Миссионер Джейн – Чёрные Воды (страница 7)

Роберт поднял лицо к небу, прищурившись от утреннего солнца. Свет упал на его ресницы, отбросив тень на влажные от слёз глаза. Маргарита вздрогнула, поймав его мысль. «Снова здесь».

«Ему не место среди нобилисов»,– подумала девушка, закусив губы,– «Как и мне не место среди нас… Не могу поверить. Он такой же, как я… Это моя родственная душа!».

–Ахор!– громко произнесла она, отвлекая парня от размышлений и отчаяния. Юноша обернулся. Какое-то время он не двигался.

–Ахор…– повторила сирена, заметно нервничая,– Роберт?!

–Конечно,– он как-то безразлично поднялся на ноги,– Сейчас я тебе помогу.

Парень подошёл к русалке и склонился над ней. С огромным трудом от усталости и жажды, Роберт взял тяжёлое морское чудо на руки и, шатаясь из стороны в сторону, потащил её с мели в воду. Маргарита машинально обняла его одной рукой, взволнованно смотря по сторонам. Шаг за шагом. Девушка замерла, когда взгляд упал на столь близкое в этот момент лицо, покрытое трёхдневной щетиной. Она ощутила что-то такое, чего раньше точно не знала… В груди сердце вновь начало отбивать безумный ритм. Тело человека было таким нежным, но в то же время сильным, несмотря на начинающееся обезвоживание… Маргарита подумала о том, что не хочет, чтобы Роберт выпускал её из рук. Если бы он мог жить в воде, сирена забрала бы его с собой, поселила в своей пещере, даже ловила бы ему добычу, лишь бы только он находился рядом и дарил ей свою красоту и теплоту. Маргарита ощутила боль расставания во всей красе. Больше она никогда не увидит этого человека.

Роберт упал на колени, погрузившись в воду по самую шею, и отпустил Маргариту. Она была вынуждена разжать своё объятие, выскальзывая из его рук.

–Отсюда ты и сама можешь уплыть…– тихо произнёс юноша, поднимаясь на ноги,– Прощай…

Он отвернулся и столь же медленным шагом направился к берегу. Маргарита смотрела ему вслед, широко раскрыв свои чёрные глаза. Ещё ночью Роберт был не столь разбит в душе, как сейчас, когда его ноги коснулись земли. Девушка подумала, как же тяжело ей расставаться с этим мужчиной, а он просто уходил, не испытывая никакого сожаления.

–Роберт…– тихо, но срываясь на писк, произнесла девушка. Он обернулся. Маргарита не двигалась с места, держась на поверхности, хоть хвост и цеплялся за дно. Юноша тоже замер на месте. Взволнованный взгляд морского чудовища и взгляд человека, полный безнадёжности и безразличия. Русалка ещё сильнее заволновалась, когда парень вновь сделал шаг в воду. Она боялась плыть ему навстречу. Не знала, чего именно боялась, но руки то и дело барахтались в воде. Паника – плохая эмоция.

«Нечего терять»,– снова услышала она его мысль. Подойдя очень близко, Роберт наклонился и вновь встал на колени, погружаясь в воду. Маргарита увидела его странную ухмылку. Затем он осторожно коснулся её чешуйчатой щеки своей мокрой, но тёплой рукой, и приблизился лицом к лицу. Маргарита задрожала, когда он, зажмурившись, коснулся губами её ледяных синих губ. Лишь короткое касание, и снова отстранился. На его губах остался привкус слизистой кожи русалки, но парень не вытер его.

–Спасибо…– прошептал,– Вдруг, это принесёт нам обоим удачу…

Маргарита непонимающе смотрела на нобилиса. Что это означало? Что это был за жест у людей? Она никогда не видела, чтобы русалки делали так, однако она поняла, что так люди, скорее всего, выражали благодарность. Но… Ей очень понравилось ощущение дыхания человека на своём лице. Пробудилось какое-то необъяснимое влечение. Когда Роберт попытался встать, девушка вцепилась рукой в его запястье, едва не царапая когтями. На мгновение Роберт даже решил, что Щивэс сейчас его убьёт, в конце концов, это хищник, но терять всё равно было нечего. Она просто не хотела, чтобы он уходил.

–«Оставайся здесь! Я буду приплывать к тебе…»– затараторила девушка, но Роберт лишь улыбнулся в ответ. Маргарита разжала хватку. Он, конечно же, ничего не понял.

–Удачи тебе, морское чудо…

На этот раз она позволила ему уйти. Уже через несколько минут он скрылся за высокой травой, окружающей берег, прихватив с собой свой мешок. Не обернувшись более ни разу, он оставил Маргариту с ощущением полнейшей пустоты. Так должно было произойти, но девушка ведь так мечтала узнать людей поближе, понять, в самом ли деле они такие жестокие, какими их выставляли сёстры! Нет. Роберт, по крайней мере, был не таким. Но ведь было столько вопросов, которые она не смогла и не успела задать, столько желаний, которые она не успела удовлетворить! Она так хотела, чтобы Роберт показал ей свой мир, обычаи, правила… Маргарита отправилась домой, терпя в душе ощущение выжатого лимона. Она потратила несколько дней и познала все эти сомнения ради того, чтобы просто молча расстаться навсегда?.. Будет ли Роберт помнить Маргариту? Вряд ли. Только как мифическое создание, но не как друга. В Маргарите осталось ощущение, схожее с чувством голода после того, как тебя растравили невероятно вкусным запахом любимой пищи, но не дали её вкусить…

