Мишель Роуэн – Эхо и империи (страница 51)
Но вот он наконец-то устремился в лес с ножом в руке.
– Джерико! – окликнула я.
Он напряг плечи и повернулся ко мне.
– Дрейк. Сиди в доме до утра. Забаррикадируй дверь.
– Ты правда думаешь, что убьешь то, что найдешь в лесу?
– Надеюсь.
– Ты даже не дал мне пожелать тебе удачи.
Джерико издал протяжный, нетерпеливый вздох.
– Дрейк…
– Мне бы хотелось, чтобы ты не сбегал, когда становится неловко.
– Я не сбегаю.
– Ну конечно. – Я взмахнула руками. – Все нормально. Мы не друзья. Ты дал это ясно понять. Меня все устраивает. Я просто хочу, чтобы ты был в безопасности.
В его взгляде мелькнуло какое-то мрачное, болезненное чувство, которое я не смогла разобрать.
– Мне нужно идти, – пробормотал он. – Не пытайся меня остановить.
– Я бы не осмелилась.
– Хорошо. Все почти закончилось, Дрейк. Теперь я пойду и найду во что вонзить нож.
Я сердито посмотрела на него за невыносимое, непробиваемое отношение.
– Ты так меня раздражаешь, что хочется кричать, ты в курсе?
Он стиснул челюсти.
– Возвращайся в дом и перестань выносить мне мозги.
– Ладно, – фыркнула я. – Постарайся, чтобы тебя не убили.
И на этом сентиментальном прощальном пожелании я отвернулась от блэкхарта и направилась в трапезную, буквально дрожа от раздражения из-за его упрямства.
Он явно что-то от меня скрывал. Этот его взгляд, эта сильная боль в его глазах, от которой он отмахивался всякий раз, когда я на нее указывала…
Я продолжала думать, что боль была вызвана магическими отметками, но тут было что-то другое. Джерико хранил тайну, которая мучила его, и мне было неизвестно, в чем она заключалась. Он ни за что на свете не откроет мне эту тайну.
И я не знала, почему это так сильно меня беспокоило.
Нет, отбой. Я знала. Беспокоило потому, что Джерико мне очень нравился. Я начала глубоко сопереживать этому язвительному, раздражающему, опасному и наполненному магией смерти блэкхарту, который совершенно не вписывался в мою жизнь.
Просто я не знала, что это означает. К чему это могло привести за пределами крепости.
Большинство парней обычно было легко понять. Они не сбивали меня с толку и не заставляли сомневаться во всем, во что я верила. И уж точно они не бросали мне вызов. Возможно, я стремилась завоевать внимание Виктора как раз потому, что это было непростой задачей. Я хотела, чтобы меня видели с ним, фотографировали и завидовали.
Но я ничего не знала о Викторе, кроме того, как он выглядит и как другие на него смотрят. Поверхностная информация, ничего более существенного. И ничто не вызывало у меня желания попытаться узнать больше.
Джерико же совсем другое дело. Чем больше я его узнавала, тем сильнее хотела узнать – что им двигало, что интересовало, что он любил, а что ненавидел. О чем он мечтал.
Если только Лазос не заставил нас поверить в то, чего на самом деле не существовало. Чутье подсказывало, что так и было, и я не знала почему. Другой вариант был слишком страшным, и я не могла его принять.
Нужно найти Мику. Нужно, чтобы она восполнила еще несколько пробелов в сведениях о колдуне. Что-то тут не сходится. А если честно, то вообще все. Моя жизнь и жизнь Джерико оказались поставлены на карту.
Чем больше я думала об этом, тем сильнее злилась. И когда я вошла в трапезную, кровь во мне уже закипала.
А когда налетел золотой дым, все произошло так быстро, что я не успела сосредоточиться и принять отголосок, который он хотел мне показать.
Вандер Лазос стоял на берегу искристого голубого озера и бросал хлебные крошки оголтелым уткам. Он был чисто выбрит и надел костюм с галстуком, в котором был похож на обычного бизнесмена из Айронпорта. Может, даже бухгалтера.
Сзади к нему подошел лорд Банион. Он не был похож на бухгалтера. Лорд был полностью одет в черное: дорогой черный костюм, идеально скроенный по фигуре, и черные кожаные ботинки. Его русые волосы были убраны, открывая красивое лицо. Уголок его губ приподнялся в улыбке.
– Ну вот я здесь, – сказал он.
Лазос обернулся и улыбнулся ему в ответ.
– Ты здесь.
– Ты удивлен?
– Вовсе нет. Очень рад тебя видеть.
Банион улыбнулся шире, обнажая ровные белые зубы, и развел руками.
– Мой старый друг. – Он обнял второго колдуна. – Давно же мы не виделись.
– Согласен. – Лазос взял Баниона за плечи. – Вид у тебя счастливый, Зарек.
– Я счастлив.
– Прости, что не смог приехать на твою свадьбу.
– Все в порядке. Но знай, что тебя там не хватало. Я был бы рад познакомить тебя с Элеанор. Она невероятная женщина.
– Не сомневаюсь. Как давно она родила? Год назад?
Банион кивнул.
– Почти год. Да, хочешь верь, хочешь нет, мой друг, но теперь я отец семейства, – усмехнулся он. – Каждый может измениться, если дать ему достаточно времени и еще один шанс. А это мой второй шанс.
Когда Лазос не улыбнулся в ответ, радостное выражение лица Баниона сникло.
– Что случилось? Почему ты захотел встретиться лично?
Лазос глубоко вздохнул с мрачным видом.
– Принц Элиан погиб две недели назад.
– Что? Как? – воскликнул Банион.
– Он утонул.
– Боже милостивый. Ужасная весть. Я не слышал никаких упоминаний в новостях.
– Нет, пока это должно оставаться тайной. Королева сама не своя от горя. Она обратилась ко мне, чтобы я помог тебя найти. Я сомневался, что ты придешь, но рад, что ты все же это сделал. – Лазос кивнул. – Я очень сожалею, Зарек, но у меня не было выбора.
Банион нахмурился.
– Сожалеешь? О чем?
Мгновение спустя двоих окружила дюжина вооруженных королевских гвардейцев, а золотой дым, вращаясь, развеял сцену.
Как только зрение прояснилось, я схватилась рукой за стену трапезной и вытерла кровь под носом.
Но не успела я осмыслить все, чему только что стала свидетельницей, как поняла, что за мной кто-то наблюдает. Это был огромный, похожий на зверя Отис, который по обыкновению держался в стороне с тех пор, как Джерико сломал ему руку в покоях Лазоса на второй день после нашего появления.
– Это она, – сказал он, но говорил не со мной. Он обращался к паре своих огромных дружков. – Я так и думал, да сомневался. Но взгляни на нее. Представь ее в платье, с макияжем и более вычурным видом.