Мишель Смарт – Свадьба по ее правилам (страница 2)

Кэролайн показалось, что она завалила предварительное собеседование, поэтому она покинула офис фонда с мыслью, что все испортила. Когда она получила приглашение на второе собеседование, то была очень сильно удивлена. И теперь, когда часы тикали все громче, приближая назначенное время, ей вспоминалась жгучая ненависть в глазах Андреаса в тот момент, когда их взгляды пересеклись.

– Мисс Данвуди?

Кэрри моргнула и подняла глаза, увидев, что перед ней стоит девушка-референт.

Она так долго носила фамилию Риверс, что воспринимала ее как свою собственную. Ее настоящая фамилия звучала непривычно, ею она не пользовалась с четырехлетнего возраста, когда мать вышла замуж, и она подумала, что разумно продолжать подписывать привычной фамилией свои публикации, посвященные журналистским расследованиям. В данном случае это решение пришло само. Она была известна как Кэрри Риверс. Ее свидетельство о рождении, водительские права и паспорт были на фамилию Кэролайн Данвуди.

– Господин Самарас готов с вами встретиться.

Кэрри замутило от волнения, и, вцепившись в ремешок своей сумочки, она последовала за секретаршей по широкому коридору.

Ей потребовалась уйма времени, чтобы найти идеальный наряд для этого собеседования. Она хотела выглядеть профессионально. В результате остановилась на кашемировом топе кремового оттенка с маленькими пуговицами, элегантных серых брюках и строгих черных туфлях на высоких, но удобных каблуках. Теперь ей казалось, что одежда тесновата, а каблуки неустойчивы.

Дверь открылась, и Кэрри впустили в кабинет, который был в два раза больше, чем их журналистский офис, и в сто раз роскошнее.

Там, за огромным дубовым столом, сидел Андреас Самарас и работал за одним из трех компьютеров.

Сердце застучало, ее замутило от волнения.

Он не оторвался от компьютера.

– Одну минуту, пожалуйста, – сказал мужчина отрывисто, и она вспомнила этот голос, пять лет назад они говорили с Андреасом по телефону.

Сестра Кэрри и племянница Андреаса учились вместе в одной школе-интернате и были соседками по комнате. Они так сдружились, что проводили вместе выходные и праздники. Андреас позвонил Кэрри, решив обо всем договориться. Они были единственными опекунами этих детей, позднее они обменивались текстовыми сообщениями в качестве подтверждения того, что Натали собиралась провести выходные у Кэрри или что Вайолет гостила в доме Андреаса. Они связывались друг с другом регулярно, вплоть до того дня, когда он подстроил исключение Вайолет.

Наконец Андреас поднял глаза от своего компьютера, отодвинул кресло и встал. Он был высоким и сильным, и это так же бросалось в глаза, как и в прошлую их встречу, когда он прошел мимо нее три года назад.

– Приятно познакомиться, мисс Данвуди.

Кэрри посмотрела на огромную руку, протянутую ей, и заставила себя пожать ее. Его пальцы были большими и теплыми, рукопожатие – энергичным.

– Присаживайтесь, – предложил он дружелюбно.

Кожа на ее руке горела в том месте, где он к ней прикоснулся, и она едва удерживалась от того, чтобы потереть ладонь о бедро. Она заняла место, которое он ей указал, испустив легкий вздох облегчения.

Кэрри почти не сомневалась, что он не узнал ее. Внешне она сильно изменилась с тех пор, как три года назад он испепелил ее свирепым взглядом своих светло-карих глаз, выходя из кабинета директора. Из-за стресса она сильно похудела, и черты ее лица заострились. Также она долго искала идеальный цвет для волос, но в конце концов вернулась к своему естественному каштановому.

Если бы Андреас хотя бы примерно представлял, кто она на самом деле, ее бы здесь сейчас не было. Она бы не получила приглашение на второе собеседование.

Казалось невозможным, что он знал ее имя и род деятельности, но за пять лет работы она уяснила, что ничего нельзя сбрасывать со счетов.

Мужчина задумчиво смотрел на нее, а не на документы перед ним, которые, как она догадалась, были ее рекомендациями и резюме, и Кэрри изо всех сил пыталась не покраснеть. Когда она наконец подняла на него глаза, то оказалась под мощным влиянием его мужской притягательности, парализовавшей ее разум и заставившей ее сердце бешено колотиться.

У Кэрри пересохло в горле и перехватило дыхание. Вне зависимости от того, что представлял собой Андреас, одно было несомненно – он был безумно привлекательным мужчиной. У него были густые темно-каштановые волосы, немного более светлые на концах, спадающие на широкий лоб, скулы, на которых можно было кататься на лыжах, точеная квадратная челюсть с заметной щетиной и тонкий нос с небольшой горбинкой. Кожа казалась обветренной и с глубоким загаром, и он выглядел на свой возраст – тридцать семь лет.

