использовал твой сын, лишь имитация из анимы.

– Да, молнии синего цвета как способность на голову выше желтых. Филд рассказывал мне об этом в общих чертах, и лишь молния Четвертого Ярла могла противостоять и даже превосходить синюю.

– Я хорошо помню фиолетовую у наставника, но мы сейчас о другом. Ты же понимаешь, что развитие стихии в таком возрасте – большая редкость. Я считаю, что ему нужно скрыть сей факт, ведь это может стать проблемой не только для вас, но и для Аргуса.

– Господин Аргус уже давно знает об этом, ведь это он сам расследовал произошедшее.

– Но почему он мне это не сообщил? – спросил Читор, поправивший свои волосы. – Мне ведь об этом можно было рассказать.

– Он поклялся сохранить эту тайну. Если кто-то узнает, что он сын "Разящей молнии", да еще и со схожими силами, то…

– Нам будет несладко, – перебил Читор, который глубоко задумался, почесывая свой затылок. – Вот почему Аргус говорил, что мне еще предстоит открыть эту команду по-новому.

Рия, я не такой хороший наставник, как о мне говорят, ведь я позволил им использовать свои способности на максимуи, и они были близки к гибели. Но я хотел сплотить их, и моя уверенность в своих действиях помешала мыслить рационально…

– Ты же сам сказал, что поздно жалеть о прошлом. Но послушай, моему сыну трудно довериться людям, только вот когда ты стал проявлять к нему то внимание, которое ему было нужно, еще во время обучения, ты напомнил ему того самого рыбака. Он редко со мной разговаривал после того случая, но когда речь заходила о его учителе и сопернике Рине, он не мог остановиться.

– Спасибо, – поблагодарил Читор, осознавший, что его необдуманный поступок простили. – После этого разговора мне стало легче, и я понял ситуацию в целом. Думаю, что наставник Аргус был еще не готов к тому, чтобы мне об этом поведать. Мне пора, я попытаюсь побольше разузнать об этой стихии в записях, хранящихся в библиотеке моей семьи.

– Тебе тоже спасибо за то, что выслушал меня и не стал винить, – Рия улыбнулась Читору на прощанье. – Я непонаслышке знаю, как опасны даже воинские тренировки, но мой сын выбрал свое призвание, а отступать он не намерен.

Рия проводила старого друга к выходу. Читор улыбнулся на прощание и помахал рукой. Сейчас он как никогда ранее осознавал, что миссия, возложенная на него, отнюдь не легка.

В кабинете Главного военного советника императора царила неразбериха – Аргус и его подчиненные пытались разобрать документы и другие бумаги по своим местам.