Мишель Селмер – Останемся друзьями (страница 5)

– Это случилось сразу после того, как я поступила в четвертый класс школы.

Ник прекрасно помнил тот день. Она появилась в дверях напуганная, расстроенная и злая. Всем стало очевидно, что она не рада оказаться в частной школе и будет в ней аутсайдером и провокатором. Последнее подтвердилось уже после обеда, когда она подошла на детской площадке к Нику и столкнула его с качелей, опрокинув лицом в грязь. Он хотел дать ей сдачи, но мамино воспитание не позволяло ему обижать девочек, поэтому он просто ушел. И это разозлило ее еще больше.

Долгое время он терпел пинки в спину, подножки, толкания в очереди в столовой и насмешки друзей, которые называли его за это размазней. Его родители в то время начали бракоразводный процесс, и ему тоже был нужен выход для злости. Неделю спустя после своего появления в школе Терри толкнула его по пути к столику, заставив Ника выронить поднос с едой и вылить содержимое на форму и на пол. Все кругом рассмеялись, и что-то внутри Ника сломалось. Прежде чем он понял, что происходит, он вскинул руку и ударил ее в подбородок.

В столовой воцарилась полная тишина, все ждали, что за этим последует, а ему стало невыносимо стыдно за то, что он обидел слабую, беззащитную девочку.

Он никогда не забудет, как стоял напротив нее и ждал, когда она начнет реветь, наблюдая за струйкой крови, сползающей из уголка ее рта по подбородку. Но она подняла руку и нанесла ему ответный удар. Это поразило его больше всего. И она на этом не закончила. Терри накинулась на него, сбила его на пол, и в ее действиях не было ничего девчачьего. Она ни кусалась, ни дергала его за волосы. Она сражалась, как пацан, кулаками и ногами. Ему оставалось лишь защищаться.

Разнять их смогли лишь три учительницы, которые сразу потащили их в кабинет директора, всех покрытыми синяками и кровоточащими ссадинами. Их отстранили от занятий на две недели, что было ерундой по сравнению с гневной тирадой отца и разочарованием во взгляде матери.

Две недели он провел сидя с Терри в классе наедине. И когда синяки под глазами зажили, а ссадины стали почти незаметны, случилось нечто странное. В тот последний день наказания они вышли из класса друзьями и с тех пор не расставались.

– Так ты колошматила меня из-за того, что была влюблена? – спросил он.

– Это было бессознательно. Позже, анализируя прошлое, я пришла к выводу, что была груба с тобой именно из-за этого. Но как только мы стали друзьями, я оставила свои романтические фантазии.

– Навсегда?

– Почему нет? – сказала Терри, но на ее щеках вновь вспыхнул предательский румянец. Она подошла к окну.

Ник понимал, что стоит закрыть тему, но никак не мог успокоиться.

– Ты никогда не задумывалась над тем, что почувствовала бы, если бы я тебя поцеловал?

Она пожала плечами:

– Ты постоянно целуешь меня.

– Не по-настоящему. – Теперь, когда он это озвучил, желание поцеловать ее стало просто невыносимым.

Он подошел к окну и встал у нее за спиной. Положил руки ей на плечи и почувствовал, как она вздрогнула, задержав дыхание.

– Ник…

Он повернул ее к себе. Она была так высока, что они находились практически на одном уровне.

– Признайся, тебе ведь тоже было интересно…

– Но все это так странно…

Ник прислонился рукой к оконной раме у нее за спиной, блокируя ей возможность отступить, другую руку положил на стену.

– Как узнать, не попробовав? – Он провел пальцем по ее щеке, и это прикосновение обожгло ее огнем.

– Ник, – сказала Терри тихим, низким голосом.

Такой он видел ее очень редко. Перед ним стояла нежная, уязвимая Терри, которая безумно ему нравилась. И, наклоняясь к ней еще ближе, он понял, что чувствует не только любопытство. Она возбуждает его. И теперь она – не плод его подростковых фантазий, в которых сам Ник не уверен в том, что произойдет. Теперь он – зрелый мужчина, который четко знает, чего хочет.

– Один поцелуй, – сказал он ей, приближаясь губами к ее губам. – И если все будет ужасно, мы больше никогда его не повторим.

Ее обдало жаром с головы до ног. Пульс мгновенно ускорился. Терри положила руку на ворот его пиджака и почувствовала дрожь его тела. Он напуган или возбужден так же сильно, как она сама? Или и то и другое? Решение оставалось за ней: она могла и оттолкнуть его, и притянуть к себе… Резкий звук, донесшийся из коридора, заставил их отпрянуть друг от друга.

