Мишель Саймс – Врачи-убийцы. Бесчеловечные эксперименты над людьми в лагерях смерти (страница 7)
А когда расцветет Великий рейх, который просуществует тысячу лет, будет разрешено многоженство – из-за необходимости заселить опустошенные земли… Это ницшеанство для подростков с заниженной самооценкой, настолько упрощенное, что от него мурашки по коже, содержит небольшую дозу идеализма на фоне потоков враждебности.
Присмотритесь повнимательнее: мальчик, над которым доминировали братья и сестры, с плохим зрением (он был настолько близоруким, что не мог обходиться без очков, благодаря чему его узнали, когда он бежал в 1945 году), жаждущий поступить на военную службу в 1914 году, однако из-за юного возраста и близорукости очутившийся на фронте уже под занавес. Его отец был интеллектуалом (наставник наследного принца Баварии Генриха фон Виттельсбаха), сам же Гиммлер считался посредственным учеником. Он желал стать врачом, а смог добиться лишь стажировки в качестве лаборанта. Ко всему прочему, терпел редкие (так как был чрезвычайно застенчив), но регулярные неудачи с женщинами. Все, что оставалось, – много читать, из чего он вынес только возможность лучшего мира, мира лордов, высоких блондинов с голубыми глазами, которых впоследствии отобрал в особую охрану фюрера. Высказывались предположения, что привязанность к нордическому телосложению исходила от его первой жены Маргарет или от любви к греческой античности, где герои всегда блондины, от Ахилла до Ореста… Говорят даже, Гиммлер заказал исследование «греческого носа», чтобы благодаря «Лебенсборн» (нацистским яслям) создать элитный отряд клонированных аполлонов. Несомненно, его телосложение вряд ли могло служить примером для подражания. Вместе с тем арийские законы порой были неясными: Аттила, Чингисхан и Сталин возводились в ранг «носителей утраченных германских генов», своего рода вампиров первого сорта, подлежащих уничтожению вместе со славянами и неполноценными.
Гиммлер был одержим медициной и любил представлять себя не только защитником науки, но и провидцем, давая карт-бланш на деятельность самого сомнительного рода.
Так, когда в августе 1943 года свергли Муссолини, Гиммлер созвал хиромантов, магов и ясновидящих для проведения спиритического сеанса – телепатическая связь с дуче[15] не удалась.
Тем не менее Гиммлер не терял надежды, и даже в лагерях было опубликовано следующее объявление[16]:
Рейхсфюрер СС и начальник немецкой полиции обращается к специалистам по оккультизму, хиромантии и радиэстезии с просьбой оказать помощь в одном секретном и чрезвычайно важном для безопасности рейха деле. Все, кто обладает знаниями в данной области, будь то профессионал или любитель, должны явиться этим вечером к руководителю своего блока. Если готовность к участию окажется искренней, они могут рассчитывать на улучшение условий своего заключения или даже на полное освобождение.
Лагерь Заксенхаузен изобиловал талантами всех мастей, и на призыв откликнулось не менее двухсот человек. Отобранные вручную, некоторые были отправлены в Ванзее с заданием «связаться с важным человеком».
Один из них, аббат Ле Муан, вспоминает:
– Сначала я подумал, что это Геринг и они боялись, что он ушел в подполье. Вервайену задали тот же вопрос. Он был осведомлен лучше меня и сразу понял, что речь о Муссолини, – они пытались выяснить, где его держат. Я слышал, как упоминалось имя дуче. Когда на столе разложили большую карту Италии, я начал двигать маятник, и он остановился на острове Эльба. Я подумал о Наполеоне, который очень интересовал Гиммлера.
– Гиммлера?
– Да, он был там с несколькими офицерами своего штаба. Однако я наблюдал за ними, но они, похоже, не были в восторге от того, что маятник остановился… Я снова стал двигать его в направлении Сардинии… Их лица сияли… Но был ли дуче на Сардинии или на корабле? Этого я не знал. Маятник начал вырисовывать большие восьмерки и спирали, охватывая значительную часть этого средиземноморского региона. Одна из этих восьмерок прошла над островом Ла-Маддалена. Гиммлер вздрогнул. Тут я остановился. Гиммлер сказал адъютанту: «Аббату де Пари – три сигары».
Дуче действительно нашли несколько дней спустя, однако далеко от Сардинии, в Гран-Сассо, на вершине Апеннин, а вывезти его удалось не на лодке и благодаря не маятнику, а виртуозности пилота планера Скорцени: остальные предсказания оказались – как бы это сказать? – пугающе точными…
Все эти дикие теории почти смехотворны, и, если думаете, что они могли бы послужить сценарием для голливудского блокбастера, вы правы: именно исследовательские миссии Археологического института «Аненербе» вдохновили Стивена Спилберга на создание трилогии об Индиане Джонсе. Между тем он не решился включить в фильм фигуру Карла Марии Вилигута, которого в 1927 году выпустили из психбольницы по приказу Гиммлера. Он возглавил исследования по предыстории германских народов, в 1935 году завершив блестящую карьеру в личном штабе Гиммлера. Порой реальность настолько немыслимая, что служит вдохновением для вымысла.
