Мишель Уиллингем – Принцесса по случаю (страница 11)
– Папа может превратить мою жизнь в одно сплошное несчастье. И я буду погублена, если не выйду замуж.
– Настало время самой устраивать свою судьбу. Если вы уже погублены, то вам нечего терять. Делайте что хотите.
Ханна уставилась на него, будто не имела ни малейшего представления о том, как следует вести себя погубленной женщине.
– Не знаю. Я всегда… делала то, что должна.
Она сделала шаг по направлению к дому, прочь от него. Майкл внезапно понял, что она просит его спасти ее не из-за родителей, а из-за того, что необходимость повиноваться так глубоко укоренилась в ней. Если он украдет ее со свадьбы, она сможет переложить всю вину на него, а не брать ее на себя.
Но он не сказал, потому что не мог позволить, чтобы она вышла замуж за такого негодяя, как Белгрейв.
Майкл вздохнул и сказал:
– Предупредите меня, если что-то изменится. Ваши братья знают, где меня найти.
– С вами все будет в порядке? – спросила она слабым голосом. – Что, если мой отец…
– Он не может мне ничего сделать, – прервал ее Майкл.
Не пройдет и пары недель, как между ними будут лежать сотни миль.
Он вернется в армию, будет сражаться с врагом и выполнять приказы, пока не встретит свой конец. Такие люди, как он, ни для чего иного не пригодны.
– Спасибо за то, что согласились мне помочь. – Ханна потянулась к своей шее и расстегнула бриллиантовое колье. – Я хочу, чтобы вы взяли вот это.
– Оставьте.
Майкл сомкнул ее пальцы вокруг блестящих камней. Такая невинная душа, как она, никогда не сможет понять, каковы могут быть последствия, если он возьмет колье. Ее отец обязательно обвинит его в краже.
– Если вы планируете следить за мной, тогда вам нужна причина, чтобы вернуться. – Она положила колье в его ладонь.
Майкл не рассматривал это в таком свете.
– Вы правы.
Колье действительно давало ему разумную причину, чтобы вернуться, и потому он спрятал драгоценности в свой карман.
– Возвращайтесь через день-два, – приказала она. – А я позабочусь, чтобы вы получили вознаграждение за свою помощь, и не важно, нужно это вам или нет.
Он не примет от нее никакого вознаграждения.
– В этом нет необходимости.
– Есть.
В ее зеленовато-голубых глазах Майкл увидел решимость.
Ханна решительно скрестила руки.
– Я не дам отцу разрушить свое будущее. – Выражение ее лица стало упрямым. – И я не позволю ему сделать это и с вашим будущим тоже.
Пожилая женщина бесцельно бродила по улицам, ее малиновая шляпка пылала в море темно-коричневых и черных. Майкл проталкивался мимо торговцев рыбой и продавцов вразнос, осторожно шагая по Флит-стрит.
Миссис Тернер снова не в себе и потерялась. Он ускорил шаг, маневрируя среди матросов, гуртовщиков и мясников. Наконец он ее догнал.
– Доброе утро, – поприветствовал он ее, приподнимая шляпу.
В ее тускловато-серых глазах не мелькнуло узнавания, но она слегка кивнула и продолжала свой путь.
Миссис Тернер была его соседкой и приятельницей, сколько он себя помнит, но недавно она начала страдать от приступов забывчивости.
Майкл ничего не знал о таком ее состоянии, пока не вернулся в Лондон в прошлом ноябре. Сначала вдова покупала ему еду и напитки, присматривала за ним, пока он поправлялся от огнестрельных ранений. А потом он принес ей губительную новость о гибели ее сына Генри под Балаклавой.
Миссис Тернер становилось все хуже. Бывали моменты, когда она помнила лишь то, что происходило в прошлом.
Сегодня она его вообще не узнала.
Майкл пытался придумать способ достучаться до ее потерянной памяти.
– Вы ведь миссис Тернер, не так ли? – спросил он, стараясь не отставать от нее. – Из дома номер восемь по Ньютон-стрит?
Женщина остановилась, страх читался на ее лице.
– Я вас не знаю.
– Нет-нет, вы, вероятно, просто не помните меня, – быстро сказал он. – Но я друг Генри.
Услышав имя сына, миссис Тернер усмехнулась:
– Я никогда не видела вас прежде.
– Генри послал меня отвезти вас домой, – заверил он ее ласково. – Вы позволите мне пойти с вами? Уверен, что он оставил вам чай, виски, мармелад и хлеб.
При упоминании о любимой еде ее нижняя губа задрожала. Морщинки собрались в уголках ее глаз, и из них полились слезы.
– Я заблудилась?
Майкл взял ее за руку, ведя в нужном направлении:
– Нет, миссис Тернер.
Пока он вел ее по многолюдным улицам, ее хрупкая рука держала его с удивительной силой. Они подошли ближе к ее дому у Пибоди-сквер, и ее лицо приняло более спокойное выражение. Узнала она знакомую обстановку или нет, но казалось, она повела себя более непринужденно.
Майкл помог ей войти и заметил, что у нее кончился уголь.
– Минуточку, я разожгу камин.
Вручив ей вязанный крючком плед, Майкл усадил ее в кресло-качалку.
Купив для нее ведерко с углем, он вернулся в ее жилище, и вскоре огонь в камине уже горел.
Миссис Тернер подвинулась к камину, все еще не снимая своей ярко-малиновой шляпки. Майкл сам подарил ее ей на это Рождество не потому, что потакал ее любви к возмутительно кричащим цветам, а, скорее, для того, чтобы было легче обнаружить ее в толпе.
– Ну, Майкл, – внезапно заговорила она, ее губы расплылись в теплой улыбке. – Какая неожиданность, что ты пришел меня навестить! Поставь чайник, ладно?
Майкл с облегчением вздохнул, обрадовавшись, что миссис Тернер его вспомнила.
– Ты выглядишь дьявольски красивым, должна сказать. – Миссис Тернер просияла. – Где ты взял эту одежду?
Майкл не сказал ей, что она сама вчера вечером выбрала ему кое-что из одежды своего сына. Воспоминания о смерти Генри вызывали у нее слезы.
– Один хороший друг дал, – ответил он.
Когда чайник вскипел, он принес ей чашку, щедро добавив в нее виски.
Она с жадностью выпила, причмокивая губами.
– Ах, какой ты славный молодой человек, Майкл! Расскажи мне о вчерашнем бале. Ты познакомился с какой-нибудь юной леди, на которой мог бы жениться?
– Возможно.
Ему на ум пришла прелестная леди Ханна.
– Но они все бросили меня на произвол судьбы.