Мишель Смарт – Следуй за своим сердцем (страница 2)

Эта архаичная оговорка никогда не была проблемой. Поскольку в конце концов женились все. Все люди, как правило, это делали, особенно аристократы. Но времена менялись и нравы тоже.

Даниель был совсем маленьким, когда умер его дед, и все имущество унаследовал его отец. Будучи вторым сыном, Даниель всегда считал, что после отца все семейное добро перейдет к Пиете. И это его устраивало. Он не жаждал наследства. Старый замок, на содержание которого уходили астрономические суммы, он ненавидел, а уж идею о женитьбе и вовсе считал неприемлемой. Кроме того, он находил особое удовольствие в том, чтобы вести разудалую холостяцкую жизнь в противоположность серьезному, рассудительному Пиете.

Но вот Пиета погиб…

Пару месяцев Даниель втайне надеялся, что вдова Пиеты, Наташа, окажется беременной – в этом случае, при условии что ребенок будет мальчиком, он бы и стал следующим наследником, а Даниель продолжил бы вести свободную, беспечную жизнь.

Вскоре стало очевидно, что Наташа не беременна от Пиеты. Мало того, не успело еще его тело остыть в земле, она закрутила роман с Маттео, его кузеном, который жил с ними на правах родного брата с тринадцати лет. И этот бесправный ублюдок заявил, что Наташа беременна его ребенком!

В результате Даниель стоит перед выбором: либо жениться и потерять свободу ради нежеланного наследства, либо позволить кузену-предателю унаследовать все, что бережно передавалось от отца к сыну. Стиснув челюсти, он покрутил головой, размышляя о своей матери, о ее любви и гордости за семью и ее наследие, из-за которого она вышла замуж в девятнадцать дет – совсем девчонкой.

Что ж, выходит выбора-то у него и нет.

– Придется мне жениться.

– Да.

– И побыстрее.

– Да. Есть кто-нибудь на примете? – осторожно поинтересовалась Франческа. Она прекрасно знала, как ненавистна брату мысль о женитьбе. Но, будучи отлично подкованной в юридических вопросах, не видела иного пути оставить Даниеля холостым, кроме как уступить наследство Маттео. И она поклялась, что однажды все изменится, и больше никому из Пеллегрини не придется жертвовать своими убеждениями и желаниями из-за наследства.

Даниель же вспоминал всех женщин, с которыми общался за последние несколько лет. Прикинул, сколько из них все еще не замужем. Подумал, что любая не раздумывая бросится в магазин за свадебным платьем, стоит ему лишь заикнуться о женитьбе. А потом ему вспомнилось последнее свидание. Единственное, которое не завершилось в его спальне.

Инстинктивно он потрогал пострадавший нос, все еще заклеенный пластырем. Вспомнил ясно читавшуюся в кристально чистых голубых глазах Евы неприязнь, когда она смотрела на него…

В его первый приезд на Кабальерос Ева работала у него переводчицей. На острове, где царил хаос и доминировал коричневый цвет, эта девушка была настоящей отрадой для глаз. Красивого оттенка рыжие волосы, которые она собирала в конский хвост, алебастровая кожа – должно быть, она пользовалась сильным солнцезащитным кремом, чтобы сохранить ее такой белой. Ее естественная красота поразила Даниеля. Несмотря на то что одета она была в простые джинсы и форменную футболку агентства «Блю трейн», Ева Берген являлась, пожалуй, самой красивой и сексуальной женщиной из всех, с кем ему доводилось общаться за свои тридцать три года. И он ей категорически не понравился.

Даниель взглянул на обеспокоенное лицо сестры и с полуулыбкой кивнул.

– Да, я знаю подходящую женщину.

Покинув апартаменты час спустя, он подумал, что, как бы то ни было, по крайней мере, мама будет довольна его выбором.

Ева терпеливо ждала своей очереди в душ, коротая время за игрой на телефоне. Запас воды в лагере был ограничен, так что расходовали ее экономно. Ева стала настоящим экспертом по мытью прохладной водой раз в три дня. Как и остальные сотрудники агентства, работавшие в лагере, она чувствовала одновременно вину и облегчение, когда отправлялась на выходные в комфортабельный отель на Агуадилле. Здесь она могла за свой счет, конечно, понежиться в горячей ванне с ароматной пеной и привести себя в порядок как следует, в отличие от тех несчастных людей, что жили в лагере постоянно.

Единственной вещью, которая в лагере дефицитом не являлась, был мобильный телефон. Казалось, что сотовый имелся у каждого, включая совсем маленьких детишек. Бешеной популярностью пользовалась бесплатная игра, в которой надо было взрывать разноцветные шарики. Практически все без исключения обитатели лагеря, и беженцы и персонал агентства, с азартом состязались друг с другом в Сети. Ева не была исключением, и вот сейчас, стоя у душа, она старалась набрать как можно больше очков, чтобы попасть в сотню лучших игроков, а за ее игрой с интересом наблюдали несколько подростков. Так что сигнал входящего вызова она проигнорировала.