Все теории были бы почти смехотворны, если бы не были поддержаны многими «настоящими» учеными того времени и не привели к страданиям и смерти их жертв. Об этом, к сожалению, свидетельствует состав «Аненербе». Так, именно по поручению «Аненербе» Бруно Бегер с улыбкой на лице отправился в Тибет, чтобы изучить жителей плато, которое, по преданию, ранее населяли атланты. Основанный историком Германом Виртом, институт с 1937 года возглавлял Вальтер Вюст, декан Мюнхенского университета. Его личность и научная аура привлекали в институт ученых, в основном в области истории, лингвистики, археологии и медицины. Именно «Аненербе» мы «обязаны» страданиями подопытных кроликов Рашера (см. главы 2 и 3), экспериментами Байгльбёка с морской водой (см. главу 4) и убийством около сотни узников Натсвиллера с целью заполнить скелетами Страсбургский анатомический институт (см. главу 8). Впоследствии участники организации объясняли свое членство тем, что не хотели связываться с убийствами на фронте: их оправдывали за неимением доказательств, после чего они возвращались к университетской деятельности, где лишь совесть оставалась им судьей. Только Вольфрама Зиверса, административного директора, приговорили к смертной казни в одном из самых знаменитых показаний Нюрнбергского процесса: полный ненависти, Зиверс поведал публике, что по его приказу в лагере Нацвейлер-Штрутгоф убили более сотни еврейских заключенных, чтобы останки пополнили коллекцию скелетов профессора Хирта.
Гиммлер в Нюрнберге не присутствовал: успел скрыться. Он был арестован англичанами в Люнебурге в мае 1945 года. То ли по соображениям совести, то ли по приказу начальства он имел при себе капсулу с ядом. Сержант-майор Эдвин Остин так описывает встречу с бывшим рейхсфюрером 23 мая 1945 года:
Мы не знали, что это Гиммлер, я знал только, что это важный заключенный. Когда он вошел в помещение, не тот элегантный человек, которого мы все знаем, а в армейской рубашке и рейтузах, обернутый пледом, я сразу узнал его. Я заговорил с ним по-немецки, указал на свободный диван и сказал: «Вот ваша кровать, раздевайтесь». Он посмотрел на меня, потом на переводчика и сказал: «Он не знает, кто я такой!» Я ответил: «Нет, я знаю, вы Гиммлер, и это ваша кровать, раздевайтесь!» Он уставился на меня, я уставился на него, наконец он опустил глаза, сел на кровать и начал снимать штаны. Вошли доктор и полковник, они искали яд, мы подозревали, что он прячет что-то на теле. Доктор посмотрел между пальцами ног, по всему телу, под мышками, в ушах, за ушами, в волосах, а затем дошел до рта. Он попросил Гиммлера открыть рот, тот повиновался и смог довольно легко пошевелить языком. Однако доктор не был удовлетворен, он попросил его придвинуться ближе к свету, тот придвинулся и открыл рот. Доктор попытался засунуть ему в рот два пальца, чтобы лучше рассмотреть. Тогда Гиммлер одним махом высвободил голову, укусил врача за пальцы и раскусил капсулу с ядом, которая уже несколько часов находилась у него во рту. Врач сказал: «Он сделал это, он мертв». Его накрыли пледом и оставили там.
По словам его личного секретаря, у Гиммлера была своеобразная мания к экспериментам, по воле которой он постоянно испытывал новые процедуры во всех областях. Так, по приказу Гиммлера провели эксперименты с ЛСД и мескалином с целью получения знаменитой «сыворотки правды» после покушения на Гитлера в июле 1944 года. В Дахау отобрали восемь заключенных для испытания пейота – мексиканского растения, из которого получают мескалин.
Этот псевдопочитатель Гиппократа говорил врачам, предлагавшим все более жестокие эксперименты: «Продолжайте пробовать, может, что-то и выйдет». Вспомним в ответ слова Амбруаза Паре: «Лечить иногда, облегчать часто, утешать всегда».
6
«Мясник из Маутхаузена»
Ариберт Хайм
Рожденный 28 июня 1914 в Радкерсбурге в немецкой семье, я получил образование в народной школе и перешел в гимназию в Граце, которую окончил со степенью бакалавра. С 1931 года учился в Венском университете, где получил диплом по латыни на гуманитарном факультете. В 1933 году начал изучать медицину. Чтобы оплачивать учебу, подрабатывал по вечерам репетитором. В 1937 году я учился в Ростоке и начал практиковать в университетской клинике. В январе 1940 года я завершил обучение в Вене, сдал государственный экзамен и получил повышение. В связи с этим прошел курс челюстной хирургии и 17.04.1940, отслужив в армии, вступил в ряды войск СС. После окончания обучения в батальоне СС «Дойчланд» до конца июня 1940 года в Мюнхене я выполнял обязанности военного врача в следующих местах: был фельдшером в Праге, врачом скорой помощи в Берлине, в северной дивизии СС, и фельдшером в России, Финляндии, Норвегии и Франции…[17]