Черт!

Ник подошел к двери и обнаружил за ней уборщицу с тележкой, направляющуюся в зал заседаний.

Он повернулся, надеясь продолжить начатое, но Терри уже успела накинуть пальто.

– Что ты делаешь?

– Мне пора домой.

– Терри…

– Это было ошибкой, Ник. Думаю, стоит прибегнуть к услугам доктора, как я планировала изначально.

– Если ты действительно этого хочешь, – сказал он, чувствуя разочарование.

– Я все оплачу.

Можно подумать, он ей позволит.

– Я обязан дать хотя бы половину.

Она кивнула:

– Так будет правильно.

Он надел пальто.

– Я отвезу тебя домой.

Терри не сказала ни слова, пока они спускались на лифте на подземную парковку, но казалось, Ник чувствовал, как мысли роятся в ее голове. И хотя ему ужасно хотелось знать, о чем она думает, он ничего не спросил. Когда она будет готова поговорить, он ее выслушает. Если он будет приставать к ней с расспросами, она замкнется в себе. Как бы близки они ни были, Терри никогда не открывалась ему полностью, и он ее понимал. Возможно, отношения его родителей были ужасны, но у него, по крайней мере, были отец и мать, которые любили его и его сестер. К моменту своего переезда в Чикаго Терри потеряла родителей и ее воспитывала тетя, которая с трудом терпела ее присутствие. Если она и любила Терри, то не умела или не хотела это показать.

Когда они подъехали к ее дому, Ник обнаружил, что Терри задумчиво смотрит вдаль сквозь лобовое стекло.

– Все нормально? – спросил он.

Она кивнула, но не сдвинулась с места.

– Уверена? Мы можем поговорить об этом.

– Знаю. Только… – Терри пожала плечами.

Что бы это ни было, она пока не готова делиться с ним.

– Ну, ты знаешь, где меня искать, если я тебе понадоблюсь, – сказал Ник, прекрасно осознавая, что Терри никогда ни в ком не нуждалась. Она могла бы стать автором пособия по самодостаточности.

Он наклонился, чтобы, как обычно, поцеловать ее в щеку, но она резко открыла дверцу и выскочила из машины. Наблюдая за тем, как она стремительно бежит к подъезду, не оглядываясь, он понял, что их попытка оставить отношения неизменными с треском провалилась.

Глава 4

Терри проворочалась в постели всю ночь, а наутро поняла, что все еще так же обескуражена произошедшим, как вчера, когда Ник подвозил ее до дому.

Она не хотела ничего менять в их отношениях. Но это уже случилось, и назад дороги нет. Они открыли дверь и не смогут закрыть ее, пока оба не пройдут через нее. К несчастью, она не имела понятия, что ждет их по ту сторону.

После длинного, абсолютно непродуктивного рабочего дня, посвященного раздумьям на тему о том, что будет дальше с их дружбой, она поняла, что решение было принято вчера в офисе Ника. Ей просто не хватило смелости признаться в этом раньше. И Нику, и себе. Поэтому она отправилась к нему домой. Он не звонил ей весь день, не присылал сообщений по электронной почте, понимая, что ей нужно время для того, чтобы все взвесить. Он всегда очень внимателен к ней.

Ник открыл дверь. На нем были джинсы и футболка, на талии повязан фартук, а руки испачканы шоколадным кремом. Воздух наполнял гостеприимный сладкий аромат.

– Привет! – Очевидно, он не был удивлен ее приходом.

– Мы можем поговорить?

– Разумеется.

Он сделал шаг в сторону, и она окинула внимательным взглядом его роскошную квартиру, которая станет ее домом на ближайшие девять месяцев или даже чуть больше. Хотя пространство было декорировано в строгом мужском стиле, квартира оставалась уютной и по-домашнему притягательной, возможно, благодаря мягкой мебели и огромному количеству семейных фотографий, служивших главным украшением интерьера.

Нику может не нравиться идея брака, но, когда дело касается его семьи, он готов к любому самопожертвованию.

– Пойдем на кухню, – сказал он. – Я пробую новый рецепт пирога.

Как истинный кулинарный гений, большую часть времени Ник проводил за выпечкой и готовкой.

Он всегда говорил, что, если бы не «Шоколад Кароссели», он открыл бы свой собственный ресторан, но оставить семейный бизнес не считал возможным.

Проходя через гостиную, Терри бросила пальто и сумку на диван и проследовала за Ником на его выдающуюся кухню, большей части приборов на которой она никогда бы не нашла применения.