Мишель Смарт – Прочь от одиночества (страница 2)

У нее был маленький секрет – подписанная Наташей бумага, дающая ей право на любые действия, которые она сочтет необходимыми, любые ресурсы из фонда Пиеты и семейных сбережений. Франческа знала, что Даниель был взбешен тем, что она, по его мнению, воспользовалась слабостью Наташи – и, нужно признаться, не отрицала своей вины, – но что поделать. Уходя с поминок, Франческа отвела в сторону Маттео и попросила его присмотреть за невесткой. Двоюродный брат был им не просто родственником. Он жил с ними с тринадцати лет и, будучи ровесником Пиеты, дружил с ним крепче остальных. Он присмотрит за Наташей ради брата.

Прежде чем Франческа успела как следует осмотреться, взор ее привлек сидящий в одном из кожаных кресел мужчина – на складном столике перед ним стоял ноутбук. Она замерла на месте, шокированная присутствием незнакомца. Однако никто из персонала не выказал удивления. Тут мужчина поднял на нее темно-карие глаза. О, какой он, оказывается, симпатичный! Франческа затаила дыхание. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем он заговорил:

– Вы, должно быть, Франческа.

Он говорил с сильным акцентом. На полных губах не было и тени улыбки. Франческа очнулась.

– А вы кто?

– Филипп Лоренци.

– Так это вы Филипп?!

По рассказам Маттео и Даниеля она представляла себе Филиппа совершенно иначе – этаким приземистым лысым крепышом с татуировками, в заношенных брюках цвета хаки и черной футболке. Однако он оказался совершенно другим. У этого мужчины были густые темные волосы – даже темнее, чем его глаза, – спускавшиеся до самого воротника белоснежной рубашки, безупречный и очень дорогой, очевидно, серый костюм-тройка и тонкий зеленый клетчатый галстук. У него было мужественное, красивое, но закаленное во многих битвах лицо. Его глаза видели ужасы войны – и это оставило свой отпечаток в морщинах в уголках глаз и рта, в белых проблесках седины. Он олицетворял опасность, от него веяло адреналином.

Филипп, видя ее замешательство, приподнял бровь.

– А вы что, ожидали увидеть кого-то другого? Франческа, с трудом заставив себя отвести глаза от незнакомца, села в кресло напротив. Она чувствовала, что в душе ее царит смятение и тревога, но не могла понять почему.

– Я никого вообще не ожидала увидеть, – произнесла она, застегивая ремень и стараясь говорить спокойно и ровно. – Мне сказали, что я увижусь с вашим представителем уже на Кабальерос.

– На острове неблагополучная обстановка. Туда глупо ехать без охраны.

Особенно такой женщине, как Франческа, подумал Филипп. Он бы непременно встал и пожал ей руку, но при взгляде на нее из головы вылетели все мысли. Оба брата Пеллегрини были красивы, так что неудивительно, что и сестра их тоже симпатична. Но чего он никак не ожидал, так это того, что девушка окажется такой потрясающе, неприкрыто сексуальной в потертых джинсы, туго облегающих ноги, просторной белой блузке и блестящих вьетнамках на маленьких ступнях.

– Я не знала, что меня встретите вы лично, – пояснила Франческа. – Полагала, что вы отправите кого-то из своих людей.

– Иногда, в отдельных случаях, я сам берусь за дело.

За годы сотрудничества он помогал Пиете в его благотворительных миссиях и достаточно много о нем узнал. За долгую свою службу Филипп не раз сталкивался со смертью и потерями. Известие о гибели Пиеты потрясло его до глубины души – он видел в нем исключительного человека, разумного и в меру осторожного, умеющего справляться со сложными ситуациями. Звонки Даниеля и Маттео застали Филиппа в баре отеля на Среднем Востоке. Братья сказали, что их младшая сестра отправляется на остров Кабальерос завтра утром. В стране процветает анархия, однако ничто не остановит девушку. Филипп понял, что в память о бывшем хорошем знакомом он просто обязан защитить его сестру – и сделать это лично. Через десять часов он уже был в Пизе. Успел переодеться, принять душ и подняться на борт самолета Пиеты. Единственное, на что времени не осталось, – это бритье.

Франческа сняла очки и положила их в сумку. Встретившись с ней глазами, Филипп испытал очередной удар. Эту девушку никак нельзя было назвать заурядной – единственным «средним» параметром в ее внешности был рост. Сияющие темные волосы ниспадали до самой талии, пухлые губы точно манили ее поцеловать, чистая кожа с оливковым загаром дополняла образ. Вот только глаза… были красными и опухшими – сложно было даже различить их оттенок. Ведь она похоронила брата буквально вчера, вспомнил Филипп. Можно только догадываться, в каком она сейчас состоянии.

– Примите мои соболезнования, – тихо произнес Филипп.

– Вас не было на похоронах, – резко ответила Франческа, и голос ее дрогнул.

– Для меня на первом месте работа. Пиета бы, несомненно, понял, – отозвался Филипп.