Определенно, это самый мужественный и красивый мужчина, которого она когда-либо видела.

Потом он криво улыбнулся. Его улыбка была похожа на оскал большого плохого волка за минуту до того, как он съел бабушку.

– Поздравляю с приглашением на финальное собеседование, – произнес он на безупречном английском. Кэрри знала (у нее было собрано много информации об этом человеке), что он изучал английский на своей греческой родине, а затем усовершенствовал его в американском университете. Он говорил бегло, его приятный акцент звучал в ее ушах как божественная симфония. – Буду честен и скажу вам, что вы – мой предпочтительный кандидат.

Она опешила:

– Правда?

Его глаза сверкнули.

– Прежде чем я углублюсь в описание своих требований, мне нужно кое-что знать о вас.

Она попыталась скрыть свой страх под улыбкой, которую с трудом изобразила.

Заметил ли он несоответствия в ее резюме?

После минутного молчания, повисшего между ними, она наконец смогла произнести:

– Что именно вы хотели бы узнать?

– Резюме и рекомендации дают лишь скудное представление о человеке. Если я возьму вас на работу, мы будем проводить много времени вместе. Вы будете моей правой рукой, распорядительницей моего домашнего очага. Вы будете знать мои самые сокровенные секреты. Итак, мисс Данвуди… могу я называть вас Кэролайн?

Она слегка кивнула. Единственным человеком, который называл ее так, была ее мать, но она не произносила ее имя так певуче, как Андреас. Что за странные мысли приходят ей в голову?

– Кэролайн. Если я дам вам работу, мне нужно доверять вам и нужно понять, сможем ли мы сработаться.

Его расслабленная поза, бархатный баритон, располагающее к себе лицо завораживали ее, но где-то на задворках сознания мигала тревожная лампочка. Инстинкт подсказывал ей, что нужно схватить сумку, пальто и прямо сейчас бежать из офиса.

– Вы замужем или у вас есть друг? – продолжил он. – Я спрашиваю об этом, потому что вы много времени будете тратить на работу, а не на личную жизнь.

– Я не состою в отношениях.

У нее никогда не было и не будет романов. Мужчинам нельзя доверять. Она это давно поняла.

– Дети?

Она покачала головой, сразу подумав о Вайолет, которую любила как дочь.

– Иждивенцы? Собаки, кошки, золотые рыбки?

– Нет.

– Хорошо. Я не приношу извинений. Я требовательный работодатель, и это практически круглосуточная работа. Дебби что-то говорила об этом на предварительном собеседовании?

– Что это работа в вашем доме по обеспечению всех ваших потребностей.

Он наклонил голову, его лицо стало задумчивым.

– Так написано в объявлении, но вы должны знать, что работа связана с моей повседневной жизнью. Моя личная помощница следит за функционированием всех моих домов, но никакой домашней работы делать не нужно, для этого есть обслуживающий персонал. Я много работаю. Поэтому, придя домой, хочу оказаться в комфорте, чтобы все мои потребности удовлетворялись четко, быстро и без лишних вопросов. Мне постоянно нужен рядом человек, который будет делать все, в чем я нуждаюсь в конкретный момент: налить кофе, приготовить одежду, сделать так, чтобы полотенце было под рукой, если я занимаюсь спортом, – в общем, такого рода вещи.

«Этому мужчине нужен был не личный помощник, а раб», – возмущенно подумала Кэрри, слушая его соблазнительный голос.

– Взамен я предлагаю очень щедрую зарплату. – Он назвал цифру, которая заставила ее изумиться, это было в четыре раза больше ее журналистского дохода.

Любой другой соискатель ухватился бы за эту возможность обеими руками. Это была огромная сумма, нужно было быть всего лишь личной служанкой Андреаса.

Он положил руки на стол, наклонился вперед и посмотрел на нее таким взглядом, что внутри у нее все сжалось.

Чем дольше она смотрела в его глаза, тем более удивительными они ей казались: светло-коричневые, медовые, глубокие. Если она будет работать на него, ей нужно постоянно быть начеку. При условии, что она собиралась жить под его крышей. Этот человек реально опасен.

– А еще, Кэролайн, – сказал Андреас, и темп его речи немного замедлился, – у меня есть одно дополнительное требование к кандидату на эту должность.

– Какое же?

– Мне нужен кто-то с веселым нравом.

Она так не сумеет. Как ей быть веселой с человеком, которому она не может симпатизировать?

– Я имею в виду, что работа достаточно стрессовая. По приходе домой мне хотелось бы, чтобы меня приветствовали с улыбкой и не дергали по мелочам. Можете ли вы улыбаться?

Он задал вопрос с напускной серьезностью, и ее губы сами по себе растянулись в улыбке.

Его глаза блеснули в ответ.