Мишель Роуэн – Эхо и империи (страница 35)

– Ты только что согласился убить магического монстра? Будто это так вот просто? Вонзишь в него нож и дело с концом?

– Обычно так и происходит убийство. Великий и могущественный колдун высказался и предельно ясно обозначил суть предложенной сделки. Не волнуйся, Дрейк, это далеко не первое огромное и страшное магическое существо, которое я собираюсь убить. Я справлюсь.

– А если нет? – Я внезапно осознала, что заламываю руки, расхаживая вперед и назад быстрыми шагами. – Мне нужно, чтобы все это закончилось.

– Мне тоже. Больше, чем ты думаешь.

Внезапная мрачность в его голосе заставила меня поднять взгляд.

– Что ты имеешь в виду?

Джерико шумно выдохнул, и я вдруг заметила, что он растирает предплечье.

– Не беспокойся об этом, – напряженно проговорил парень.

На этом он отвернулся и зашагал к стоящему неподалеку дому. Я пошла следом и захлопнула за собой дверь.

Он уселся на единственный стул и окинул меня угрюмым взглядом.

– Определенно стоит подумать о том, чтобы нам выделили раздельные дома.

– Нельзя просто взять и уйти от меня, когда от непростых вопросов тебе становится не по себе. Ты все время так делаешь.

Он сердито взглянул на меня.

– Разве?

– Да, и это порядком раздражает. Ты можешь хоть раз ответить на вопрос без своей загадочной чепухи?

Джерико откинулся на спинку стула.

– Ладно. Вот все, что мне известно: я согласился выйти на охоту на монстра в ночь следующего полнолуния, – сказал он. – А до тех пор тебе придется дать мне немного пространства, потому что предстоящая пара недель может быть непростой.

Я помотала головой.

– О чем ты говоришь? В каком смысле непростой? – Я заметила, что он до сих пор потирает предплечье. – Что с тобой не так?

– А что со мной так? Да вся эта жизнь – чертов ночной кошмар, вот что со мной не так. – Он шумно выдохнул и нахмурился так сильно, что его лицо приобрело болезненный вид. – Ладно. Раз уж ты так сильно беспокоишься (в чем я сомневаюсь), то сообщаю. Мои отметки… те, что оставила Вал. Помимо того, что они дают замысловатые преимущества и способности, которые ты видела лишь мельком, они обеспечивают мне весьма жуткую связь с ней. Гарантируют, что я выполняю свою работу и четко следую ее указаниям, хочу я этого или нет. – Он поморщился и опустил взгляд в пол. – А еще они контролируют, чтобы я укладывался в срок.

– Что это значит? – тряхнула головой я.

– Это значит, что если Вал ждет моего возвращения в конкретный день и конкретный час, то мне, черт возьми, лучше там быть. Она ждала меня не позднее вчерашнего дня со шкатулкой воспоминаний Баниона в руках.

– Что произойдет, если ты опоздаешь? – тихо спросила я. – Или не явишься вовсе? – Мне было мало известно о ведьме, на которую работал Джерико, но она явно не претендовала на награду в номинации «босс года».

Джерико мрачно рассмеялся.

– Появится мотивация к возращению в виде жгучей боли, которая будет усиливаться с каждым днем. Но не волнуйся, пару недель могу и потерпеть небольшую боль.

Валери казалась самым злым человеком в мире. Я возненавидела ее, хотя ни разу не встречала. Мне даже не хотелось с ней видеться, особенно после слухов о богине смерти. Хватит и того, что мне пришлось иметь дело с колдунами и ведьмами. Я была не готова пополнить список предполагаемыми богинями.

– Я не могу ждать две недели, – сказала я, чувствуя, будто признаюсь ему в своей слабости. – Не могу допустить, чтобы Банион так долго был в моей голове. Это… это слишком.

Джерико встал и, нахмурившись, подошел ко мне.

– Эти видения причиняют тебе боль? – спросил он.

– Не физическую, – честно призналась я, но лишь потому, что его вопрос прозвучал очень искренне. Если бы он поинтересовался беспечно, я бы солгала и сказала, что каждую минуту испытываю мучительную боль. – Просто мне тошно видеть этого монстра. Я не хочу, чтобы между мной и им существовала эта странная связь. Я ненавижу его больше всего на свете. Когда ты ушел, Лазос сказал, что я могу контролировать эту магию, но он ошибается. Я не могу.

Я судорожно вздохнула, внезапно почувствовав, что вот-вот расплачусь.

– Все будет хорошо. Обещаю. – Джерико осторожно смахнул волосы с моего лица и заправил за ухо. Затем нахмурился. – Никогда раньше не замечал эту родинку. У нее форма сердца.

– Ага, – я прикоснулась к шее. – Еще одно сходство между нами. У меня родинка на шее, а у тебя татуировка.

– Твоя родинка гораздо лучше моей татуировки. Сердца всегда лучше кинжалов.

Он провел пальцами по небольшой отметине на моей шее, плотно нахмурив брови. У меня перехватило дыхание.

