Мишель Роуэн – Эхо и империи (страница 31)

– У тебя усталый вид, – сказал Джерико.

– Я правда устала, – призналась я.

Он начал вставать с кровати.

– Нет, – возразила я, подняв руку. – Не вставай. Могу сегодня поспать и на полу. Полагаю, все когда-то бывает впервые.

Я взяла дополнительное одеяло с изножья кровати и устроилась калачиком на твердом деревянном полу. После всего, что сегодня узнала и пережила, я не сомневалась, что вечность не смогу заснуть, особенно в присутствии Джерико.

Но я отключилась в считаные секунды, окутанная благодатью темного, лишенного сновидений сна.

Открыв глаза, я увидела сияние солнца сквозь маленькое окошко. Я проспала всю ночь, а казалось, что прошло всего несколько секунд.

Я не понимала толком, что меня разбудило, но потом услышала звук.

Кто-то стучал в дверь. Через мгновение она распахнулась.

– Доброе утро, – сказала Мика, опершись на дверной косяк.

– Что тебе нужно? – пробормотала я.

Она ответила натянутой улыбкой.

– Повелитель готов вас принять.

Глава 10

С колотящимся сердцем я вышла за Микой из дома и надела солнцезащитные очки.

Джерико вышел следом. Он выглядел гораздо лучше, чем вчера, и это принесло огромное облегчение. Казался сильнее, уже не таким бледным и был готов сражаться с миром.

Но довольным он не выглядел. Напротив, вид у него был мрачный и решительный.

Мы пошли за Микой по мощеной дороге к большому зданию, расположившемуся в отдалении на краю леса. Девушка быстро шла уверенным, стремительным шагом. Мне пришлось поторопиться, чтобы не отстать от нее, но это нестрашно. Я видела свою цель. Ответ, который был мне нужен, находился в этом здании.

– Дрейк, – окликнул Джерико.

Я оглянулась через плечо.

– Что?

– Давай говорить буду я.

– С чего это?

Он ответил суровым взглядом.

– В самом деле, – сказала я, – с чего я дам тебе вести разговор? Это моя жизнь и моя проблема.

– Наша проблема, – поправил он.

– Наша проблема сейчас находится во мне. А значит, это моя проблема.

– Наша проблема, – твердо повторил он. – Просто я предположил, что тебе будет неловко говорить с настоящим колдуном, который способен творить, ну, настоящую магию.

– Твое предположение ошибочно, – солгала я. – Все в порядке.

– Рад слышать. Не верю, но все равно рад слышать. Тогда вперед.

Да, Вандер Лазос был колдуном, но я попрошу его о помощи. И он мне поможет.

И почему он это сделает? Потому что я всегда получаю то, что хочу. А его помощи я хотела отчаянно. Я не могла жить с заточенными в моей голове отголосками лорда Баниона. Больше ни дня.

Впереди Мика открыла дверь сооружения, которое было почти вдвое меньше трапезной, и жестом пригласила нас с Джерико войти.

Я осмотрела внезапно погрузившуюся в темноту обстановку, которая за стеклами солнцезащитных очков, прятавших мои золотые глаза, казалась еще темнее. Впереди простирался деревянный пол. На каменных стенах висели зажженные факелы, которые отбрасывали мерцающий свет в почти пустое пространство.

В дальнем конце комнаты, примерно в десяти метрах от меня, стоял единственный предмет мебели. Большое деревянное кресло с высокой спинкой. На нем, наблюдая за нами, сидел мужчина с кожей оливкового цвета, темными волосами на пару сантиметров ниже плеч и длинной бородой с проседью.

– Добро пожаловать в мой дворец, – сказал он. – Я Повелитель крепости. Подойдите ближе, чтобы я мог вас видеть.

Я замедлила шаг, встревоженная близким присутствием колдуна и этим искаженным зеркальным отражением тронного зала. Королевский тронный зал во дворце был ярким и полным света. Стены украшали большие портреты и гобелены. Куполообразное окно в потолке направляло солнечный свет прямо на трон: великолепное кресло, вырезанное из красного дерева и отделанное золотом, на котором веками восседали правители Регарийской империи.

Но этот зал был темным, унылым и угнетающим, и вместе с тем невероятно пугающим.

Решив не зацикливаться на этой бесполезной мысли, я нацепила на лицо улыбку. Ту самую, какой я улыбалась во время, казалось бы, нескончаемых политических мероприятий, которые посещала вместе с отцом, чтобы произвести хорошее впечатление в роли дочери премьер-министра.

И с одной из лучших своих улыбок я легко могла притворяться.

Я подошла ближе и адресовала свою отрепетированную улыбку человеку, который называл себя Повелителем. Джерико встал слева от меня, скрестив руки на груди.

– Мне очень приятно с вами познакомиться, – сказала я и добавила: – милорд.

Ведь любой, кто именовал себя повелителем, вероятно, ожидал подобного проявления уважения. Как лорд Банион, который, насколько мне известно, на самом деле не был лордом. По слухам, он сам взял себе этот титул, чтобы казаться более важным. Лазос кивнул мне.

– Мика уже сообщила мне, кто вы. Джослин Дрейк, дочь Луи Дрейка. Впрочем, не сомневаюсь, что я все равно бы вас узнал.

Я бросила на Мику взгляд, и она пожала плечами.

Моя улыбка не дрогнула.

– Все верно, милорд.

– Меньше всего я ожидал встретить кого-то вроде вас в таком месте, Джослин.

– Признаться честно, я и сама меньше всего ожидала оказаться в таком месте, милорд.

– Сожалею о смерти вашего отца. – Он покачал головой. – Мне очень нравился Луи. Он был хорошим человеком.

– Благодарю.

Я не могла допустить, чтобы упоминание об отце сбило меня с толку. Или позволить себе задуматься, что бы подумал мой отец о том, что королева держала колдуна в качестве советника по магии, вопреки собственным жестким законам, магию запрещающим. В конце концов, если ей были нужны сведения о магии, потому что с ее помощью она давала отпор такому же оружию в руках врага, то почему она не была более откровенна в этом вопросе?

Мне было тошно оттого, что я начала подвергать сомнению намерения Ее Величества, но ничего не могла поделать.

– Я встречался с тобой, Джослин, когда ты была еще совсем ребенком, – сказал Повелитель и вскинул бровь. – Но уверен, что ты этого не помнишь.

Я умерила волнение спокойной улыбкой.

– Дети зачастую мало что помнят.

– Как правило, это к лучшему. – Лазос взялся за подлокотники кресла. Его импровизированный деревянный трон был грубо вырезан, будто топором, а не резцом. Его взгляд устремился к Джерико. – А еще тут у нас ты.

– Полагаю, меня вы в младенчестве не встречали, – сказал Джерико.

– Я так не думаю, – Лазос окинул его взглядом с головы до ног. – Ты Джерико.

– Он самый.

– И ты блэкхарт, – мужчина склонил голову набок. – Я еще никогда не встречал настоящего блэкхарта.

С минуту Джерико молчал.

– Интересно, откуда вам известно нечто подобное обо мне? Этот факт я точно не афиширую и еще никому здесь об этом не говорил.

Я ощутила на себе его взгляд. Почувствовала, как правую сторону лица обдало жаром. Я постаралась не ежиться и не чувствовать себя виноватой из-за того, что рассказала о чем-то, что неведомо для меня оказалось большим секретом.

– Возможно, я упомянула об этом вчера вечером в разговоре с Микой.