Про себя он решил, что, приехав в Европу в следующий раз, отправится на могилу и положит венок.

– Но ведь сейчас вам удалось приехать.

– Да, – согласился Филипп, умолчав о том, что ради этого ему пришлось отозвать своего заместителя из отпуска. – Кабальерос – опасное место.

– Давайте расставим все точки над i: вы работаете на меня, – произнесла Франческа на безупречном английском. – Моя невестка дала мне письменное разрешение представлять ее как наследницу Пиеты в этом проекте.

Филипп прищурился. В ее охрипшем – несомненно, от слез – голосе послышался явный вызов.

– Сколько вам лет?

Ему самому было тридцать шесть – на год больше, чем Пиете, старшему из отпрысков Пеллегрини. Как-то раз Пиета обмолвился о Франческе как о «счастливой случайности».

– Мне двадцать три, – с вызовом произнесла Франческа.

– Почтенная дама, одним словом, – усмехнулся Филипп.

Он и понятия не имел, что его клиентка так молода, а теперь, узнав правду, еще раз порадовался тому, что сумел все же внести изменения в свой график, чтобы быть рядом с ней. Подумать только, двадцать три – он-то думал, лет двадцать пять. Нельзя сказать, что он сильно обманулся, но ведь порой эти несколько лет оказывали решающее значение на формирование характера. Так было с ним – эти годы были самыми счастливыми в его жизни до тех пор, пока не произошел случай с заложниками, когда он потерял друга и получил пулю в ногу, лишившую его любимой работы всего в двадцать шесть лет.

Франческа с негодованием посмотрела на Филиппа.

– Может, я и молода, но не глупа. Не нужно так снисходительно со мной разговаривать.

– Возраст и мудрость не всегда идут рука об руку, – парировал он. – В каких странах вы побывали?

– Во многих.

– С семьей на каникулах?

Филипп помнил, что отец Франчески, Фабио Пеллегрини, был потомком итальянского королевского рода. Разумеется, ни о каких титулах речь уже не шла, но поместье в семье имелось – внушительных размеров резиденция в Тоскане, возле Пизы. Да и денег хватало. Ванесса Пеллегрини, мать, тоже происходила из состоятельной семьи. Разумеется, никто из детей никогда ни в чем не нуждался. Для Филиппа контраст с его собственным детством был разительным.

– Да, – смело ответила Франческа. – Я объездила почти всю Европу, обе Америки и Австралию. Можно сказать, что я заядлый путешественник.

– Был ли хоть в одной из этих стран введен военный режим?

– Бросьте, Кабальерос пока что не на военном положении.

– Это до поры до времени. А приходилось ли вам сталкиваться с антисанитарией?

– У меня есть таблетки для очистки воды.

Филипп улыбнулся. Эта девочка думает, что хорошо подготовлена, но и понятия не имеет, с чем ей придется иметь дело.

– Это, конечно, прекрасно, но они вам не понадобятся.

– Почему?

– Потому что вы не будете жить на острове. Я забронировал вам номер в отеле Агуадиллы.

Агуадилла – еще один испанско-карибский остров неподалеку от Кабальерос. Его пощадил ураган и общественные беспорядки.

– Что?

– Я отменил вашу бронь на ту развалюху в Сан-Педро, – невозмутимо продолжил Филипп. – Вас на все встречи будет доставлять самолет.

Гневный румянец вспыхнул на щеках девушки.

– Какое вы имели право это делать? Эта развалюха, как вы выразились, – постоянное место остановок Пиеты.

– Он не был глупцом и непременно бы нанял моих людей для защиты. Вы женщина…

– Я могу за себя постоять.

– Посмотрите на себя глазами жителя острова Кабальерос. Вы юны, богаты и красивы, и, хотите вы этого или нет, вы женщина.

– Я не богата!

– Ваша семья состоятельна. Кабальерос – шестая страна в списке самых опасных мест мира. Даже когда люди имели крышу над головой, положение было не из лучших. Теперь, потеряв все, они злы. С той самой минуты, как только вы ступите на остров, за вами начнут охоту.

– Но я ведь собираюсь построить им больницу!

– И многие будут вам благодарны. Как и многие из Карибских островов, эта страна имеет чудесных, гостеприимных людей, но здесь всегда была теневая сторона – на этом острове с момента получения независимости от Испании было самое большое количество вооруженных переворотов, чем где-либо. Оружие и наркотики – дело самое обычное, как и подкупленная полиция. А теперь еще и этот ураган, разрушивший почти все и убивший тысячи людей.

Воцарилось молчание. Франческа сверлила его глазами, точно хотела испепелить на месте.

– Я знала об этом, – произнесла она наконец. – Почему и согласилась ввести в дело вас. Но заметьте – чтобы защищать меня, а не нянчить. Вы не имеете права менять мои планы. Я заплачу вам, как оговорено, но в ваших услугах больше не нуждаюсь. Забирайте вещи и сходите с самолета. Я разрываю контракт.