Подозреваю, что большинство людей испугалось бы блэкхарта, особенно став свидетелями того, как он в считаные мгновения одолел двух крупных мужчин. Похоже, для меня это осталось далеко в прошлом. И все же я внезапно почувствовала, что опасно находиться так близко к Джерико. Но по какой-то неведомой причине я не отстранилась, когда его взгляд с шеи устремился к моему лицу, а затем и к губам.

Тепло его прикосновения отозвалось во мне дрожью. Я посмотрела на него, и когда наши взгляды встретились, у меня на миг перехватило дыхание.

Затем он моргнул и потрясенно посмотрел на свою руку, будто она двигалась против его воли.

Парень совсем отстранился.

– Извини, – сказал он.

Я помотала головой.

– Все нормально.

– Нет, не нормально. Вовсе не нормально, – возразил он чуть резче. – Но в любом случае всего две недели. Соберись, Дрейк. Уверяю тебя, в мире есть вещи похуже. Воспоминания не могут причинить вред, какими бы ужасными ни казались, особенно если они принадлежат кому-то другому. Черт, возможно, ты даже можешь их контролировать. Стоит попробовать и посмотреть, что получится.

И прежде чем я успела произнести что-то в ответ, пусть даже сама была не уверена, что именно, блэкхарт вышел из дома, не сказав больше ни слова.

Глава 12

Я надеялась, что все разрешится в течение нескольких часов. А теперь мне придется ждать две недели. Две недели в королевской крепости в окружении заключенных. Слова Лазоса гудели у меня в голове, как рой разъяренных ос. И что хуже всего, похоже, я никак не могла повлиять на дальнейшие события. Предполагалось, что я буду просто сидеть и ждать, отдав свою судьбу в чужие руки.

А именно в руки Джерико.

Вчера он не вернулся в дом. Точнее, вчера ночью. Не представляю, куда он ушел, но не собираюсь ни искать его, ни догонять.

Он очень странный и скрытный. У него могут быть свои тайны, мне нет до этого дела. Конечно, дико любопытно, какие именно, но лишь потому, что такова моя натура. Если кто-то из моих друзей пытался хранить тайну, я задавалась целью ее раскрыть. И редко когда терпела неудачу.

За исключением тайны Селины.

Мне было дурно оттого, что пришлось оставить ее, не дав знать, куда я направилась и не сообщив, что я в безопасности. Понятия не имею, что рассказал ей Виктор и рассказал ли что-то вообще.

«Прости, Селина, – подумала я. – Обещаю, что все тебе объясню».

У меня была целая ночь, чтобы переспать с этой мыслью, но утром просьба Лазоса по-прежнему казалась невероятно безумной. Мне все еще было тошно от происходящего, а потому пришлось напомнить себе, что это не мой мир. Все: от владеющего ножом, наполненного магией смерти блэкхарта и ведьмы, которая в прошлом была врачом, до какого-то дикого зверя, который волшебным образом появится в ночь следующего полнолуния и целиком сожрет нескольких заключенных, что набредут на него по собственной глупости. И конечно, магических отголосков злого колдуна, которые уже давно засели в моей голове.

Я пыталась почувствовать в себе магию, ощутить ее присутствие.

Но не смогла. Возможно, было бы лучше, если бы могла – если бы испытывала какую-то боль или тяжесть, связанную с призрачной сущностью, которая разрушила мою жизнь. Она вернется опять, чтобы вновь показать мне эпизод из прошлого Баниона, когда я меньше всего этого жду.

Если только…

Если только не окажется, что Лазос прав и существует способ научиться контролировать ее, как световой выключатель: включать и выключать. Будь у меня такой выбор, я бы, несомненно, держала его в выключенном положении. Но я даже предположить не могла, как этому научиться. Это казалось опасным, как будто мне нужно было погрузиться в темную воду, не зная, что скрывается в ее глубинах.

Нет, это неправда. Я знала, что скрывалось на глубине: лорд Банион. Если существовал способ остановить эти жуткие видения, то я не могла им пренебрегать. Но не имела понятия, с чего начать.

Вся эта ситуация была сущим кошмаром, но, по крайней мере, я знала, что из этого кошмара я сбегу. Просто нужно быть терпеливой. К сожалению, терпение никогда не являлось моей сильной стороной. А потому мне придется себя отвлечь. Моим излюбленным способом отвлечься всегда были покупки и вечеринки (что здесь было маловероятно) да встречи с друзьями. И конечно, сплетни.

За этим следовал один важный вывод: мне нужно завести друзей, чтобы узнать немного сплетен.

Казалось, большинство заключенных держались особняком, бо́льшую часть времени проводили в своих домах или выполняли работу в деревне. Я пыталась вовлечь нескольких из них в разговор, но они лишь смотрели на меня с опаской и быстро заканчивали беседу.

Я не настаивала. Меня тяготили слова Мики о том, что местные не отнесутся доброжелательно к известию о том, что я была дочерью премьер-министра, который представлял правительство, чьими стараниями они и оказались в этой тюрьме. Некоторые возненавидят меня. Другим, наверное, даже захочется причинить мне вред. Оставалось только надеяться, что больше меня никто не узнает.