– Ответь, – посоветовал Одни, старший из наблюдателей, с кривой ухмылкой.

– Перезвонят, – отмахнулась Ева, тоже усмехнувшись.

Тогда, все с той же кривой ухмылкой, Одни выхватил у нее из руки телефон, нажал на кнопку ответа и приложил к уху.

– Это телефон Евы. Как вас представить?

Его дружки радостно загоготали, и сама Ева не удержалась от смеха.

– По-английски? Говорю немного. Ответишь, Ева?

Она молча протянула руку, и Одни вернул ей телефон, не сводя с нее глаз.

– Ты не сохранила игру, – ехидно заметил он и злорадно рассмеялся.

Однако Еву это ничуть не расстроило, она обожала детей – и малышей и подростков.

– Слушаю, – наконец весело ответила она.

– Ева? Это ты?

Вся ее радость в момент улетучилась.

– Да. Кто это? – спросила она, хотя сразу узнала звонившего. Этот глубокий тембр и акцент Даниеля Пеллегрини не узнать было невозможно.

– Это Даниель Пеллегрини. Мне нужно встретиться с тобой.

– Позвоните моему секретарю и договоритесь о встрече. – Конечно, никакого секретаря у нее не было. И он это знал.

– Это очень важно.

– Не имеет значения. Я не хочу встречаться.

– Захочешь, когда узнаешь причину.

– Это вряд ли. Вы…

– Я человек, у которого есть предложение, которое принесет пользу вашему лагерю, – перебил он.

– Что вы имеете в виду? – с подозрением поинтересовалась она.

– Встретимся, и все узнаешь. Обещаю, польза будет и тебе, и лагерю.

– Следующий выходной у меня…

– Я лечу на Агуадиллу. Там и встретимся.

– Когда?

– Вечером. Пришлю за тобой кого-нибудь через пару часов.

Отбой.

Глава 2

При виде роскошного отеля, к которому подвез ее водитель Даниеля, сердце Евы упало. Это был тот же отель, где они ужинали на прошлом «свидании». Ну конечно, а где еще он мог назначить ей встречу? Отель «Иден» был самым дорогим на Агуадилле.

На ней были простые чистые джинсы и черная рубашка, которую она не смогла погладить – в лагере отключили электричество, а тратить энергию генератора на глажку было бы настоящим расточительством. В общем, как и в прошлый раз, она почувствовала себя неряшливой оборванкой, которой здесь совершенно не место.

Когда она вошла в холл, к ней немедленно направился служащий отеля, на табличке, приколотой к лацкану золотой булавкой, под именем значилось «Генеральный менеджер».

– Синьорина Берген? – учтиво осведомился он.

Она кивнула, подумав, что описать и узнать ее, конечно, было проще простого. Рыжеволосая бедно одетая женщина.

– Пойдемте со мной, пожалуйста.

Она послушно последовала за ним мимо огромного фонтана, ресторана, где они с Даниелем ужинали месяц назад, мимо бутиков к лифту, который обслуживал коридорный. Едва менеджер нажал кнопку верхнего этажа, раздался звон.

– Куда вы меня ведете?

– В апартаменты синьора Пеллегрини.

Они достигли верхнего этажа, едва он успел ответить. Коридорный распахнул перед ними дверь.

Ева замешкалась.

Ужинать в личных апартаментах совсем не то, что в публичном месте. Вряд ли это будет разумно.

Менеджер терпеливо ждал, пока она выйдет из лифта. Все, что ей надо было сделать, – открыть рот и сказать «нет». Если Пеллегрини так сильно нужно встретиться с ней, могли бы поужинать в публичном месте. А ей надо было просто поставить ему такое условие – и никуда бы он не делся.

Но что-то подсказывало Еве, что, несмотря на все свои недостатки, Даниель не из тех мужчин, которые принуждают женщину к чему бы то ни было. Так что она вышла из лифта и последовала за менеджером по широкому коридору. Они остановились у двери, он постучал. Дверь сию же секунду открыл дворецкий.

– Добрый вечер, синьорина Берген, – поприветствовал он Еву на хорошем английском. – Синьор Пеллегрини ждет вас на балконе. Могу я предложить вам что-нибудь выпить?

– Стакан воды, пожалуйста. – Она старалась говорить твердо и спокойно, чтобы не выдать своего изумления при виде размеров и роскоши апартаментов.

Присутствие дворецкого несколько успокоило Еву. Менеджер пожелал ей хорошего вечера и удалился. Она прошла в просторную светлую комнату, затем – на огромный балкон, с которого открывался прекрасный вид на Карибское море, сейчас уже черное, расцвеченное мерцающими отражениями звезд. Слева располагался бассейн, справа – накрытый на двоих стол, за которым спокойно разместилась бы дюжина гостей. За ним вальяжно восседал Даниель Пеллегрини. При виде Евы он поднялся и направился к ней, протягивая вперед руки.

– Ева, рад снова тебя видеть, – произнес он с широкой улыбкой. Сегодня он совсем не был похож на того Даниеля, который три дня назад раздраженно требовал подлечить ему нос.