Всю дорогу Маргарита вспоминала русые волосы Роберта, тёплую гладкую кожу и красивую улыбку… Сёстры обязательно сказали бы, что это уродец, пища, добыча, но Маргарита, вновь и вновь позволяя себе представлять его лицо, понимала, что эти несколько дней в его спасении, как бы ни было обидно, стоили того. За эти короткие несколько дней она почувствовала нечто новое, приятное, жгучее. Впервые она ощутила, что делает что-то реально важное, от чего зависит чья-то жизнь, а не просто заманивает очередной корабль, чтобы принести смерть. Много смерти и горя. Боли и ужаса… Впервые Маргарита почувствовала что-то родственное своей природе. Марго отдала бы всё на свете, если бы только был способ стать человеком… Она представляла, какого это, ходить по земле босиком, чувствовать холод и греться тёплой одеждой, воображала людские пещеры, или где они там жили… Она хотела бы увидеть и познать всё, но единственное, что она могла, так это плыть обратно в Чёрные Воды, чтобы снова бесцельно проводить день за днём. Не мечтая, не испытывая больше этих запретных желаний, не любя…

Маргарита заплыла в свою пещеру и немедленно погрузилась в сон. Она хотела выспаться, прежде чем отправиться к своей бабушке. Больше всего сейчас хотелось излить душу самой близкой русалке. Девушка думала, что сёстры, если и заметили её отсутствие, то только потому, что петь теперь больше было некому. А Марго надоела такая жизнь! Она хотела вернуться на берег, к Роберту, но это было бессмысленно. Он не ждал её. Хотя бы в память о нём она должна попытаться измениться, изменить свой образ жизни, потому что жить с грузом убийства всех этих безобидных и добрых созданий она больше не сможет. Пусть не все они были безобидны! Но ведь и не все заслужили смерти. Маргарита либо примет другой путь, либо, как и Роберт, больше не увидит смысла продолжать так жить. Да и вообще жить.

Маргарита грезила о Роберте даже во время крепкого сна. Ей снилось, как он, сидя на берегу, машет ей рукой, зовёт, называет её имя… И Маргарита выходит к нему на двух ногах, ощущая своей гладкой кожей холод утреннего бриза. Русалка касалась губами губ мужчины. В стае никто этого не делал. Такие касания губами рук другой русалки обычно означали почтение, но чтобы губы в губы… До чего чудной народ! Но Маргарите это понравилось. Ей снилось, как она жадно втирается лицом в шею Роберта, будто желая ощутить всё его тепло. Она лежала всем телом на мужчине, прижимая его к песку, обвивая ногами его ноги. Русалки выводили потомство, согласно инстинкту, холодно и по приказу природы… Маргарита же почему-то мечтала об удовольствии… Но она даже представить себе не могла, как это происходит у людей, поэтому её фантазия пыталась нарисовать какое-то подобие на брачную игру русалок до того, как Маргариту разбудила Сангуис, заглянувшая в пещеру сестры.

–Вернулась…– тихо произнесла она после того, как Маргарита подняла голову и посмотрела на неё,– Где была?

–Гуляла,– раздражённо ответила младшая,– Зачем разбудила? Я устала!

–Девочки говорят, на горизонте видно судно,– холодно продолжила Сангуис,– Мы бы хотели его завлечь…

–Вот и завлекайте сами!– огрызнулась Маргарита и резко отвернулась к стене, накрываясь одеялом с головой,– Мне до этого дела нет.

–Торторэм это не понравится. Она сказала, чтобы я тебя позвала.

–Пусть Торторэм сама и поёт! Я сплю, и буду спать, сколько захочу.

–Ну, как знаешь.

Сангуис уплыла. Маргарита нахмурилась, представляя, какую сцену устроит Торторэм, когда Сангуис ей расскажет о том, что младшая отказывается петь. «Больше никаких кораблей»,– Марго отбросила одеяло и покинула пещеру, направляясь к бабушке,– «Пусть Торторэм со своими желаниями катится к кракену».

-Бабушка?..

Маргарита медленно заплыла в одну из расщелин подводной скалы. Нужно было соблюдать осторожность, чтобы не напугать пожилую русалку, которая в последнее время была очень агрессивной. Морская хищница не была похожа на человеческую старушку. Её волосы были седыми, а брови столь же белы, но вместо морщин на всё ещё молодом лице красовалась местами ободранная чешуя. Пожилую кожу русалки приходилось тщательно оберегать от любых травм. Чуть заденешь, и заживает очень долго. Охота становилась труднее из-за ухудшения зрения и реакций, менялся окрас хвоста, а цвет тела с бледно-голубого почти обесцвечивался. Бабушке было ещё только пятьдесят лет, но русалки не жили долго вопреки мифам людей. Самая пожилая русалка когда-то умерла в семьдесят три года, что по людским меркам было около ста пятидесяти лет. Сирены быстро созревали, но и быстро старели и умирали. Даже самой Маргарите было лишь пятнадцать, но она выглядела на двадцать пять от силы в глазах людей. Бабушка говорила, что уже через год ей нужно найти себе подходящего самца, иначе не успеет насладиться семейной жизнью, но Марго никогда не улыбалась данная перспектива, особенно в свете новых обстоятельств. Она с ужасом думала, что теперь вообще никогда не захочет найти себе пару. Не среди русалок с холодной чешуйчатой кожей и мёртвыми глазами. Только не среди них. Ни один из самцов стаи никогда не сможет сравниться по красоте с Робертом. Маргарита совершенно не знала этого мужчину, но, если бы у неё появился шанс узнать его поближе, она воспользовалась бы этим, не теряя ни минуты. Жаль, что они больше никогда не встретятся.